Марина Андреева – Отражение миров [СИ] (страница 5)

А эти отморозки всё подступают. От их вида меня пробил озноб, а по спине заструился холодный пот. Одного взгляда на играющего дубинкой амбала, хватило, чтобы понять: фанатики, жаждущие применить силу, верящие в своё право и безнаказанность.

Сильная рука схватила за волосы, отрывая от пола. Кожу головы обожгло, словно с неё уже содрали скальп. Я дёрнулся и тут же получил под дых. В итоге мои руки вздёрнули над головой, закрепив верёвки на вбитых в стену то ли крюках, то ли кольях. Раздался свист, и обжигающая боль охватила грудь. Ещё и ещё… Удар по лицу… Привкус крови во рту. Под натиском дубины трещат кости и ребра, с сухим хрипом выталкивая воздух из лёгких.

Мать вашу… Армия закаляет? Бред! Она отдыхает! Гуманизм, мать вашу… — успел подумать прежде чем провалился в спасительный туман забытья.

…Тишина. Покой. Вечер. В широкой ленте реки золотистыми полосами отражаются многочисленные фонари набережной. А на фоне затягивающегося тучами неба, возвышается, переливаясь сине-красно-белыми огнями огромная телебашня, отбрасывающая длинный разноцветный след на воде. Передо мной в свете фонаря виднеется силуэт девушки. Почему-то она кажется грустной и одинокой… И в тоже время такой родной и такой далёкой…

На смену наваждению приходит реальность: треск и шипение факелов эхом отзываются в голове, боль в рёбрах при каждом вдохе и вонь — к удушливому чаду примешиваются запахи крови и человеческих испражнений.

Сил нет даже на стон. Да ещё и губы с глоткой пересохли. Впервые в жизни, я осознал значение фразы — «Лучше б я сдох». Звук шагов. Знакомый свист… Удар отозвался жгучей болью во всём теле. «Прочь! Прочь отсюда!» — кричит сознание.

Стены пропали. Упав лицом в мокрую траву, лежу и боюсь шелохнуться. Где-то вдалеке прогремел гром.

Выжил? Или умер? — гадаю, вдыхая запах свежей зелени.

— Помогите! — собрав остатки сил проскрипел я пересохшим горлом и… отключился.

…Ласковые лучи заходящего солнца пригревают. Преодолевая боль в измочаленном теле сел и осмотрелся сквозь узкую щёлочку между затёкших век.

Ноги и руки по-прежнему связаны. Но главное — я в лагере! Значит, меня найдут. Хотя… почему до сих пор никто не помог?! — ломаю голову, пытаясь доползти до ближайшей палатки. На походном столике, словно по заказу валяется нож. Затёкшие, потерявшие чувствительность конечности плохо слушаются, рукоять постоянно выскальзывает.

— Чёрт! Это не сон? — бормочу.

Спасибо что руки связанны впереди. Наконец-то удалось избавиться от верёвок. Собственное зловоние сводит с ума вызывая отвращение. Покачиваясь и опираясь на брошенный кем-то черенок лопаты, добрёл до своей палатки, прихватил мыло, полотенце, одежду и поковылял к душевым.

Прикосновение воды обжигало саднящую от ран кожу. Но я всё же избавился от грязи, ссохшейся крови и прочих нечистот. Иначе к прочим проблемам ещё и заражение может прибавиться.

— Жить буду, — не слишком уверенным голосом, вынес он вердикт.

Вот только мучили вопросы: куда все пропали? И что вообще произошло?

В столовой ещё парили котлы над остывающими углями. Желудок урчал, сжимаемый голодными спазмами. Навалил полную тарелку гречи и ароматного гуляша, аккуратно, стараясь не травмировать и без того измученное тело, пристроился на лавке. Разбитые губы кровоточили, но это не могло сравниться с перенесённой в пещерах болью.

Добравшись до палатки, достал сигареты и мобильник. Затянулся… И в шоке уставился на экран телефона.

— Охренеть! Получается… я только что сдал находку руководительнице? Да уже вечность прошла!

Ничего не понимая, затушил бычок, осторожно устроил на матраце израненное тело и уснул. И опять увидел отражающиеся в речной глади огни и одинокий силуэт девушки, которую окружала аура спокойствия и необъяснимой грусти.

Проснулся. Темно и тихо. Не слышно стрёкота вездесущих цикад и пения птиц, только ветер шуршит в листве, да где-то похлопывает на ветру развешенное на просушку бельё. Приоткрыл полог палатки: звёздное небо и ни малейшего признака чьего-то присутствия — ни приглушенных разговоров, ни дотлевающих углей на кострищах. Следы от верёвок, ссадины и малый обзор сквозь затёкшие веки напомнили о суровой реальности.

В очередной раз с грустью констатирую: всё это, увы, не сон. Или упав там в раскопе умер и это мой персональный ад? Или что-то произошло и все исчезли? И как теперь выбраться отсюда? Если это вообще возможно.

Да и куда мне такому расписному-то идти? Разве что народ пугать… В размышлениях опираясь на какую-то палку, побродил по округе. И вывод сделал неутешительный: однозначно или что-то произошло, или все покинули стоянку.

