Марина Андреева – Раментайль. Императорская любовь (страница 8)

А дальше… Дальше был рай для меня! Я и не предполагала, что это настолько приятно, когда не ты сама, а кто-то моет тебе голову, и… Практически всё тело, да. Никакого эротического подтекста, зато полнейший релакс.

Из ванной я вышла, словно заново родившаяся. Умелые ручки Арлетты, не только отмыли каждый кусочек моего бренного тела, она в процессе умудрилась промассировать каждую мышцу! Волшебница, не иначе, и плевать, что тут сейчас магии нет.

Кстати о магии…

– Вы на ужин спуститесь в столовую залу или подать сюда? – сбила меня с мысли вышедшая из ванной комнаты Арлетта.

С одной стороны, энергии во мне сейчас хоть отбавляй, можно было бы и прогуляться, а с другой, это же надо одеться по их моде, причёску забабахать… Не-е-е, спасибо. Мне ещё о многом поразмыслить надо, да и с Леонелем прямо сейчас столкнуться будет лишним. Не готова я. Совсем не готова.

– Ужинать буду здесь, – ответила я, и с облегчением вздохнула, когда служанка вышла, оставив меня один на один с собственными мыслями.

Поразмышлять особо-то и не успела. Арлетта оказалась не в меру расторопной. Едва я присела в одно из кресел, окинув взглядом, теперь уже свою спальню, привыкая к мысли, что ближайший месяц точно проведу здесь, как в дверь постучали.

– Войдите! – крикнула я, поправляя складочки на свободной юбке домашнего, как выразилась служанка, платья. Хотя на Земле в таком не стыдно было бы и на званый приём заявиться.

– Миледи, – поприветствовали меня вошедшие женщины, нагруженные подносами.

Хм… О какой тут диете может идти речь, если выбор столь богат, а ароматы сводят с ума, вызывая усиленное слюноотделение? Эх… Да и что толку теперь от тех диет? Леонель всё равно будет видеть во мне лишь копию Катрионы и потенциальную мать неимоверно сильного потомства. Хотя… Я же не вельхора чистокровная, магией не обладаю в принципе, не говоря уж о том, что оная вообще ныне отсутствует на Раментайле. Опять же, даже если удастся её вернуть, то обернуться в лерирею я не смогу, метки мне поставить не удастся, а значит брачный артефакт не признает такого брака, и не будет от него, то есть от этого брака, блондинистого голубоглазого потомства. Никакого. Ни сильного, ни обычного.

И вот вроде же уже решила для себя, что хочу любви, взаимности, и не стану всего лишь заменой некогда любимой женщины для императора, а на душе так тоскливо становится, хоть вой.

Что-то внутри меня было несогласно с ранее принятым решением. Так и подмывало доказать Леонелю, что я – не она, я отдельно взятая личность. Может быть и не лучше своей дальней родственницы, а просто другая и не менее её достойная искренней любви.

От всех этих дум, так грустно стало, что даже аппетит пропал. Сижу, ковыряюсь вилкой в блюде, ещё совсем недавно казавшемся неимоверно вкусным.

Вот и что мне делать? Ну, как-то вернуть магию надо, это однозначно. Как? Это уже другой вопрос. Однако, коль уж во мне имеется немалая доля божественной крови, то что-нибудь придумаю. Быть такого не может, чтобы при таких обстоятельствах, именно я оказалась здесь совершенно случайно. Наверняка это воля богов. Не факт, что только что пропавших. Возможно та, древняя богиня, ещё не до конца отпустила бразды правления, вот и рулит в прежней своей манере – напрямую не вмешиваясь, но так или иначе подталкивая кого-то к действию.

И за это время надо бы как-то окончательно разобраться с собственными чувствами. Решить что делать, вернее, как жить дальше? Одно дело, когда я ещё не встречала в своей жизни мужчину с первых звуков его голоса, с первого взгляда на которого хотелось бы заявить – «МОЁ»! И совсем другое – когда ты знаешь, что он реален. Но… Но ты для него не более чем альтернатива. А может, я ему и вовсе не нужна? От этой мысли сделалось ещё печальнее.

Так, всё. Хватит рефлексировать! Не время. Надо решать, с чего начинать эпопею по возвращению магии в этот мир.

Что-то мне подсказывает, что сидя в императорском дворце, или изучая здешнюю библиотеку, я в этом деле не преуспею. Тут и до меня покопались. Думается, стоит посетить родовое гнездо. Ту беседку на озере, где Катерина некогда встречалась с древней богиней. Может, порыться в её записях. Кажется, в книге говорилось, будто она вела дневник.

Да, точно, так и поступлю. Вопрос лишь в том, как туда попасть, а заодно и как пробраться в лабораторию. Что-то мне подсказывает, Катерина именно там хранила особо ценные записи.

