Марина Бастрикова – Сахарок, или Все наоборот (страница 8)
Я действительно похожа на ту, кто понимает? Хотя ладно, все равно одна из кассиров уволится, если ничего не сделать.
– Галина, если ваш управляющий согласится, то забирайте.
У меня была открыта корпоративная почта, поэтому значок нового письма и от кого оно я увидела сразу. Не слушая восторгов и голосов сотрудниц, я открыла результаты.
Как и думала, определить точно, кто воровал, сложно, но, гадство, последняя подозрительная заявка отправлялась от Миши. И вот уж кто точно не мог поступить не по совести, он же до дебильности правильный! Более вероятно, что его кто-то попросил.
Пользуясь правами администратора, исправила отправителя, и вместо «Советов Михаил Иосифович» появилось «Сахарова Элла Вениаминовна».
Я знала, что Миша задержится, и ждала этого момента, чтобы расспросить. Можно было бы и сейчас, пока у него обеденный перерыв и он потребляет очередные кабачки от своего любимого шеф-повара: мамы. Но в подсобке постоянно присутствовала Галя, которую я не хотела вмешивать в наши выяснения, дабы не раскрыть свой позор перед конкурентом и начальником. По крайней мере, до момента, пока не стану территориальным директором.
– Ну, что выяснили, что случилось с той недостачей?
– Да, ошибка, – уверенно ответила ей.
Недостачу оплатила из собственного кармана, пусть будет моим вложением в карьерный рост. А вот что я могу на данном этапе сделать с фальшивыми возвратами – не имею представления! Но сначала нужно разобраться, кто вор, чтобы процесс не продолжился и сейчас, после внеплановых и таких частых инвентаризаций, удалось поймать на горячую руку.
Вениамин пришел вечером помочь с инвентаризацией и, чтобы я завтра не явилась с утра ему мешать работать, решить вопросы сегодня.
На нового кассира он сразу согласился, а затем уставился на компьютер в подсобке и замер. Монитор опять был заклеен кучей стикеров, в этот раз я изъяснялась в них совсем уж тайными знаками, чтобы не раскрывать то, над чем сейчас столь усердно работаю. Мое рабочее место как никогда походило на ад или хаос на земле, в котором чудаковатый китаец пытался с помощью стикеров выучить русский, исписав их какими-то непонятными «ырбырмыж». А я сама походила на сумасшедшего ученого. Завершив работу с клиентами, я позволила себе расслабиться за компьютером, все же уже тридцать шесть часов без сна. И сейчас мои волнистые волосы стали почти кудрявыми, или, точнее, запутанно-кудрявыми. Глаза у меня и так были огромные, а сейчас, наверное, вообще чумные, так как я всеми силами удерживала их открытыми, разве только спички в веки не поставила, как в «Том и Джерри».
Я поняла, что нужно себе где-то записать, что отдаю одну из кассиров, по крайней мере на время. По привычке стукнула по столу, достала один стикер, записав на нем, кто из кассиров будет работать в Венину смену, закрыла ящик и приклеила очередной стикер на монитор, только поверх какого-то другого, ибо места уже не было.
– Я распоряжусь завтра о новом столе, этот совсем…
Я перебила Веню громким стуком по столу. Это я снова открыла ящик и достала стикер. В этот раз мне попался, как назло, ярко-розовый. Ну, немного истерично получится, и ладно. Написала на стикере «Не трогать! Собственность Сахаровой». Правда, со злости написала слишком размашисто и последнее «вой» было написано маленькой неразборчивой кляксой.
Полученный стикер приклеила на стол прямо рядом с клавиатурой. Там всегда находился один-единственный неснимаемый стикер. Теперь будет два.
Зашел Миша, заворчал, что опять криво клею, сложил маленькую коробочку из тары и под всеобщее внимание начал сдирать все стикеры с монитора и, красиво склеивая по цветам, складывать в коробку.
Остальные продавцы заходили, забирали свои вещи и покидали магазин. Время работы закончилось. Вениамин же продолжал стоять и внимательно смотреть то на меня, все еще развалившуюся на старом кресле, то на Мишу, собирающего стикеры.
Наконец-то монитор очистился, и наш гороскопщик ушел их вычитывать и резюмировать, откладывая те стикеры, что совсем не понял. Полагаю, в этот раз таких будет большинство.
– В прошлый раз этот стикер тоже оставили, – сказал Вениамин, указав на тот самый, что был рядом с «Не трогать! Собственность Сахаровой».
Управляющий отодрал стикер и внимательно посмотрел на дату, написанную красивым каллиграфическим почерком Миши, а не моим корявым.
– Это что-то важное? – спросил Вениамин, соблазнительно прикусив губу.
Ой, все! Купаюсь и трахаю этого мужика, а то ж меня даже срочная необходимость сна не утихомиривает!
– О, для всего персонала, – сказал продавец, зашедший за своими вещами одним из последних, так как уходил покурить после рабочего дня.
– Тогда и мне нужно знать, что за событие, – сказал Веня.
