Марина Алексеева – Как оторвать подростка от онлайн-игры? (страница 3)

Если последовательно заниматься вопросами цифрового просвещения, выделять на это время, проговаривать способы взаимодействия с цифровой средой, обсуждать уровень влияния на развитие, то к подростковому возрасту набирается своеобразный интеллектуальный багаж, который помогает распознавать и справляться с жаждой пассивного кайфа. Но чаще всего родители сталкиваются с проблемой по факту и пытаются как-то ее решить.

Что дальше происходит?

В доме царит очень специфическая атмосфера. Как туман, который ложится утром на город, родителей заполняет тревога за то, что вся жизнь пойдет по негативному сценарию. И ладно, если просто играет, а вот если что-то попробовал или связался с «такой компанией», то родители просто не могут справиться с собой, захлестывает стыд и вина, на своего подростка смотрят, как на врага, который испортил всем жизнь и не оправдал ожиданий. Ребенок когда-то был счастьем, а сейчас в семье проблема – он/-а «играет целыми днями и ничего не хочет». Семья сваливается в ловушку восприятия.

Взросление – это отделение. А маме чаще всего просто нечем заполнить образовавшуюся пустоту. Ее эмоциональная зависимость, привязанность настолько сильная, что жизнь превращается в кошки-мышки. Мой ребенок – это мое счастье, а сейчас проблемы, поэтому несчастье. Страх за будущее запускает лавину иллюзий, которые подталкивают опять же к хаотичным действиям. Часто взрослый настолько морально вымотан, что не способен нормально оценивать и корректировать ни свое поведение, ни поведение ребенка.

Эти плохо рефлексируемые состояния толкают к хаотичному поведению, где эмоциональные качели толкают взрослого в крайности. «Чтобы я этот компьютер близко не видела, пока результата не будет!», – говорит мама, полагая, что она всемогущая, отчаянно пытаясь управлять поведением подростка. А следом накрывает беспомощность и растерянность, потому что, как не командуй, слушаться ее уже никто не хочет: «Я не могу ничего с ним сделать, как не контролируй». Чаще всего на этом этапе появляется хамство, родителя прямым образом посылают подальше.

И в этот момент запускается новая волна воспитательных приемов, попыток закрутить гайки, потому что маме кажется, что ей плюнули в душу. Вот эта точка, в которой подросток должен вроде как возвращать вложенное с процентами.

Полностью обессилев, как правило, женщина забывает про себя и свои интересы. Происходит фиксация внимания на проблеме, так как переключиться такой женщине не на что, вся жизнь занята чрезмерно сильным беспокойством за судьбу своего мальчика или девочки.

Далее семья начинает гонку за успеваемость в школе. Появляющиеся проблемы с учебой решаются задолго до их возникновения. Это происходит из-за внутренней установки родителя: «Он/-а без моей помощи не справится»; «Его просто из школы выгонят, если я за него проблемы решать не буду». В такой системе сложившихся отношений подросток не учится брать ответственность за себя. Он, так и быть, походит к репетиторам, но просто ради одолжения. Мысли его заполнены не обучением, увы, а тем, как пройти следующий уровень и прокачать своего героя. Ему никто не рассказывает и не показывает причинно-следственную связь: «Если не будешь учиться, то есть риск вылететь из школы, ты на это готов? Если не поймешь, что диплом нужен в первую очередь тебе, а не мне, то есть шанс остаться без образования».

Что значит отделение? Начиная с семи лет, ребенку постепенно передают ответственность за свои решения и показывают, где справился, а где мимо цели. Постепенно эта зона расширяется, а к совершеннолетию юноша или девушка подходят с пониманием собственной роли и целей в этом мире. Семья является средой, ареной развития и самореализации. Но все это только при участии эмоционально стабильного взрослого.

В случае полной зависимости от родителей этих качеств у личности не развивается вообще. Взрослый зациклен на страхе, что его ребенок не справится, разрушит себя, поэтому не дает ему эту зону для того, чтобы практиковаться, получать собственный опыт и учиться на нем. А страх осуждения «ну какая ж ты мать?» заставляет тащить на себе уделавшегося подростка, который плавно превращает свою жизнь в череду импульсивных событий. И терпеть от него приходится гораздо больше, чем могут выдержать семьи с нормальными взаимоотношениями.

И тут уже в ловушку восприятия попадает подросток. Почему я должен отказываться от игры, когда это намного веселее и радостнее, чем трудиться над уроками, когда «мама все решит»?

