Марика Полански – Любовница Черного Дракона (страница 22)
Под мощной рукой гнома звенья разорвались с легкостью газетного листа, медальон с глухим стуком отправился на пол.
- Тили, дружище, давай приходи в себя.
Дрейк шумно выдохнул и замолчал. Рудольфу прижал ухо к груди и с леденящим ужасом понял, что не слышит биения сердца. Гному сделалось дурно. Тир, конечно, предупреждал, что возможен печальный исход, но верить в это совершенно не хотелось.
- Дай виски и отвали от моей груди.
Натаниэль резко выпрямился и отобрал у гнома бутылку. Одним глотком осушив половину, он поднес механическую руку к глазам. Холодный режущий свет мастерской отражался от пластин металлической руки матовыми отблесками.
Пальцы нерешительно коснулись поверхности, и Дрейк медленно провел ими от локтя до кисти. Теплая и удивительно гладкая - ни швов, ни стыков между пластинами. Точно рука живого человека.
- Драконье серебро и эдорская сталь, выплавленная в жерле самого, мать его, Гориона, - гном гордо вскинул голову и, оценив выражение лица Натаниэля, довольно ухмыльнулся. - Согласись, такого во всей Велирии не найти, а, малыш Тили? Скажи “спасибо” своей подопечной. Она написала мне, пока ты валялся в полубессознательном состоянии в госпитале.
Натаниэль нахмурился и недоверчиво вскинул бровь. Внутри ковырнуло неприятное чувство: пока он пребывал в меланхолии, неугомонная Нарцисса искала способы вернуть его к жизни. Дрейк не привык признавать себя слабым или неправым. Но сейчас он чувствовал себя последней сволочью, и это было крайне неприятно.
- Что-то я не припомню тебя среди визитеров.
- Не припомнишь, потому что меня среди них не было. Желающих подтереть тебе сопли хватало и без меня. Я отправился напрямую к этому коновалу… как его… Эдеру… Хренору…
- Эден.
- Да хрен с ним! Короче, эта скотина в белом халате уперся рогом, не хотел давать слепок твоей правой руки - типа, они сами сделают все. Дескать, они сами знают, что лучше для твоей светлейшей задницы. Ага, так я ему и поверил! Ну пришлось объяснить, что если он не согласится, то разговор пойдет в другом русле. И ему даже законы Драконьего Чертога не помогут.
Усмешка исказила правую сторону лица Дрейка. Теперь становилось понятно почему главный лекарь выглядел так, словно ему поджарили пятки. После разговора с Рудольфом редко кому удавалось сохранить невозмутимый вид.
- Короче, слепок он отдал без лишних слов, - продолжал гном. - Сразу после Эрвендейла я отправился прямиком сюда. Не обижайся, малыш, но лучше эдорских нет никого. Эта чудо-хреновина способна быть не только рукой, но и драконьей лапой, когда решишь обратиться.
Горло ощутимо сжалось, как будто стянуло веревкой. Натаниэль судорожно сунул руку за пазуху, но не обнаружил артефакт.
- Где медальон? - похолодевшим голосом спросил.
- Тебе он больше не потребуется, - ответил за Рудольфа Тир. Он с грохотом задвинул ящик с инструментами на полку кафельного стола и сурово посмотрел на Дрейка. - Конфликт магии. Если не хочешь окочуриться, придётся поладить с Драконом.
Натаниэль устало прикрыл глаза. Выпускать Дракона крайне опасно. Выпусти его, и он, Дрейк, снова потеряет контроль. Чем это может закончиться, он прекрасно помнил. Натаниэль поднялся с кресла. Сейчас были дела поважнее, а с Драконом он потом разберется.
Шанс покачал головой и устроился в кресле, где до этого сидел Дрейк. Он молча наблюдал, как собирается друг. На бородатом лице отражалась смесь серьезности и задумчивости.
- Что ж, благодарю за помощь, - Натаниэль быстро оделся и сунул руку в карман камзола. Тугой от золота кошелек сытно звякнул о кафель стола. - Мне пора возвращаться.
- Еще кое-что, Тили. До Виттории дошли слухи о взрыве в Эрвендейле. Так что неровен час к вам могут нагрянуть гости из столицы, - Рудольф недвусмысленно приподнял бровь. - И, думаю, ты догадываешься, кто может быть среди этих гостей. Но если что, я тебе ничего не говорил.
