Марина Андреева – Ведьмина книга (страница 19)

— Она умерла, Свет, — тихо ответила Маша.

Ей не надо было касаться тела усопшей, чтобы понять это.

Откуда-то пришло знание о происходящем в Патошино и о том, что надо делать. Повернувшись к сестре, Маша взяла девушку за руку, взглянула в глаза и произнесла:

— Так ей будет лучше, она отмучалась. Не страдай, не плачь, отпусти её. Она любила и всегда будет любить тебя.

Света преданно смотрела в глаза сестры, и Маше вновь стало противно. Опять она вмешивалась в чужую жизнь, навязывала не свойственные ситуации чувства. Но лучше так, чем девчонка будет изводиться.

— Ты не выйдешь из этого дома до нашего отъезда. Радуйся тому, что она умерла не в муках, а с улыбкой на устах. Мы уедем в город. У тебя будет своя квартира. Это будет твой лучший Новый год. Ты проживёшь долгую счастливую жизнь без ворожбы и суеверий, — завершила девушка и отстранилась.

Ей казалось, что её руки испачканы какой-то мерзкой липкой грязью, желая смыть её, девушка выскочила в кухню и начала плескаться в умывальнике.

— Приготовь поесть, — деланно будничным голосом произнесла она и с удивлением отметила, что Света беспрекословно подчинилась.

Ну, а ей теперь предстояло заняться похоронами. Решив не тянуть, она поехала к выезду на трассу, где в последний раз видела сотрудников полиции. Уж они-то точно подскажут, куда ей обратиться в этой глуши.

— Тебе клюв бы оборвать за такие вести! Синица, мать твою… да вы что тут, охерели все? — вместо сочувствия вылупился на девушку полицай.

После долгого виртуозного мата, перемежаясь им же, была высказана краткая картина происходящего: все, кто не съехал в другие населённые пункты — исчезли. Кого-то начали разыскивать соседи, когда оные ещё имелись, кого-то приезжавшие на выходные родственники. Уже месяц, как в деревне остался всего один-единственный жилой дом, о котором Маша и принесла невесёлую весть. Посёлок буквально вымер. Да мало ли куда по пьяни или по дури угуляли жившие в Патошино три с половиной калеки, но исчезновение четверых дорожных рабочих за последний месяц поставило всех на уши.

— Говорил я этому идиоту — останови строительство! Нечисто здесь, мать его так! Да куда там! У него ж как у того гуся бабок, что ему люди-то?.. — не унимался полицейский.

На шум сбежались и другие сотрудники правоохранительных органов. Их теперь тут дежурить заставляли. А на носу Новый год, и, понятное дело, их это не устраивало. С горем пополам девушка выяснила всё, что требовалось, и даже упростила себе задачу. Двое из патрулировавших освидетельствовали смерть, созвонились с необходимыми службами в райцентре и велели утром ждать машину.

К наступлению выходных всё было закончено. Сестру разок из дома Маша всё же выпустила. Не смогла отказать ей в праве проститься с бабушкой на кладбище. Перед тем настояв, чтобы Света заблаговременно упаковала свои вещи. Девушка безропотно подчинилась, вызвав у Марии очередной укол совести.

По возвращению в город, Маша первоначально поселила девушку у себя. Из квартиры доставшейся ей от Валентины, ещё предстояло выселить квартирантов.

Маша ощущала, как её буквально переполняют новые знания и возможности. Но использовать их не хотела. Каждый раз, применив какой-нибудь фокус из арсенала полученного в наследство от родственниц, она долгое время ощущала себя грязной.

Новый год прошёл как в тумане. Желая хоть чем-то порадовать сестру, Маша заказала столик в дорогом клубе. Ей было больно смотреть на то, с какой бесшабашностью проводит время девушка. Но лучше уж так. Иначе лила бы та слёзы в подушку, — вздыхала Маша. В свои неполные двадцать шесть она ощущала себя слишком старой для всей этой мелочной суеты, пусть хоть девочка несознательно, по чужой указке, но радуется жизни.

Глава 6 Возрождение из небытия

— А ты что, с Витькой поссорилась, что ли? — как-то вечером беззаботно поинтересовалась Света.

— С чего ты взяла? — буркнула в ответ сестра.

Нелегко ей давалось отсутствие любимого человека. Всеми силами старалась не думать о нём, не вспоминать, а тут такое… мелькнула мысль: а не заставить ли Свету забыть о его существовании? Жаль, нельзя сделать такое с собой. Насколько проще стала бы жизнь…

— Ну, он по Патошино на джипе всю осень гонял. То к озеру, то обратно…

Дальше Маша уже не слышала. Витя там? Как же так вышло-то? Должен же был забыть обо всём. Видать, сильнее её Варвара. Что же делать-то? В душе волной поднялась ревность. Она давно поняла, что тот сон, где они были возле озера, вовсе не был сном. Это была самая настоящая, пугающая своей нереальностью — явь. Варвара воплощалась и наслаждалась вновь обретённым телом. Не с кем-то другим, а с ним! До чего же жестоко было заставлять её видеть и ощущать всё то, что испытывала ведьма. И та ночь в придорожном отеле… девушку передёрнуло от противоречивых эмоций. Да, в тот раз именно она оказалась в объятиях любимого человека, вот только он видел перед собой не её, а свою проклятую Варвару! Маша больше четырёх месяцев мается неизвестностью, гадает: почему друг не отвечает на её звонки? Виня лишь себя — заставила забыть. Ай, нет! Это всё проклятая ведьма…

Маша как разгневанная фурия носилась по квартире, хватая то одну вещь, то другую, не понимая: куда, зачем она едет? Чего может и хочет добиться? Что ей может понадобиться?

