Марина Александрова – По ту сторону Грани (страница 12)

– Ну, а теперь вызывай Питера, и давай уже настроим твою резиденцию на первое время. Как оказалось, проще всего было дать указание Питеру сделать открытым весь дворец, но только для прохода. Как так? Я и сама не очень поняла, но Лео пояснил, что именно таким образом работает и его Пэм. Упоминание о его невменяемой хранительнице очага заставило задуматься о том, как рассказать ему, что именно она сделала. Ведь один раз она смогла фактически подставить меня в обход его установок, почему бы ей не попытаться вновь? А вдруг и мой Питер тоже не вполне адекватный? Судя по его внешнему виду, вполне вероятно…

Таким образом, свободный доступ ко всему дворцу был у каждого, кто получал на это разрешение. В жилое крыло, где располагались личные комнаты правящей семьи, библиотеки, хранилища и Боги ведают, что еще, – только у меня, Каа’Лима, Лео и охраны, но только в качестве «мимо проходящих». Никто, кроме нас троих, не имел права пользоваться вещами, находившимися там.

– А если попробуют? – не выдержала я и задала вопрос. Меня очень волновало, не убьет ли их неосторожное прикосновение к чему бы то ни было.

– В первый раз ничего страшного, кроме упреждающего удара, с ними не произойдет. Не волнуйся, каждый из них знает, каким образом это работает и что означает «общий доступ», – пояснил Лео. – Ладно, мне пора. Скажи им, что у них общий доступ, они поймут.

– Ты уходишь? – так странно это было. Несмотря на то, что в Тэймире я жила отдельно, и это было нормально, сейчас мне больше всего хотелось, чтобы он остался. С ним было надежно. А еще я смотрела на его лицо, губы, и мне почти до боли хотелось прикоснуться к ним. Всего один раз. Пусть это будет легкое касание, но такое необходимое сейчас. Хотелось, чтобы его крепкие руки сомкнулись на моей талии, притягивая ближе к широкой груди, а сам демон сказал, что он рядом, и потому все будет хорошо. И я бы поверила. Не знаю, что уж там отразилось у меня во взгляде, но Лео вдруг перестал улыбаться и немного нахмурился.

– Странно, – пробормотал он скорее для себя. – Ладно, я пойду, своих дел больше некуда, завтра приведу тех, на кого ты сможешь положиться, – тряхнув головой, словно отгоняя одному ему известные мысли, взмахнул рукой, мол, счастливо оставаться, и был таков.

Не о таком приезде думают люди, говоря о родных местах, в которых не были очень и очень давно. И если подумать об этом, то «дом» для меня – это Север. А тут… заповедник какой-то. Есть луга для моего выпаса, есть стойло, где мне спать, даже есть индивидуальная программа социализации, как обозвал попытку Глав создать круг общения для меня Каа’Лим. Но нет ничего родного и близкого по духу. Может быть, это пока, и совсем скоро что-то изменится? А сейчас отряд демонов в составе восемнадцати мужчин и двух женщин, принадлежавших разным Домам, во все глаза разглядывали меня, пока я объясняла им о «доступе».

Нет, они не таращились, разинув рты, не тыкали в меня пальцами, – разумеется, ничего подобного и близко не было. Но я на каком-то странном уровне осязания чувствовала, как блуждают их взгляды по моему телу, волосам, как пытаются они почувствовать мой энергетический фон своим. И если от исследования, что проводили Главы, было щекотно, то от действий явно уступающих им в мастерстве «энергетического ощупывания» воинов было чувство, словно по невидимым слоям кожи трут наждачной бумагой.

– Кто тут главный? – спросила я, обводя собравшихся суровым взглядом. Ну что за дела? Ладно Главы, можно сказать, коллеги и первые лица государства прощупывают, а тут какая-то школота не хуже меня, а все туда же!

– Тирон, – выступил вперед темноволосый мужчина, явно представитель Дома Вечной Ночи. Он был выше меня на полголовы, взгляд имел весьма суровый и в целом смотрелся грозно. Должно быть, авторитетный дядька среди своих…

Знаете, в чем явный плюс моего происхождения и полнейшего одиночества? Иногда можно сказать гадость, не волнуясь за окружающих. Ну, тут даже не гадость, а скорее просто накипело. Возникала странная ассоциация, словно я хозяйка двадцати болонок, которые вообразили мои ноги объектом своего вожделения и просто меня уже достали! Они терлись и терлись об меня, прощупывая мой блок, энергетический баланс, то, насколько я сильна. Сначала охаживали аккуратно, но теперь, решив, что я, по всей видимости, ничего не замечаю, атаковали всем скопом. Конечно, я понимала, что они в замешательстве от того, что не могут просмотреть мою юную сущность, но это не причина. Кто они такие, в конце-то концов?

– Тирон, – тихо сказала я, мечтая поскорее отвязаться от этой толпы, – угомоните своих людей и угомонитесь сами. Ваши ментальные потуги доставляют почти физический дискомфорт.

Сказала и тут же едва не пожалела об этом, увидев, как ошарашено смотрит на меня мужчина и его подчиненные.

