Марина Андреева – Рассказы о трех искусствах (страница 4)
Сразу же за пропилеями гордо высилась та самая Афина Воительница, копье которой приветствовало путника издалека и служило маяком для мореплавателей.
Надпись на каменном пьедестале гласила: «Афиняне посвятили от победы над персами».
Это означало, что статуя была отлита из бронзового оружия, отнятого у персов в результате побед, одержанных в греко-персидских войнах.
Но никто не смог бы долго задержаться, чтобы рассмотреть всю вереницу статуй, обступающих путника с обеих сторон. Не смог бы потому, что каждого неотразимо влечет стоящее в глубине площади чудо — самое прекрасное создание греческой архитектуры, храм Афины Девы, Парфенон.
Он стоит не в центре площади, а несколько сбоку, так, что можно сразу охватить взглядом и передний и боковой фасады, понять красоту храма в целом.
Со всех четырех сторон его окружают стройные колоннады. Между беломраморными стволами видны просветы голубого неба. Весь пронизанный светом, он кажется воздушным и легким. На белых колоннах нет ярких рисунков, как в египетском храме. Только продольные желобки (каннелюры) покрывают их сверху донизу и заставляют казаться выше, стройнее.
Тому, кто видел в Египте храм Амона Ра, греческий Парфенон может показаться маленьким. Ведь его длина всего семьдесят метров, а ширина немногим больше тридцати. И колонн здесь не сотни, а только по восемь спереди и сзади и по семнадцати по боковым сторонам, и высотой они почти вдвое ниже тех, которые создал египетский зодчий.
Но красота и величие в архитектуре совсем не обязательно связаны с гигантскими размерами.
Строители Парфенона, Иктип и Калликрат, продумав каждую мельчайшую деталь, создали здание, поражающее своей удивительной соразмерностью, предельной простотой и чистотой всех линий.
Своей стройностью и легкостью колонны обязаны тому, что они чуть-чуть сужаются кверху. В средней части ствола, совсем незаметно для глаза, они утолщаются и кажутся от этого упругими, прочнее выдерживающими тяжесть каменных балок.
Пройдут века.
Многое изменится в мире.
Но и тысячи лет спустя будут учиться у древних греков архитекторы всех времен и народов. И на улицах любого города можно будет увидеть стройные силуэты греческих колонн.
Ни одна из статуй на площади Акрополя не подавляет своими размерами. Даже гигантская бронзовая Афина намного меньше тех изображений фараонов, которые поражают входящего в храм Амона Ра. Она выделяется не размерами, а тем, что стоит на самой высокой точке холма, вонзая свое длинное копье в голубизну неба.
Здесь, как и в Египте, объединяются все три искусства, но совсем по-иному.
На фронтонах[2] Парфенона собрались боги Греции: громовержец Зевс, могучий властитель морей Посейдон, мудрая воительница Афина, крылатая Ника. А на мраморных плитах фриза[3] совершают свои подвиги герои греческих мифов.
Фигуры скульптурного греческого рельефа не плоские, как в Египте. У них есть объем и форма человеческого тела. От статуй они отличаются только тем, что обработаны не со всех сторон, а как бы сливаются с фоном, образуемым плоской поверхностью камня.
Легкая расцветка оживляет мрамор Парфенона. Красный фон подчеркивает белизну фигур, четко выделяются синевой узкие вертикальные выступы, отделяющие одну плиту фриза от другой, ярко сияет позолота.
А позади колонн, на мраморной ленте, опоясывающей все четыре фасада самого здания, изображена праздничная процессия. Здесь почти нет богов. Сами люди, запечатленные навеки в камне, движутся по двум длинным сторонам здания. Они соединяются на восточном фасаде, где происходит торжественная церемония вручения жрецу одеяния, сотканного афинскими девушками для богини. Каждая фигура характерна своей неповторимой красотой. А все в целом точно отражает подлинную жизнь и обычаи древнего города.
Действительно, раз в четыре года в один из жарких дней середины лета в Афинах происходило всенародное празднество. Оно носило название Великих Панафиней. В нем принимали участие не только все граждане Афинского государства, но и множество гостей.
В длинных белых одеждах шли жрецы и должностные лица, глашатаи громко славили богиню, музыканты наполняли радостными звуками еще прохладный утренний воздух. Всадники с трудом сдерживали горячих коней. По зигзагообразной панафинейской дороге, вытоптанной тысячами людей, поднимались на высокий холм Акрополя жертвенные животные, предназначенные для заклания.