Хотя… Зачем уходить? Ну не могут же они бросить раскоп, чтобы не заплатить за находку, сколь ценна бы она не была? Это смахивает на шизофрению. Или их целью был тот самый найденный мной предмет? Ну а птицы-то тогда куда делись? Нейтронная бомба? Меня спас раскоп? Или обвал? А он был? Надо бы… взглянуть.

Прихватив фонарик решительно направился в сторону раскопа. Луч света выхватил провал в том месте, где я копал накануне.

То, что я упал — факт. Отсюда царапины, ссадины и ушибы. Ударился головой и бредил. Но как выбрался? Возможно, там не так глубоко, как помнится. Стоит ли верить воспоминаниям, насквозь пронизанным бредом? Мне и верёвки на руках примерещились. Либо пережарился на солнце, либо ударился головой. Вспомнилась яркая вспышка и охватившая всё тело боль. Или вообще в меня попала молния…

День шёл за днём. Благо нашлась аптечка с обезболивающим и антибиотиками. Вообще-то я колёсами старался не злоупотреблять, предоставляя возможность для организма самостоятельно справляться с хворями. Но вся эта ситуация напрягала и осложнений не хотелось. Самое противное — зоны приёма у мобильника здесь тоже не было и связаться с кем-либо не удалось бы при всём желании.

Уже неделя миновала, а никто так и не появился. Ссадины затянулись, синяки почти рассосались, и в целом состояние значительно улучшилось, вот только хотелось выть на луну сходя с ума от одиночества. Да ещё и странные сны с видением девушки травили душу, повторяясь каждый раз стоило сомкнуть глаза. Словно издевались, напоминая, что где-то ещё кто-то есть. А я здесь один!

«…Ориентиры солнце и метеостанция, которые видны с любой возвышенности в ясную погоду…» — вспомнились слова попутчика, и я взглянул на припаркованный возле лагеря «Урал». Мне повезло — ключи оказались в машине. Вездеход завёлся легко. Взобравшись на ближайший холм, взял курс на метеостанцию.

— Эй, есть кто? — кричу, уже сомневаясь, что здесь кто-то есть, ведь вряд ли к ним гости постоянно заезжают, а не услышать рёв «Урала», по определению невозможно.

Как и в лагере, здесь никого не оказалось. Открытые помещения, чей-то мобильник оставленный на одном из столов был воткнут в зарядку, но так же, как и мой показывал отсутствия связи.

Может, и в правду падение спасло меня от чего-то? Ведь даже все археологические находки остались на месте, за исключением моего медальона, он был у руководительницы. Про свою находку из бредовых воспоминаний я старался не думать. Не хватало ещё бред свой анализировать. Так и с ума сойти недолго.

Хотя… я конечно же терялся в догадках. Своим воспоминаниям не доверял, но едва различимые следы на запястьях и щиколотках, говорили о том, что всё не так-то и просто. Ну нереально вот так пораниться и всё тут!

И против воли в очередной раз навалились сомнения — а бред ли это был? Ведь, если поверить… то, в пещере я захотел очутиться подальше и оп! Прямо как в кинохах фантастических. Озарённый этой нелепой догадкой, я неожиданно ярко вспомнил поездку в Питер.

Внезапно раздался визг тормозов.

— Идиот, нашёл где перебегать! — заорал высунувшийся в окно водитель легковушки.

Стою ослеплённый фарами мчащихся мимо машин. Какофония большого города оглушила. Запах выжженной солнцем травы и цветов сменился на удушливый смог, выхлопные газы и сырость. Голова закружилась. Но я таки умудрился, не угодив под колеса несущегося мимо транспорта, выскочить на тротуар. Прохожие шарахнулись, но мне было плевать на их реакцию, я круглыми глазами таращащегося по сторонам.

— Наркоманы, совсем распустились! — крестясь, отшатнулась от меня какая-то бабка. — Милиции на вас мало…

В просвете между домами, на фоне мрачного затянутого тёмными тучами неба виднелась светящаяся словно новогодняя ель махина телевизионной башни. И пришло осознание: где-то я это уже видел… Взгляд привлекло скромно оформленное объявление: «Интернет-кафе. Вход под аркой. Круглосуточно».

Внушительная железная дверь открылась со скрипом. Охранник окинул меня оценивающим взглядом и двинулся навстречу:

— Что ты здесь забыл?

— Мне бы в скайп на пару минут, — произношу, сам ещё не до конца веря в происходящее.

— А деньги-то есть?

Я, пошарив по карманам, нащупал несколько найденных в лагере купюр и с облегчением кивнул.

— Ну, если есть, то иди. Клиент всегда прав, — пробормотал охранник, указывая на окошко администратора.

Прайс не порадовал — всё в рублях.

— А где ближайший обменник? — интересуюсь.

Банк оказался поблизости, но отсутствие документов поставило крест на затее.

— Молодой человек! — раздался женский голос за спиной.

Щелкая каблучками по асфальту, ко мне навстречу спешила одна из сотрудниц банка.