– Простите… – сказал он, несколько стушевавшись. – Мы не знали, что вы…

– Ощущаю? – подсказала я ему. – Да, и мне это не нравится.

«Что значит, не знали они?» – подумала я, между тем давая знак Каа’Лиму, что пора идти искать место, где, наконец, можно будет выспаться и поесть!

«Конечно, они не знали, что ты это почувствуешь», тем временем сказал Каа’Лим, подходя ближе ко мне. «Такая способность есть не у всех, обычно проявляется с возрастом и только у наиболее сильных представителей расы. Дэйурги чувствуют любое проявление ментального воздействия, поскольку именно в ментальной магии мы сильны. У демонов иначе: вы чувствуете силу, ее энергетическую составляющую, почти интуитивно. Они прощупывали тебя не столько потому, что им это интересно, скорее это черта хищной натуры. Увидеть противника, оценить его, определить потенциал. «Чего?» – переспросила я, не понимая, что конкретно он имеет в виду.

«Ну, отпусти этих лоботрясов и пойдем, я постараюсь объяснить», – выразительно посмотрев на все еще ждущих распоряжений демонов, сказал Каа’Лим.

– Тирон, – вновь посмотрела я на демона, что отвечал за весь отряд. – Я знаю, зачем вы здесь. И поскольку мы оба понимаем, что к чему, наблюдайте на расстоянии. Я не люблю, когда меня тревожат и лезут в личное пространство. Ступайте. И еще кое-что… – все же решила сказать, прежде чем они побегут с докладом к Главам. – По-хорошему я говорю один раз, не стоит обременять меня своим присутствием.

Сказала я это не из-за желания доказать свою значимость или показать, что тут я самая главная, конечно нет. Сегодня я чувствовала себя вымотанной и разбитой как никогда. Усталость, такое странное ощущение для совершенного тела, легла на плечи тяжким грузом. Сейчас я хотела покоя и одиночества, а не слежки и навязанного внимания. Я понимала, что следить они все равно будут, но пусть делают это так, чтобы я хотя бы не замечала.

«Идем, – обратилась я уже к Каа’Лиму, не дожидаясь ответа от Тирона. – Так, что там с «градацией»?

Ступая рядом по широкому коридору, которому, казалось, не будет конца и края, мы оба игнорировали двадцать пар глаз, что смотрели нам вслед. О чем думали они, мне было неведомо. «Ах, да, – спохватился дэйург. – Ты же понимаешь, что по природе своей все мы хищники, потому будет понятнее, если я объясню попроще. Представь, каждый Дом – это стая, где есть свой Альфа. И есть охотники, самки, щенки, представила?»

Невольно улыбнулась, согласно кивнув.

«Ну так вот, в стаю приходит новый вожак, например, и каждый член этого примитивного сообщества начинает принюхиваться и присматриваться к нему, чтобы уже наверняка знать, что из себя представляет новая особь. Насколько сильна и опасна. То есть такое “обнюхивание” как бы в порядке вещей», – заключил Шаи, довольный приведенным примером.

«Не хочешь ли ты сказать, что меня еще не раз “укусят”, проверяя на прочность?»

«Ну… вероятно, что так и будет. Тут это нормально, пока ты не сумеешь каждого ухватить за загривок, это будет повторяться. Только не стоит размениваться на низших, только сильнейшие противники, и никак иначе».

Мы уже почти скрылись за поворотом, когда я не выдержала и засмеялась во всю силу. Только вот, скорее, то был смех отчаянья, нежели искреннего веселья. Должно быть, потому даже мне стало жутко, когда его отголоски отразились от высоких стен, эхом разносясь по древнему замку угасающей династии.

Прошло восемнадцать лет, и больше всего из произошедших перемен в его Резиденции Лео угнетало то, что милый сердцу кабинет стал почти неузнаваем. С остальным он готов был примириться ненадолго. Но вот то, что его детище, его любимое место во всем доме превратили в эту «детскую комнату для мальчика», бесило невероятно! Что это за сабли и кинжалы на стенах, совершенно идиотский голубой цвет стен, полное отсутствие книг и огромный стол, на котором нет даже письменных принадлежностей! На кой этому придурку понадобился бар на рабочем месте и целая коллекция крепкого алкоголя и наркотических смесей? Что это? Бордель с детскими игрушками в одном месте? Еще и софа в нише у окна. Несложно догадаться, зачем она тут! И чем он занимался за его столом, если не работой?

– Надо продезинфицировать, – брезгливо сморщился Лео, разглядывая идеально отполированную поверхность стола из красного дерева. – Даже трогать не буду, пока все тут не почистят, – прищелкнул он языком, отходя к входной двери. – Пэм, милочка, будь любезна, уже заняться моим рабочим местом, – сказал он словно в пустоту, но тут же в углу комнаты возникла фигура белокурой эльфийки с ярко-голубыми глазами. То, что Пэм не меняла личину вот уже около месяца, Лео не особенно волновало. Он порядком устал натыкаться в собственном доме на бывших пассий, которых в большинстве своем и не помнил толком, если бы не ее постоянные напоминания, что за женщины были в его жизни. Вот и сейчас он лицезрел белокурую красотку почти месяц, но даже примерно не мог вспомнить, что это за дама и как ее зовут…