Марика Становой – Рождение экзекутора (СИ) (страница 96)
Джи позволил себя ласкать, бог ласкал его сам, и Стив сдался. А как он надеялся сойти с ума! А когда он, подчиняясь воле Джи, опять овладел им в очередной раз и забыл себя, отвечая на любовь своего бога… Всё-таки выпустил жало и, замирая одновременно от вожделения и отвращения, все-таки нашел жилку, впился в неё… Сила его бога навалилась мощью цунами, утащила с собой и выкинула где-то далеко в пустоте.
Он очнулся только утром. Джи, смеясь, сдернул его с кровати и отправил фехтовать с курсантами. В этот день, в горячке взятой взаймы энергии, он выстоял во всех дуэлях, и ему впервые не надрали задницу на тренировке.
А потом белая и мертвая рука памяти погладила по сердцу, привлекая внимание, зовя за собой, и он опять расхотел жить.
Но бог сказал ему:
— Я не буду тебя все время поддерживать, не привыкай! Пойдешь к коменданту, он тебе укажет кого-нибудь наказанного — возьмёшь у него. Всего немного, пару глотков, но в течение декады тебя это успокоит, а со временем всё утихнет само.
Механически передав приказ императора и получив брезгливый взгляд от коменданта, он пошел в казарменный карцер. Дежурный молча открыл дверь.
Запертый гвардеец встал и с издевкой смотрел на невысокого экзекутора, представляя, как тот будет тянуться и карабкаться к его шее.
Стив слегка собрался — ну и как его жалить? Жало достаточно тонкое, но все равно лучше толстая жила. В руку, если только у подмышки… Вот рожа. Грег — амбал дубовый, такой же урод, как они все. Просить он не будет. Стив проник ментальным щупальцем Грегу в сознание. Не усложняя, просто подкосил ему ноги. На коленях амбал стал вполне подручной высоты. Стив обошел его сзади и склонился к основанию шеи. Грег попытался вытолкать его из головы. Экзекутор усмехнулся: «Господи, ну и смердит от тебя. Не назло же мне тебя после тренировки подсунули, а?»
Но если он завтра заявится с гигиенической салфеткой, тогда оскорбленная гвардия на первой же совместной тренировке порвет экзекутора в пыль.
Приник открытыми губами к потной и соленой шее Грега и, мысленно обезболив, ввел жало в яремную вену. Сразу захотелось обнять. Приласкать… Руки сами тянулись погладить, прямо зуд в пальцах… Ужас какой… Грег про себя зарычал и Стив, сделав пару глотков, вынул жало. Оставил гвардейца с кровяным ручейком на шее.
Выскочил из сознания донора. Тот вскочил и схватился за шею, молча, но очень нехорошо смотря вслед.
А Стиву было хорошо, прямо отлично! Он был даже счастлив. Как будто его привязали к большой охапке воздушных шариков, и они того гляди отнесут его в небо. Шутливо поклонился и выскочил из карцера, хряснув дверью.
— Ой. Я не хотел! — извинился перед дежурным.
Тот не сказал ничего, глядя с мрачной вечностью в глазах.
А Стиву было просто отлично.
Потом Стив залез в систему. Нашел Рона. Точнее, информацию. Рона уже не найдешь… Рон бросился на монорельс в Лаксторе. Недалеко от сафари. В тот же день. Стив несколько раз просмотрел запись. Рон падал с платформы под поезд. Стива опять затрясло. Он даже не сможет извиниться! Хотя как за такое можно извиниться!? Как такое можно извинить… Как за это можно извиняться? Стив без конца проигрывал короткий вид: Рон подходит к краю и делает шаг, падает животом на рельс и товарняк наезжает, раздавливает Рона напополам. Стив не знал, сколько раз он бездумно приближал и отдалял картинку, пока не заметил на заднем плане высокого блондина с шоколадной татуировкой. Цветущая лилия вилась по скуле, изящным завитком дублировала бровь… Синие глаза без выражения смотрели прямо в камеру. Стив выключил запись и сполз на пол.
Когда успел? Он же был целый день с ним… Усыпил, отключил его и ушел убивать Рона? Стив не смотрел за временем, он был раздавлен… Убит. Раздавлен, но раздавило Рона…
Стив начал задыхаться. Он должен что-то сделать… Он не может быть здесь. Стены давили и наползали.
Он так надеялся, что Рон выжил, он же положил его в инкубатор!
Встал на колени у кровати, сложил голову на руки и попытался молиться. Но привычные слова, всегда приносившие утешение, теперь только усиливали боль.
— Ты смысл жизни моей…
«Но я смерть для других», — эхом отзывалось внутри.
— Я дыхание твое… А Рон уже не дышит…
Стив застонал. Пропасть, раскрывшаяся внутри, выворачивала наизнанку.
Он повторял молитву, но вместо утешения слова мучили его.
— Я рука твоя, я зрение твое…
Дышать сложно. Кажется, что вырвали душу. Вырвали сердце. Огромная сосущая дыра, что осталась внутри, гнала его вон.
Закрывшись сканом, выбрался в лес.
