Марин Пен – Равняться на Путина! (страница 3)
– Я хорошо понимаю, о чем речь. Я и сама была объектом очень жестких упреков во время президентской кампании из-за того, что выступала за сближение с Россией, говорила о некоторой симпатии к Путину. Я действительно поддерживаю многое из политической модели президента России. Создать идеальную систему после 70 лет коммунизма и 10 лет «ничейной земли» 1990-х в политическом и экономическом плане очень тяжело. И меня удивляют западные двойные стандарты в этом смысле: мы очень требовательны к России, но зато очень любезны с Китаем, который даже не является демократической страной – там нет выборов, свободы слова. Европа не совсем честна с Москвой – заявления о защите высоких ценностей и прав человека служат на самом деле поводом для обеспечения исключительно экономических и политических интересов.
Речь идет о феномене холодной войны среди европейских элит, о пропаганде и политической борьбе против России. ЕС находится, в том числе и из-за участия в НАТО, в зоне влияния США. Они и определяют призму, сквозь которую надо смотреть на Россию. И мы пытаемся демонизировать все, что могло бы позволить нам как-то сблизиться.
– Сегодняшняя Франция испытывает неприятности одновременно от социализма и ультралиберализма политических и экономических элит Европы, которые умудрились сделать из самого богатого континента банкрота. А во Франции возникают проблемы с демократическими процессами – несмотря на то, что в первом туре выборов президента Франции я набрала почти 20 %, в Национальной ассамблее сейчас только два депутата от нашего фронта из 577-и. Это не демократия.
Невыносимой стала и европейская технократия: хотя мои соотечественники во время референдума 2005 года проголосовали против европейской Конституции, ее все-таки приняли вопреки решению народа. То же и в финансовом плане: из-за полностью открытых границ мы не можем защищаться от импортируемых по очень низким ценам товаров и не выдерживаем конкуренции. Вид ослабевающей страны и создает большую тревогу среди французов, вызывает чувство потери своих корней и невозможности отыскать свою национальную идентичность.
– Я выступаю за выход из еврозоны. Я даже требую проведения референдума, чтобы французы сами могли ответить на вопрос, выходить ли из ЕС. Я бы называла Европейский союз Советским европейским союзом, ведь эту систему нельзя улучшить, и она создана на заведомо пагубной идеологии глобализации. Ее надо разрушить и создать свободную Европу, членами которой являются действительно суверенные государства, которые решают сами, какие направления для сотрудничества выбирать, какие соглашения подписывать. Без технократов из Брюсселя, которые навязывают нам решения, хотя даже не являются избранными.
– Российская модель – альтернатива американской в экономическом плане. Вместе мы могли бы лучше защищать наши стратегические интересы и бороться против мировой финансовой системы, которая основывается на непомерных привилегиях доллара.
– С самого начала наша партия была единственной во Франции, поддержавшей точку зрения России: мы против любого вмешательства в Сирию. Я рада, что Путин показывает пример твердости и следования международному праву. Иначе мы можем вновь совершить ту же ошибку, что в Ливии. Поставки оружия фундаменталистам могут представлять в дальнейшем большую опасность для всего мира. Например, в Мали, где мы пришли на помощь нашему союзнику в борьбе против исламистов, Франция встретилась с оружием, которое ранее сама же поставила ливийским радикалам. В последнее время французская дипломатия вообще мне кажется такой уткой без головы, которая бегает из стороны в сторону, лишена всякой логики и не знает, кто ее друзья, а кто – враги.
Путин – влиятельный человек на геополитической арене
ВЗГЛЯД: Во время визита в Севастополь этим летом вы заявили по поводу евроинтеграции Украины, что воспринимаете страну как друга, а «друзей не приглашают в кошмар». Не изменилось ли ваше мнение с тех пор?
Марин Ле Пен (далее М.Л.П.): Конечно, нет. Во-первых, я думаю, что нет ни малейшего смысла для Украины входить в Европейский союз. Во-вторых, я думаю, что для ЕС нет также ни малейшего смысла продолжать свое расширение в то время, когда сам он находится в состоянии разорения и краха.