Света с недоумением наблюдала за метаниями сестры. А та, ничего не объясняя, бросила на тумбочку несколько пачек пятитысячных купюр, толстенных по сравнению со стандартными банковскими и, не прощаясь, куда-то умчалась. Света ждала её день, второй, но та не возвращалась. Девушку охватил страх. Она не знала, где сейчас отец, о нём давно ничего не было известно. Жив ли? Кто знает, военная служба — рисковое дело. Маша, последний родной человек, вдруг так странно ушла из её жизни. Света ломала голову, вспоминая всё сказанное. Возможно, обидела? Но чем? Поинтересовалась её другом, и тут… точно, и после этого Машку как подменили.

И вдруг что-то изменилось. В голове обрывками начали всплывать воспоминания. Они казались чудными: бабушка ведьма! Три раза — ха! Ну, такое нафантазирую! Странные смерти в посёлке… исчезновение Кости… сердце девушки сжалось. Что-то было не так. Она помнила, как когда-то горевала, но сейчас это были лишь воспоминания. Может я его и вправду не любила? — отмахнулась от навязчивой мысли Света. Но бабушка? Странно… в памяти всплыли произнесённые таким дорогим ей голосом слова: «Ты не выйдешь из дома, пока Маша не приедет…»

Она вспоминала и вспоминала. Поход в дом Кости и странное видение. Стоп. Это сон или явь? Колдовство существует? Бабушка действительно была ведьмой, и она тоже, и Машка? «Придёт время, и ты всё вспомнишь, всё поймёшь…» — прозвучали в голове слова Клавдии. «Ты не выйдешь из этого дома до нашего отъезда… ты проживешь долгую счастливую жизнь без ворожбы и суеверий…» — произнёс в сознании голос сестры.

Наваждение спало. Нахлынувшая боль от потери родного, любимого человека ударила по нервам. Непрошеные слёзы застилали глаза. Она умерла… её больше нет…

— Маша-а! — осознав, что сестра, скорее всего, кинулась в Патошино, беспомощно крикнула Света.

Теперь уже она металась по квартире, не зная, что делать. Не у кого попросить совета, да никто и не поверит. Почему, почему я всё вспомнила? — недоумевала девушка. Нет, она, конечно же, была рада этому. Уж лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Сестру Света не осуждала. Понимала — та хотела как лучше. Вот только ей самой теперь кто поможет?

— Я… — осознала девушка и начала собираться.

Электричка, затем такси. На въезде полицейские подтвердили — Мария где-то здесь. Вот и он, некогда такой родной дом. Только нет там никого. Даже Ромашки больше нет. Что случилось с коровой, девушка так и не узнала, лишь уезжая, заглянула в хлев — пусто.

Возле дома следы есть, но не свежие — снегом уже слегка замело. Знать бы, как бабушка тогда следы искала, но воспоминания до сих пор слишком обрывочны. Хотя, что тут гадать? К озеру идти надо. Воспитанной в страхе перед этим проклятым местом девушке было трудно преодолеть внутренний барьер и заставить себя сделать хоть шаг дальше дозволенной бабушкой метки. Но что толку от страха? Если останусь одна, то как и зачем жить? Решимость росла с каждой секундой, и девушка понемногу продвигалась навстречу чему-то неведомому, чему-то явно опасному, однако даже осознание этого не могло её остановить. Света чувствовала, сестра — там. Ей нужна помощь.

Впереди послышался звук заводящегося мотора. В груди всколыхнулась надежда: это она! Маша почувствовала присутствие, она не могла не почувствовать…

Свет фар приближающегося автомобиля ударил в глаза. Девушка прикрылась ладонью, чтобы не слепило, и ускорила шаг, желая побыстрее убедиться, что с сестрой всё в порядке. Автомобиль уже рядом. Сейчас сбавит ход и… не оправдав ожиданий, двигатель машины взвыл, набирая обороты. Удар вышиб дух из тела. Света словно со стороны наблюдала, как её тело тряпичной куклой отлетает прочь, больно ударяясь об припорошенную рыхлым снегом промёрзшую землю. Сознание заволокло пеленой.

Голова раскалывается, какое-то пищание жутко действует на нервы. Слегка дрогнули веки лежащей в палате реанимации девушки.