Полуручное стадо мелких ярко-оранжевых оленей с мраморными белыми разводами на толстых задницах и длинными белыми хвостами. Нашел стадо и пошел к нему. Почесал нос вожаку. Животные толкались мордами, искали подачки. Он также лез к Рону…
Отогнал оленей, сел в кустах на берегу пруда, разглядывая мостик, изгибающийся к меленькому островку. Столетия назад там жили зверики. На острове посреди озера, куда можно было пройти по кружевному мостику, жили сказочные звери. Единорог, дракончик, тигр… Дивные, ручные и забавные животные. Она убила их. А он убил Рона.
Стив криво улыбнулся. Смерть преступников в Сар Дижон прошла и забылась. Потом она убила звериков. Смешно. Просто выключила пару роботов. Она боялась и плакала, но перерезала им горло. Животное дрогнуло и молча ослабло, залив кровью песок. И другое… И третье. Она почти не почувствовала ту смерть. Ей было плохо, но потом пришла Гайдера. Одна смерть вытесняла другую, а потом уходила и уже так не мучила.
Но смерть Рона, которого Крошка не убивала… Эта смерть влезла и поселилась внутри.
По мосту прошла пара гвардейцев. Лон и Суна. Держась за руки, скрылись в деревьях, разросшихся на месте заброшенного игрушечного царства. А раньше там были дорожки. Вон, крыша домика единорожки до сих пор видна. Стив прислушался. Ну да, зачем еще эти уроды туда могли идти. Комнат им мало! Притащились на его острове! Стива захлестнуло… Он даже не знал, что его захлестнуло. Ревность? К острову? Бред! Но он чуть было не полетел по затопившей его черной волне.
Пойти в гаражи. Взять грузовой флаер. Включить силовую защиту. С диким восторгом пролететь со всей скоростью над самой водой. Врезаться в мостик. Мостик на несколько мгновений зависнет на овальной морде флаера, как лента на призовом авто… Флаер успеет долететь на середину пруда — там глубоко. Мостик перекосится, свалится и утонет. Потом можно мстительно развернуться и прогладить островок, уничтожая бывшие домики искусственных зверят. Парочка гвардейцев будет шарахаться между кустов. Будет отлично. И даже флаер на место можно поставить. Хотя шарахнуть грузовик в пруд было бы соблазнительно.
Стив заскулил и тут же заткнул сам себя. Глупо-то как… Тело растягивала черная дыра. Болели ладони. Стив помял пальцы, выворачивая их. Не то… Взялся за пук осоки и попытался вырвать с корнем. Рука соскользнула, и кожу разрезало жесткой острой травой. Стив сунул пульсирующую руку в воду. Вода холодила, но лечила. Встал. Обтер кисть о рубашку.
Вернулся в комнату. Задвинул за собой дверь и оперся лбом о прозрачную преграду. Бездумно смотрел на осеннюю пестроту леса. Положил руку на пластикло. Провел, ощущая кончиками пальцев пружинящее сопротивление материала. Оно выдержит выстрел бластера в упор, не разобьётся от атаки грузового флаера… Пластикло словно окружало его с детства. Сначала он не мог выйти один, без няньки. Но теперь может, но продолжает носить такую же непроницаемую оболочку скана на себе.
Его оставили, как ненужный инструмент. Но в отличие от инструмента, он может выйти, Джи мог бы его оставить запертым в карцере или на цепи… А сейчас может выйти, но куда? Слоняться по базе? Он не желал видеть этих людей. Нет, не людей. Сноваживущих. Пускай живут без него.
Он уйдет. Подальше от Джи.
Уйдет туда, где никого нет.
Оптимально было бы увести космический кораблик и смыться туда, где не было системы. Похитить корабль, похитить человека, умеющего управляться с кораблем… Удрать, как Тадей. Но это надо было организовывать долго и тщательно. Его бы раскрыли.
Есть планеты, даже две! Дикие, готовые к заселению, но безлюдные. Системы там нет, только портал…
Побросал в рюкзак немного одежды, затолкал универсальное одеяло, взял валяющуюся в ящике среди собранного хлама и разного барахла архаическую зажигалку, экзекуторский нож и бежал через несколько порталов на пустую планету, где не было базы, императора, Генри. Но система была.
Слабый сигнал чувствовался только у портала. Два примитивных обслуживающих андроида даже не среагировали на ажлисс, который появился и прошел через законсервированную припортальную базу.
Он отдохнет. Постарается спрятаться от себя, от Джи. От памяти. Если его захотят найти, так придут сюда, а здесь пусть ищут — планета большая и пустая.
Как только Стив отошел за холмы, сигнал системы потух для него.
Сверился с картой и пошел к морю.
Нашел себе уютное местечко в дельте реки, недалеко от засыпающего вулкана. В его жерле задумчиво варилась лава, вываливалось широким языком из коренастой расколотой глотки, остывала в море. Если быть осторожным, то на лавовом языке можно было жарить мясо и рыбу. Для этого надо было исхитриться и пропрыгать к удобному месту по беспорядочным валунам. Но эта маленькая опасность его немного развлекала. Дальше по берегу были озерца с горячей или едва теплой водой, где прекрасно можно было поваляться после успешной охоты. Стив почти не использовал ментальное воздействие на местных зверей. Они в жизни не видели людей и подпускали к себе без малейшего подозрения.