Марин Монтгомери – Тайное становится явным (страница 16)

В одну из следующих ночей я лежу без сна на своем матрасе, свернувшись под старым одеялом с нарисованным на нем Человеком-Пауком, которое я одолжила у мальчишек. Я лежу и пялюсь на свежепостиранную кучу одежды, сложенную на диване, – Диана принесла домой немного четвертаков из казино, и я смогла сходить в прачечную. Не знаю, выиграла ли она их или это просто сдача с того, что она уже промотала. Я не спрашивала, потому что даже не хочу знать.

В самом низу кучи проглядывает ярко-желтая ткань.

Я победно щелкаю пальцами. Вот он, мой шанс – плащ Шарлотты. Да, она сказала мне его оставить, но теперь я просто обязана вернуть его.

Но вот как это сделать, у меня нет ни малейшей идеи. Шарлотта неуловима, словно призрак. Пока сходила с ума от нетерпения, я обошла всю округу около озера, несколько раз прошлась мимо ее дома – и ни разу не видела, чтобы кто-то заезжал или выезжал из ее двора. Думаю, ее соседи уже начали волноваться, что какая-то девица постоянно приходит к Шарлотте и впустую стучит в ее входную дверь. Я, конечно, стараюсь смешиваться с толпой, но ничего не могу поделать с тем, что резко выделяюсь среди этих людей. Однажды, в очередной раз бесцельно шатаясь около озера, я услышала оживленную дискуссию двух женщин – они обсуждали предстоящую поездку на Багамские острова. Когда они подошли поближе, я пристроилась позади, чтобы подслушать.

– А что с Домино? – спросила та, что была ниже ростом и в плотно обтягивающих спортивных брюках. – После того, как ты в прошлый раз везла его на самолете туда и обратно, он сбросил пять килограммов и жутко кашлял.

– Картерсы рассказали, что есть такое приложение, которое показывает тебе сиделок для собак в твоем районе, – отвечает вторая, и я вся обращаюсь в слух, – Так что можно найти кого-то, кто сможет приходить в твой дом приглядеть за собакой и все такое. Мы собираемся попробовать. Может, что-то выгорит.

Женщины сменяют тему и принимаются обсуждать, как муж какой-то их подруги переспал с новой тренершей по пилатесу и прочую бессмысленную хренотень, но меня это уже мало волнует. Меня переполняет восторг, и я перехожу на бег, не в силах сдержать ликования. Вскоре я оставляю этих двоих у себя за спиной.

Работа, за которую мне не только заплатят, но которая еще и даст мне полное основание спокойно разгуливать по району Шарлотты? Да это же просто отлично!

Единственная проблема в этом случае – телефон, на котором нет ни гроша. Но у меня появляется одна идея – если сказать Диане, что у меня есть работа, с которой я смогу оплачивать наши счета, возможно, она согласится помощь. Я твердо решаю настроиться и спокойно поговорить с ней тем же вечером.

Сначала она воспринимает мое предложение со скепсисом.

– Людям что, действительно нужно, чтобы кто-то сидел с их домашними животными? – Ее очки съезжают с переносицы, когда она недоверчиво морщит нос.

– Да, – говорю я. – Давай я тебе приложение покажу.

Диана позволяет мне скачать приложение на ее телефон, чтобы она могла просмотреть список сиделок для питомцев и убедиться сама.

– Да чтоб меня, – начинает она и улыбается своей типичной улыбкой, которая больше смахивает на насмешку. – Ладно, я заплачу за твой телефон.

Еще Диана предлагает мне вполне замечательную идею: написать в профиле о том, как я успешно управлялась с соседской дворнягой и непородистой домашней кошкой. Написать просто для того, чтобы казаться опытнее. Я решаю воспользоваться советом, даже немного преувеличиваю свои достоинства, а также вписываю откровенную ложь о том, что раньше работала в зоомагазине, но теперь он закрылся. Заодно указываю, что долгое время работала нянькой для детей. Может, мне это зачтется?

Потом обновляю настройки и задерживаю дыхание. Вместо почтового индекса своего района, вписываю индекс района Шарлотты и получаю длинный список своих потенциальных клиентов. Появляется еще идея, отражаю ее – поскольку графика у меня нет и я легко могу оставаться у них дома, чтобы следить за животными, я еще могла бы и за домом присматривать или там цветы поливать. Двойная выгода.

Мне приходится отказаться от нескольких предложений, которые слишком далеко от нужного мне места, еще приходится выдумать несколько отмазок для тех, кто хотел бы оставить своего питомца в моей квартире.

Подходящие для себя варианты принимаю и стараюсь относиться к заданиям со всей ответственностью. В течение следующих двух недель я время от времени останавливаюсь у дома Шарлотты и звоню в дверь. Каждый раз мне никто не отвечает – честно говоря, думаю, что они с Ноем уехали в отпуск. Дом тих и пуст, свет не горит, а ящик-павлин доверху набит письмами.