Вспомнился момент, описанный в книге, когда героиня, едва обретя магию, переусердствовала с экспериментами и не смогла выйти из защищённой лаборатории, оказавшись там в ловушке в облике лериреи. Она при этом думала о том, что лапкой не сумеет воспроизвести шифр-код. Ясное дело, этот код мне неизвестен, но… Но чуть больше чем через сутки её вызволили из ловушки двое слуг – Клара и Клаус. Как им это удалось, история умалчивает, но это сейчас не столь важно. Главное, известно, что именно их-то мне и надо будет разыскать и убедить помочь.

Пока я обдумывала стратегию дальнейших действий, вернулась Арлетта. Поинтересовалась, не желаю ли я чего-либо, и убедившись, что госпожа ей досталась странноватая и не в меру самостоятельная, разобрала постель и, пожелав доброй ночи, удалилась.

Проводив девушку взглядом, я подумала, не стоит ли запереться на ночь, во избежание появления незваных визитёров. Но, увы, ничего похожего на замки или щеколды на входных дверях я не обнаружила. Для собственного спокойствия приставила к дверце, ведущей из спальни в гостиную, стульчик. Если кто и явится, замечу – вернее, услышу.

Так себе охранка, конечно, ну и ладно. Не думаю, что в вельхорском пуританском обществе принято без спроса вторгаться в личное пространство титулованных дам. Разве что сам император посмеет наведаться.

Но его визит…

Даже и не знаю, расстроит он меня или порадует? С другой стороны, можно ведь просто закрутить мимолётный роман к взаимному удовольствию друг друга. У него с учётом положения наверняка всё же имеются варианты удовлетворения плотских желаний – император, как-никак. Хотя, кто знает, может он до сих пор девственник? А я… Я ведь не дева невинная, могу и облагодетельствовать. Будет хоть что вспомнить на старости такого, о чём детям стыдно рассказать. Эх…

С этими мыслями я и провалилась в мир грёз и грешных фантазий.

Ух, какие сны мне снились! И, конечно же, с Леонелем в главной роли. Чувственные, нежные, в антураже моей новой спальни. Вот только до самого интересного дело так и не дошло. Объятия, поцелуи, жадные ласки, от которых тело плавилось, а душа устремлялась куда-то ввысь, в неведомые мне дали. Мозг требовал продолжения, но… Вместо этого он в какой-то момент сдался, провалившись в сон во сне.

Проснулась с блаженной улыбкой на подозрительно припухших, словно от поцелуев, губах. Окинула взглядом окружающий меня клубок из одеял и простыней. Мелькнула на миг шальная мысль о ночном визитёре, но одного взгляда в сторону двери хватило, чтобы понять – никого, кроме моей бурной и неуёмней фантазии тут не было. Стульчик как стоял, так и стоит на своём месте.

Вопреки здравому смыслу стало даже как-то обидно. У Леонеля был шанс, а он им не воспользовался.

Глава 6

Император. Открытия

Когда Катриона случайно или сознательно сбежала в иной мир, именуемый Землёй, я был в гневе. Столько лет был рядом, пусть не в открытую, но всё же помогал ей в реализации сумасбродных идей, и вот она, благодарность! Катриона как всегда поступила по-своему, не советуясь, не беря в расчёт мнения окружающих. Своенравная, неуправляемая, неприручаемая, словно дикий зверь, и это ещё больше притягивало.

Ослеплённый желанием обладать ею, я даже не придал значения тому, что с той поры на её месте была другая. Внешне похожая, как две капли воды, такая же не в меру самодостаточная, но всё же – другая. Вот только я просто-напросто не желал этого замечать, напролом пробиваясь к вожделенной цели. В мыслях главенствовало – «Моё»!

В тот момент я злился на лучшего друга, посмевшего проявить интерес к моей избраннице. А там, у алтаря, когда она выбрала его, я возненавидел и его, и весь мир.

Время шло. Было нестерпимо больно видеть со стороны счастье в глазах этой женщины. Теперь уже безвозвратно чужой. Старался не пересекаться ни с ней, ни с бывшим другом, продолжая упиваться обидой. Забросил все дела, потеряв интерес к жизни.

Отец долго пытался привести меня в чувства, взывая к голосу разума. Но я был глух. И тогда он решился на самый действенный шаг: объявил о том, что устал и передаёт бразды правления своему старшему сыну. То есть мне.

Не знаю уж, как так вышло, но во мне как будто что-то переключили. Видимо впитанное с молоком матери ожидание величайшей ответственности дало о себе знать. Я стал императором. Всё личное ушло на задворки сознания, оставив место логике и холодному расчёту.

Какое-то время отец даже гордился мной, говоря, что из меня вышел мудрый правитель. Но мои соглядатаи нет-нет, да доносили о том, что откуда-нибудь из дальних земель опять во дворец пребывает очередная неписаная красавица. Отец, явно жаждал увидеть меня возле брачного алтаря, вот только я не готов был ещё раз отдать кому-либо своё сердце. О чём прямо и сообщил. Тогда он изменил тактику. Появляющиеся в моём окружении девы стали исключительно темноволосы и голубоглазы, отдалённо напоминая собой Катриону. От этих лиц уже рябило в глазах! А некогда столь любимый мною типаж теперь вызывал лишь раздражение.