Марика Становой – Смерть экзекутора (СИ) (страница 35)

— Что угодно, связанное с механикой и индивидуальным передвижением, — Ньёс отступил к двери и погладил замок. — Гаражи, обслуживающие гоночную трассу, вполне бы подошли.

Дверь уехала в стенку. Стив удалился, даже не кивнув.

Надо же. Индивидуальное передвижение! Чего тогда Сергей сидел чернее тучи во флаере? Потому что поуправлять самому нельзя было? И надо же было так вляпаться к старому ажлисс. Когда же он научится думать? Старых ажлисс, которые помнят еще того Джи, осталось всего ничего, а он прямо в такого и влетел. И какое кому дело, почему не сказал, зачем не сказал! Потому что хотел организовать неожиданную встречу. Он хотел сделать подарок и радость. А теперь получается, что этот более чем трехсотлетний гад ему нагадил! Или он сам нечаянно подгадил Джи?

Стив отошел в сторону от людского потока к витрине рукодела-гончара. Кажется, где-то тут Генри покупает кофейные кружки — по ободку были нарисованы знакомые толстенькие птички с желтой грудкой и белыми щечками… Бросил скан — надо же, как далеко умчался Сергей! Но хоть идет в правильном направлении.

— Тебе все-таки надо получить коммуникатор. Терминал вон там, — Стив догнал стрелка на станции монорельса.

— Тут написано «мушиная фабрика», — Сергей разглядывал макет подземного Лакстора. — Вам мух не хватает?

— Город большой, отходов много. Делают удобрения и выращивают мясных мух. Личинки размером с ладонь, сплошной протеин и легкоусвояемые жиры…

— Дрянь какая. А на завтрак были чьи-то маленькие задницы — крысы?

— Нет! Это же четвертинки турапу. Ножки. Видно же, что птицы. Хотя крыс тоже можно найти, но их больше едят на островах. Положи руку, — Стив коснулся экрана терминала. — Система считает твое биополе, привяжет кодировки. Выбери комм, какой хочешь.

Но Сергей уже выбрал. Отщелкнул понравившееся изображение большим пальцем и спрятал в карман тонкий кирпичик модели, которая не делалась ни браслетом, ни палочкой. Но сразу достал снова и завертел, разглядывая.

— Пойдем поедим? — Стив воодушевился: Сергей выглядел вполне дружеским.

— Мух? Нет уж. Ньёс мне подтвердил специализацию. Я хочу разобраться в вашей летающей технике. Поэтому лучше прямо в инкубатор. Ты говорил, что он накормит-напоит и на горшок сводит. Подожди, — Сергей вытянул из торцовой части комма контактный язычок и воткнул комм в терминал. — Интересно цифры пляшут! У меня на счету было пятьсот этих ваших импов, а теперь только пятьдесят?! Как это понимать?

— Откуда ты знаешь, сколько у тебя было, раз у тебя комма не было?

— У меня карта банковская была, и банкомат показал счет, но карту съел, — Сергей сгрёб высыпавшиеся десять желтых ленточек с колечками и вспомнил, что карта-то была на имя Исы.

— Пятьдесят импов — стандартная сумма на месяц для курируемого. Ты же на моей ответственности. Или купить что хочешь? Да зачем ты снимаешь деньги, я куплю…

— Я привык, что у меня есть деньги. Кстати, что-то не заметил, чтобы у вас цены были где написаны. Как можно что-то выбрать, при такой секретности.

— Цены в системе всегда можно посмотреть. А потом, они всем известны. Зачем их везде писать?

— Как зачем? А вдруг кто-то сделал дешевле или лучше?

— Ну и дадут ему по-мозгам за нарушение цен. Человек должен получать радость от труда, а не от того, что за него получает деньги. Ты же не можешь съесть больше, чем тебе надо. Лучше делать можешь сколько угодно, но не опережать и не нарушать напланированный прогресс…

— То есть цены устанавливаете вы?

— Да ничего я не устанавливаю. Цены давным давно установлены, но все равно кто-то делает лучше, кто-то хочет что-то иное. Фонтанируешь идеями — иди работай в патентное бюро, разрабатывай игрушки для будущего. Есть ограничение на выпуск одинаковых моделей, но так же на новое, которое различается только цветом или там формой. Все продумано тысячи лет назад.

— Как мне найти сестру по этой хрени? — Сергей играл с коммом, стоя в закутке вагона у запасных дверей. — Тут какие то бешеные списки.

— Задай адрес: Утренняя Звезда, материк Тарпао, город Моска, дознаватель Кин — я номер дозена не помню. Потом имя «Елена Калинина». Но связи все равно не будет, пока я не пропихну ваш разговор вне очереди, а это не так просто. Плюс на междупланетные контакты у тебя блок, как у нарушителя, но нормальной связи с колонистами всё равно нет и еще полгода не будет.

— То есть шесть месяцев я не смогу даже переписываться с сестрой? — вскинулся Сергей.

— Полгода — это пять стандартных месяцев, а не шесть. В месяце сорок дней. Найди в комме стандартное время в энциклопедии и сравни. А писать ты можешь. Напиши и отошли. Письмо уйдет в комплекте с остальной информацией во время сеанса связи.