Легкий ветерок развевал яркую ткань желто-фиолетового одеяния, которое несли в дар богине Афине знатные девушки города. Целый год они ткали и вышивали его. Другие девушки высоко поднимали над головой священные сосуды для жертвоприношений. Но в процессии нет ни одного из тех, чьи руки высекали и обтесывали мраморные плиты. Нет тех, кто, выполняя всю тяжелую физическую работу, дал возможность свободным греческим гражданам посвятить себя умственному труду, науке, поэзии, создавать прекрасные произведения искусства. В процессии нет рабов. Их и не может быть здесь. Раб — не человек. Его удел — изнемогать от непосильной работы, не иметь никаких прав, терпеть побои и издевательства, никогда не есть досыта. У него нет даже имени. Владелец дает ему кличку, как собаке.
Шествие медленно огибает Парфенон. Вход в храм сделан не со стороны пропилей, а с другой, словно для того, чтобы каждый, желающий войти, сначала обошел, осмотрел и оценил красоту всех частей прекрасного здания.
Двери Парфенона широко распахнуты. Яркий солнечный свет льется в высокий зал с двумя рядами простых и строгих мраморных колонн. В глубине, окруженная с трех сторон двухъярусными колоннадами, горделиво высится знаменитая статуя девы Афины, созданная прославленным Фидием. Ее одежда, шлем и щит сделаны из чистого сверкающего золота, а лицо и руки сияют белизной слоновой кости. Спокойная и величавая, она незыблемо стоит на страже своего города и своего народа.
На той же площади, только левее и дальше вглубь, стоит совсем небольшой храм. Его южную часть украшают коры, что по-гречески значит «девушки».
Кажется, что мраморные коры в длинных одеждах, складки которых падают до самой земли, легко и спокойно держат на головах всю тяжесть крыши. Как будто они медленно несут храм навстречу путнику, идущему от пропилей. Этот храм называется Эрехтейоном. Его строителю пришла своеобразная мысль поставить вместо подпор шесть женских фигур.
Идея древнего зодчего и до сих пор вдохновляет архитекторов. Если вы пройдетесь по городу, в котором живете теперь, спустя более 2000 лет, вы, наверное, найдете среди зданий такие, где кора, или, иначе, кариатида, играет роль подпоры. Иногда вместо девушек стоят мужчины. Их называют атлантами, по имени героя греческого мифа, который держал на своих плечах небесный свод. Колоннада — главная, важнейшая часть греческого храма. Не все колонны одинаковы. С древнейших времен выработали для них греческие архитекторы различные пропорции и формы.
Дорическая колонна напоминает ствол дерева. Как дерево, она кажется растущей прямо из земли, выглядит мощной, немного тяжелой и слегка приземистой. Ионическая, поставленная на базу, производит впечатление более высокой и легкой. Разную форму имеют и их капители[4]. Плоская каменная подушка дорической колонны поддерживает квадратную плиту, а у ионической та же подушка, как будто сделавшись мягкой, загибается на концах, образуя два крутых красивых завитка. Ионические колонны тоньше, стройнее и выше дорических.
О происхождении коринфской колонны рассказывает легенда.
...В городе Коринфе жила молодая и прекрасная девушка. Она была обручена, и до свадьбы оставалось совсем немного времени. Но свадьбе не суждено было состояться. Девушка внезапно заболела. Вылечить ее не удалось, и вскоре по улицам Коринфа вместо веселого свадебного двигалось в полном молчании траурное похоронное шествие.
После похорон кормилица девушки собрала все драгоценности и безделушки покойной, сложила их в корзину, прикрыла крышкой и отнесла на могилу.
Пришла весна. Из земли пробились ростки аканфа. Сквозь плетеное дно они проникли в корзину. Но так как тяжелая крышка не позволяла им расти вверх, тонкие завитки растения изгибались по сторонам.
Случайно в Некрополь зашел известный скульптор Каллимах. Обрамленная листьями корзина показалась ему такой прекрасной, что он перенес этот рисунок на капители колонн.
Так рассказывает легенда о происхождении коринфской колонны. Ее капитель, действительно имеющая форму вазы или перевернутого колокола, окруженного листьями аканфа, навсегда увековечила память о безвременно погибшей невесте.
В 323 году до нашей эры умер великий завоеватель Востока Александр Македонский. Распалась его громадная держава.
На суше и на море гремели битвы.
Военачальники Александра стремились отнять друг у друга земли и власть. В Эгейском море произошел бой двух эскадр. Флот Деметрия, прозванного Полиоркетом — покорителем городов, одержал победу над Птолемеем, ставшим правителем Египта. В память своего торжества Деметрий приказал выбить монеты с изображением богини победы — Ники, которая стояла на носу корабля и трубила в боевую трубу.