ВЗГЛЯД: Сейчас вы наблюдаете за тем, что происходит на Украине?
М.Л.П.: Да, наблюдаю, но посредством французской прессы, которую никак не назовёшь беспристрастной.
ВЗГЛЯД: Как бы вы могли оценить действия украинского президента Виктора Януковича?
М.Л.П.: Я не беру на себя роль управляющего во внутренних делах суверенных стран. Но вот что я нахожу удивительным, так это то, что Европейский союз, основываясь на мнении нескольких десятков тысяч манифестантов, заявляет о нелегитимности украинского президента. И я нахожу это еще более удивительным, учитывая тот факт, что, как мы помним, год назад полтора миллиона французов вышли на улицу против Франсуа Олланда, и я не слышала, чтобы Европейский союз требовал отставки Франсуа Олланда или обвинял его в нелегитимности. Если есть разногласия между частью украинского населения и президентом – на то существуют выборы. Но требовать преждевременного ухода президента Украины на основании манифестаций – я нахожу это странным. Во Франции в прошлом году были весьма массовые манифестации, но никто ничего подобного не требовал.
ВЗГЛЯД: Вы говорите, что не считаете себя вправе судить о внутренних делах иных государств. Однако некоторые лидеры Европы и Америки приезжают сейчас в Киев и публично выступают на майдане. Вы считаете это вмешательством во внутренние дела суверенного государства?
М.Л.П.: Конечно. И я была весьма шокирована, что господин Фабиус, министр иностранных дел Франции, намеревается принять украинского оппозиционера. Я вижу, впрочем, что он отменил эту встречу, но я нахожу это весьма шокирующим. Так не делается. Или же международного права более не существует.
ВЗГЛЯД: Что вы думаете о последних требованиях Киева, заявившего, что договор с ЕС будет подписан в случае, если Украина получит от Европы финансовую помощь в размере 20 млрд евро?
М.Л.П.: Я не знаю, каков уровень искренности этого предложения.
ВЗГЛЯД: Но ведь это не ЕС предлагает Украине, это Янукович требует от ЕС…
М.Л.П.: Я поняла. Некоторые аналитики полагают, что президент Янукович сформировал данное требование для того, чтобы ЕС его отверг, дабы продемонстрировать украинскому народу, что манна финансовая, которую украинцы ожидают от Европейского союза, на самом деле – мираж. Так что я не знаю, какова природа этого требования, было ли оно искренним, или это тактический ход ввиду всего того, что происходит сегодня на Украине… Я не знаю, у меня нет достаточной информации на эту тему.
ВЗГЛЯД: На ваш взгляд, Европейский союз действительно готов принять Украину в свои объятья? Притом что премьер Британии Дэвид Кэмерон недавно предупредил, что он не пустит в Англию уже принятых в ЕС болгар и румын на работу, даже если это и нарушает принципы ЕС?
М.Л.П.: Европейский союз ни в коей мере не способен сегодня принять какую бы то ни было страну. Европейский союз практически разорён и испытывает самые тяжёлые проблемы с последними вошедшими странами – Болгарией и Румынией. Любое новое «окно» для любой новой страны будет способствовать лишь ускорению ослабления ЕС.
ВЗГЛЯД: Но, например, Польша вошла в Европейский союз 10 лет назад. 10 лет назад уровень развития Украины и Польши был одинаков, более того, поляки приезжали на Украину за товарами. Теперь же уровень развития Польши несравним с Украиной.
М.Л.П.: Проблема в том, что «новые страны», имевшие уровень экономического развития чересчур отличный от «старых» стран ЕС, получили сотни миллиардов евро помощи. Такая помощь длится несколько лет. Но потом на смену белому хлебу приходит чёрный хлеб. Сегодня Европейский союз не имеет более тех денег. У него нет того уровня благосостояния, как 10 лет назад. Из чего следует, что если украинцы надеются, будто при входе в Европейский союз на них прольётся с неба манна финансовая, как это было с Польшей, они ошибаются.