Чем сильнее слияние с матерью, тем сильнее зависимость у геймера

Поначалу мы накрепко связаны с матерью, а потом должны правильно от нее отлипнуть. Но чаще всего этот процесс вообще не начинается, потому что ребенка взрослый продолжает считать своим продолжением, тем, кто обязан обслуживать его эмоциональные потребности.

Психологическая автономия – один из важных этапов развития психической системы. Если биологическое рождение, это яркое событие в жизни любой семьи, который всем понятен, то психологическое рождение – медленно разворачивающийся процесс.

Можно предположить, что каждый человек на планете будет в той или иной мере склонен к аддикции, но это не так. Ключевым моментом, который формирует ту или иную часть личности является контекст семейной системы. Поэтому стратегически важно выйти из слияния, принять данность, что подросток – это отдельная личность, причем, активно развивающаяся как в реальном мире, так и в цифровом. И да, подверженная влиянию информационного потока.

В бесконечной борьбе вокруг экранного времени семья чаще всего вообще не берет в расчет так называемую цифровую идентификацию. Вроде где-то тинейджер тусуется, с кем-то взаимодействует, часто представляется вообще другим воображаемым человеком. Нужно это знать, но действовать грамотно. Обычно все заканчивается жестким взломом границ, в результате чего сын или дочь отдаляются, закрывая доступ в свой внутренний мир. А цифровое поведение, это уже следствие процессов, которые происходят внутри, но не осознаются.

Психологическое рождение начинается с понимания себя и своей отдельности, с изучения своих сильных сторон и недостатков, интересов и возможных траекторий собственного развития, в том числе в киберсреде. Для чрезмерно увлеченных играми – принятие собственной ответственности за то, что это увлечение влечет за собой последствия.

Если в семье планомерно обсуждаются вопросы: «Как ты планируешь строить свою жизнь? Что тебе больше нравится, а что не очень?», и, когда существует привычка больше слушать, чем просто навязывать свое мнение, то сын или дочь начинают чувствовать собственную отдельность.

Автомобилисты знают, что без стартера машина не заведется, поэтому, если этот механизм не работает, то никуда не уедешь. Так же и у личности: без понимания себя и своих потребностей невозможно никого заставить сдвинуться с места.

Но часто происходит обратное – полное слияние с родительской фигурой. Если спросить у такого подростка его личное мнение, то он будет оглядываться и соотносить с тем, поддержит его мама или нет. Относительно этого принимать решение и строить линию поведения, а «то мама не одобрит и устроит нагоняй». Собственный выбор по привычке проходит через призму мнения родителя. У некоторых это продолжается всю жизнь.

Тут стоит добавить, если с ребенком сформирована привязанность, то к вам будут обращаться за помощью и советом, потому что ваше мнение является авторитетом. В слиянии всю жизнь навязывают готовые идеальные решения, даже когда не спрашивают.

По мере взросления дети учатся через подражание. То есть наблюдают, как взрослый взаимодействует с миром, насколько успешным и реализованным чувствует себя родитель, каким образом удовлетворяет собственные потребности – самостоятельно или нет. Например, если женщина занимается любимым делом, которое приносит доход, профессионально развивается или увлекается каким-то хобби отдельно от своего ребенка, заботится о своем психологическом и физическом здоровье, тогда на ежедневной практике понятно, как выстраивается взаимодействие с миром. И что особенно важно, ребенок сталкивается с чужими границами. Мама не должна превращаться в персональную помощницу, которая давным-давно забыла про себя и свою жизнь, готовая прилететь на помощь по первому требованию взрослеющего детины. В самых запущенных случаях мама носит играющему подростку в комнату вредную еду, чтобы избегать конфликтов, а потом на корячках собирает мусор от упаковок.

Уже в раннем возрасте сын или дочь должны столкнуться с чужими границами. А, следовательно, почувствовать свою отдельность. Перестать воспринимать себя частью матери.

Если посмотреть на ситуацию семьи, так всегда проще, то можно наблюдать воспитательный вектор. Куда направлено внимание взрослого, на чем он сосредоточился в первую очередь? Как в результате формируется отношение юноши или девушки с окружающим миром?

В слиянии родители транслируют следующий посыл, который будет формировать поведение на всю жизнь. Это выражается в словах и действиях: «Мы вместе, я опытней и знаю наилучший путь к твоему счастью. Я бросила свою жизнь ради тебя. Поэтому я настолько сильно боюсь за тебя, боюсь, что твоя судьба пойдет по негативному сценарию, следовательно, буду контролировать все». В случае девиантного поведения: «Ты мать в могилу сведешь, но мы справимся!»