Один из моих клиентов поручает мне присматривать за терьером по кличке Бенджи. Дом находится всего в паре улиц от дома Шарлотты. Выгуливая Бенджи, я каждый день прохожу мимо ее дома – иногда и несколько раз. Пес только рад – ему нравится тщательно обнюхивать ее безупречный газон. Я всегда тщательно за ним убираю – не хочу потом получить негативный отзыв или жалобы от соседей.

Следить за Бенджи мне предстоит долго – больше двух недель. В один из таких дней я, как всегда, выгуливаю Бенджи, пока он деловито обнюхивает заборы. Когда он останавливается и задирает ногу, чтобы пометить куст, мое внимание привлекает грохот и следующий за ним скрип гаражной двери.

Это медленно открывается гараж Шарлотты. Она дает задний ход, чтобы развернуться, и мои ноги начинают трястись. Сейчас или никогда. Мне надоело вечно носить с собой ее чертов плащ, надеясь, что сегодня я наконец-то ее встречу. Я вытаскиваю его из рюкзака и бросаюсь к дому Шарлотты, Бенджи прыжками несется за мной следом, считая, что я решила поиграть с ним в догонялки.

Я выхожу на подъездную дорожку и останавливаюсь, но Шарлотта не замечает меня, пока я не встаю прямо перед ее джипом, размахивая желтым плащом, словно флагом. Набрав в грудь воздуха, я кричу:

– Подождите!

После непродолжительных терзаний стекло автомобильного окна наконец-то опускается. Хоть медленно, но все равно здорово.

– Что, во имя всего святого…

– Подождите! Пожалуйста, подождите, – с этими словами я кидаюсь к водительскому сиденью. – У меня ваш плащ.

Я боюсь, что Шарлотта поднимет стекло до того, как мне удастся его отдать, так что замираю на месте с плащом в вытянутых руках – самое что ни на есть выразительное предложение о перемирии.

Шарлотта некоторое время озадачено на меня смотрит.

– Все в порядке, оставь себе. Тебе не нужно было сюда ехать только для того, чтобы отдать эту штуку.

– Но он же не мой. Это ваш плащ.

Повисает напряженное молчание. Мы таращимся друг на друга, пока Шарлотта не замечает десятикилограммовую собаку, лающую из-за моей спины, и не переводит взгляд на нее.

– Оставь себе.

– Мне очень жаль, – говорю я. Бенджи еще раз гавкает.

– Он твой?

– Нет, – отвечаю я и чувствую, что краснею. – Я собачья сиделка.

– В моем районе?

– Ну да. Я много с кем из ваших соседей познакомилась, пока гуляла у озера. Потом кое-кому понадобилось срочно посидеть с собакой, и я согласилась, – рассказываю я и усмехаюсь, – Неплохой способ подзаработать.

Она кивает, переводит взгляд на боковое зеркало и снимает ладонь с рычага коробки передач.

– Постойте, – быстро начинаю говорить я, – мне очень жаль, что я так себя повела. Вы были ко мне очень добры, а я поступила как последняя гадина.

Ее лицо напрягается.

– Все хорошо, Элли. Ты права: я тебе совсем чужой человек.

– Нет, совсем нет, – возражаю я и пожимаю плечами. – Вы мне очень помогли, сделали для меня столько хорошего, и я этого совсем не заслужила.

– Что было, то прошло, – машет рукой Шарлотта.

– Я очень переживаю, что вы на меня злитесь.

Она резко выруливает на улицу.

– Не стоит. Я не так важна, чтобы из-за этого переживать. – Она смотрит на электронные часы на приборной панели. – Мне пора, я опаздываю на встречу.

– Мы можем поговорить потом?

– О чем?

– Я хочу задать вам несколько вопросов.

Костяшки ее пальцев белеют, а во взгляде проскакивает тревога.

– Зачем?

– Это для моей школы… Домоводство.

– Они что, все еще его преподают?

– Ну, теперь это называется более политически корректно, – хмыкаю я, – жизненные навыки.

– И для чего я тебе понадобилась?

– Ваше печенье, – объясняю я, похлопывая себя по животу. – Буквально лучшее, которое я пробовала. Да, я набрала пару килограммов, когда съела его в один присест. Я должна выбрать семейный рецепт, знаете, с какой-то историей, приготовить его и принести в класс на пробу. И напечатать интервью о том, кому он принадлежит и почему это важно.

– Попроси кого-нибудь из твоей семьи.

– Никто не умеет готовить. Я же не могу принести макароны с сыром и распинаться о том, как они много для меня значат.

– Не думаю, что я могу помочь, – Шарлотта прикусывает губу. – Мне до сих пор больно говорить о маме.

Бенджи вдруг громко тявкает, а потом и вовсе начинает рычать – мимо пробежал кролик. Он так сильно тянет поводок, что мне приходится идти за ним. Иначе он попросту уронит меня и потащит за собой.

– Хорошего дня, – желает мне Шарлотта. Затем, выезжая на улицу, добавляет: – И удачи с собакой.

Я бегу за Бенджи, а джип Шарлотты тем временем набирает скорость и исчезает за поворотом – а вместе с ним и все мои шансы на успех.