Стив несколько раз чуть было не начал извиняться за неудачно задержанную информацию о Лене, открыл даже рот, чтобы извинится за нечаянно убитую мать, но только разозлился на себя, на Ньеса и решил подождать более удачного момента. Но добавил:

— Они тоже ни с кем связаться не могут по своему желанию. Прошу прощения. Я подарок хотел сделать. Но вот вышло глупо.

— То есть случится что на планете, а ваша Империя и не узнает? — Сергей непонятно шевельнул плечами.

— Нет, официальная связь есть, порталы работают по изветному расписанию. Но не хватает мощности для одновременной связи удобной всем. Поэтому упростили, что никому нельзя — и всё.

— Значит, если ты постараешься, то я смогу с сестрой и увидеться, — Сергей поднял голову от комма и посмотрел прямо.

— Сможешь наверное, — смутился Стив. — Я постараюсь.

Сканировать Стив не решился. Кажется, все потихоньку налаживается — это здорово.

На базу долетели в молчании.

Пока Сергей спал и наполнял мозги знаниями, Стив для большего авторитета лично заявился в гаражи при полигоне. Техобеспечение полигона и игровой арены было самостоятельным государством в государстве и подчинялось напрямую только коменданту базы и Императору. Поэтому ажлисс Читр вовсе не прыгал от счастья, когда экзекутор пресек именем Императора все возражения. Стив, конечно, понимал, что новичок в мастерских, отвечающих за безопасность гвардии и игроков арены — это еще один элемент риска. Но люди-игроки и солдаты сами выбрали себе занятие, а ему удобней иметь подопечного недалеко от себя. А Джи вернется где-то через месяц, и тогда уже можно будет перевести Сергея в город. У экзекутора бывают разные и очень нехорошие занятия, и человек под боком — не всегда удобно. Хорошо еще, что дознавателей на базе не было, и причину заботы экзекутора о человеке с экспансированной планеты Стив смог прикрыть императорским экспериментом. Что было практически чистой правдой.

Глава 16. Геарджойя. Полигон

Сергей не переставал удивляться безалаберности имперской системы безопасности. Он — военный преступник на испытательном сроке, а что делает главный телохранитель Императора? Сначала омолаживает его, потом накачивает знаниями и оставляет спать всю ночь в уникальном оборудовании, так называемом «инкубаторе», который простым людям доступен только за большие заслуги, а потом? Пра-авильно, потом пристраивает практикантом в армейские гаражи, облуживающие личную гвардию Императора. Ладно, сам телохранитель и по совместительству главный палач больше похож на подростка, по которому психбольница плачет. Но и начальник мастерской, с кислой мордой встретивший их на парковке, не задал ни единого вопроса, только кивнул и молча посмотрел вслед усвиставшему на летучем мотоцикле экзекутору. Потом махнул рукой, призывая идти за собой и в одном из громадных ангаров передал его мужику с непроизносимым именем:

— Вот тебе новенький, свежевлитый Сергей. Чем быстрее его натренируешь, тем быстрее он отсюда уберется. Приказ Императора.

И ушел.

— Э… — замялся Сергей. Как тут что делать? В голове было удивительно пусто, никаких следов «влитых» знаний. — Можете повторить, как вас зовут?

— Ихпотарлап Касопалбор, — засмеялся новый начальник. — Но не надрывайся, просто Лап. И на ты. Смотрю, ты пришел с пустыми руками? Ни инструментов, ни одежки?

— Ничего у меня нет. Я вообще полчаса назад не знал, где работать буду.

— Какой ты шустрый! Обычно у нас учеников и не бывает. Но ладно, ходи за мной. Привыкнешь, сориентируешься. Пойдем на склад, возьмешь тряпки и закодируешь на себя ящик с инструментами.

И всё. Никаких вопросов.

Ящик с инструментами оказался чуть ли не передвижной лабораторией размером с хороший железнодорожный контейнер, полный коробок, анализаторов и выдвижных подъемных кранов. В бесчисленных емкостях была рассована прорва инструментария, часть из которого выглядела вполне привычно. То есть отвертки, пассатижи, ключи, гайки, прокладки, проволока, трубочки, шланги всех размеров и вороха подобной мелочи. Тут Сергей понял, как работает «влив». Таращась на особо заковыристую железяку, выловленную наугад, он обнаружил, что действительно вспоминает, для чего эта железяка хороша, и куда её совать. Беда, что эти воспоминания все равно были ни к чему: картинка, всплывающая в памяти, сама требовала расшифровки, так как место, куда совать ту железяку, Сергей никогда на самом деле не видел. Да, он, оказывается, мог бы назвать все эти зажимы, рычаги и разобраться в дырках разных конфигураций, но…

— Эй, Сергей, без паники. Еще наиграешься, — позвал его Лап. — Воткни комм и авторизируйся. А я тебе дам пограть с деталюшками — наши боевые бычары умудрились обойти навигатор и сцепились в лобовую. Два скутера в кашу. Рассортируешь разбитое от целого, попробуешь поправить то, что сможешь, и начнешь соображать. Ты впервые вливался?