– Не волнуйтесь, вас это не коснется, – сказала с наигранной улыбкой и вежливостью, решив прекратить раздавшиеся смешки моего персонала.
– Везунчик, – сказала кассир, которая еще не ушла, так как писала своей коллеге, видимо, хвастаясь, что будет не в моей смене теперь работать, а у красавчика Вени.
Вот и осмелела, гадина!
– Теперь я точно хочу знать, что означает эта несрываемая дата, – сказал Вениамин, логично предположив, что ему сейчас отвечу только я.
После фраз «деток» я на них так посмотрела, что они, не дожидаясь ответа Вениамину, убрались из подсобки. Миша же был полностью погружен в изучение моих стикеров, и слава богу, а то ведь мог и ответить.
Вениамин вздернул бровь, намекая, что ждет пояснений. Вот только что я ему скажу?
Не говорить же, что это график моей менструации? Миша сам считает и пишет на стикере, который единственный не сдирается до следующего подобного события. И, кажется, я ошибалась, думая, что об этом знает только наш астролог.
То-то весь персонал такой шелковый в указанные на стикере дни.
– День, когда я буду убивать своих «детей», – ответила злобно.
– У вас… тебя есть дети? – спросил Вениамин, не сразу обратившись в соответствии с корпоративным стилем.
Неужели я в таком неухоженным виде кажусь совсем старой? А мне казалось, что с моим ростом и внешностью, особенно сейчас, скорчившуюся на стуле, без шпилек и представительной прически, я с трудом тяну на «вы» обращение.
– Есть, но с каждым месяцем их становится все меньше, – ответила, уже совсем злясь.
Вениамин, видимо, не понял, о чем я, но решил промолчать и вернуть стикер на место, увидя очевидное: я слишком зла и устала для разговора и передачи дел.
Галину я отпустила идти вместе с Веней, решив, что доделаю инвентарку сама.
– Ну, как же так? Вы же не спали двое суток, – возмутилась она, переняв уважительное обращение ко мне в присутствии своего управляющего.
Вениамин сразу вызвался помочь, мол, ему несложно. Эти доброхоты бесили невероятно, и я выпроводила их уже чуть ли не пинками. Мишу тоже, как только он поставил передо мной коробку с моими стикерами и отчетом по ним.
И, как назло, забыла спросить у него, кто же его попросил провести тот заказ! Хотя он, наверное, и не вспомнит, сколько чеков у нас пробивается каждый-то день, разве упомнишь все?
Что ж, значит, еще одна ночь без сна. В этот раз придется проводить инвентарку в два раза тщательнее.
Глава 6. Не думаю, что она настолько сильно ударилась
Уже вторая бессонная ночь за компьютером в подсобке закончилась. В этот раз у меня уже были данные, так что я посчитала себя обязанной все немедленно просмотреть и изучить, сравнив с информацией в компьютере. Мои опасения подтвердились – воруют, хотя и довольно умело. Смогу ли я прекратить их действия, не увольняя? Отдел кадров меня уже давно игнорировал – так я их достала сообщениями о срочном поиске очередного сотрудника в наше столь не богатое на резюме замкадье. Сейчас я даже требовать новых сотрудников не могла, так как в мой магазин перевелась команда Вениамина, и у нас получается полное укомплектование штата, хотя продавцов у него в два раза больше, чем у меня!
Шерлок Холмс из меня не вышел – выяснить, кто из моих подворовывает, так и не получилось, более того, мне уже казалось, что воруют все, включая Мишу, отчего разговор с нашим астрологом я решила отложить.
Тщательно перепроверив каждую коробочку и возврат последних двух дней работы, я завершила инвентаризацию, не зная – радоваться или нет. Непослушные «детки», похоже, затаились, поняв, что с инвентаркой раз в два дня невозможно успеть ничего дельного.
Откинулась на стуле и посмотрела на время. Половина седьмого, а Вениамин еще не пришел. Похоже, сегодня мне посчастливится уйти незамеченной. Наверное, уже рассвело, но в нашей темной подсобке особой разницы не было между днем и ночью из-за того, что окна здесь не было, только освещение, которое я выключила, так как мне хватало и света экрана. И сейчас после двух суток без сна этот яркий свет сильно слепил глаза. Поморщилась и загородила свет одной из коробок. Будучи пустой, она норовила упасть, и я подперла ее другой коробкой – из-под клавиатуры. Слегка повертела шеей и запястьями, услышав, как хрустят мои старческие косточки, хотя в двадцать восемь, наверное, сложно назвать себя старухой, пусть будет тогда хрустом моей кармы – моя душа засохла и кряхтит.
Поменяла и положение тела, сняв балетки, присела на замерзшие за ночь конечности, отогревая пальцы ног тем самым местом, которое организовало мне все последние веселые события. Руки положила на плоскую коробку, которая так удобно закрывала собой потертый стол, не раз оставлявший мне занозы. Голову – на костяшки пальцев, ощущая, что пальцы рук тоже задубели. Как же я задолбалась. Неужели все так живут? Постоянно в куче задач и проблем?