Глава 9
Ранним утром, когда еще толком не успело развиднеться, в дверь постучали, и Марси со встревоженным видом сказала:
- Ваша светлость, прибыл Эжен Дюпре, барон де Виньи. Настаивает на личной встрече.
Пол качнулся под ногами, и Нарцисса почувствовала, как ледяные пальцы страха сдавливают горло. Она могла находиться под опекой врага барона, могла сбежать в Драконий Чертог, - да хоть на край света! - но де Виньи не собирался просто так отпускать предмет одержимости. Он не мог не знать, что его появление в доме опекуна в отсутствии Дрейка означает только одно - любовную связь, порочащую как ее, так и репутацию лорда. Узнай об этом в обществе, - и скандала не избежать. Впрочем, именно этого барон и добивается, методично загоняя ее в угол.
- Конечно, нет, - растерянно проговорила Нарцисса, лихорадочно соображая, как ей правильнее поступить. - Скажи, что меня нет дома. Сбежала. В ванне утопилась. Выпрыгнула в окно. Придумай что-нибудь.
Служанка испуганно вытаращилась и быстро залепетала:
- Боюсь, это невозможно. У него бумага, подписанная королевой Витторией.
Законы Велирии и ее величества не действуют на территории Драконьего Чертога. Тем не менее де Виньи приехал в Эрвендейл и теперь находился в замке Дрейка. Черт бы побрал Натаниэля! Где он пропадает, когда так нужен?
- Лорд Валлори вернулся?
- Его, к сожалению, нет.
- Хорошо, я выйду к нему, - Нарцисса взяла себя в руки и, сев перед трельяжем, принялась расчесываться. - Проводите барона де Виньи в гостиную и передайте, что я скоро спущусь. В конце концов, он поднял даму ранним утром, так что пусть ожидает, пока я соберусь. А вы с дворецким будьте начеку. Вы будете моим свидетелями моей честности перед опекуном и светом.
Одевалась Нарцисса долго. Внутри теплилась слабая надежда, что барону осточертеет ждать ее, и он покинет замок. Но спустившись в гостиную, она с разочарованием обнаружила, что де Виньи терпеливо ждал. Он стоял возле окна, заложив руки за спину, и разглядывал сад с выражением непреодолимой скуки на красивом лице. Однако за скучающим видом Нарцисса явно чувствовала угрозу. Так мирабалис медленно порхает вокруг своей жертвы, прежде чем вонзить в нее хоботок, наполненный ядом.
- Вам никогда не бывало обидно тратить невероятное количество сил и вдруг обнаружить, что все ваши старания обратились в прах? - не утруждая себя приветствиями, Эжен нехотя повернул голову в сторону Нарциссы и снова отвернулся к окну.
За закрытой дверью послышалась возня и неразборчивое ворчание - похоже, Стивен и Марси пытались вслушаться в то, что происходило в гостиной, готовые ворваться в любой момент, чтобы выгнать незванного гостя. От этой мысли Нарциссе стало немного легче. Она не одна, и в случае чего есть те, кто придут на помощь.
- Это бесполезно. Они все равно не услышат ни единого слова, - спокойно проговорил де Виньи. - “Вакуум” не даст. Я могу вас пытать, а ваша прислуга не услышит ни единого вздоха.
Нарцисса похолодела.
- Вы за этим приехали сюда? Чтобы пытать?
Эжен ухмыльнулся и отошел от окна. Серебристые глаза всматривались в напряженное лицо ведьмы, и ей вдруг почудилось, что комната начинает медленно куда-то уплывать.
Мягкая улыбка осветила красивое лицо, и Нарциссе вдруг стало интересно, что будет дальше. Страх ушел, уступая место новому незнакомому чувству, похожему на смесь щекочущего азарта и нетерпения.
- А вы, дорогая моя, тот еще игрок, - Эжен смотрел с нескрываемым интересом. - Должно быть, именно это и зацепило Дрейка. Помнится, он всегда был охотником до девиц с норовом. Интересно, лорд Валлори знает, что вы используете его в своих интересах?
- Вы приехали, чтобы оскорбить меня? - парировала Нарцисса. Сквозь азарт пробивалась тревога. Что-то было не так. Ей казалось, что еще немного, и она потеряет контроль над собой. - Уберите артефакт. Или вы настолько неуверены в своих силах, что решили держать девицу с норовом под его воздействием?
Де Виньи негромко рассмеялся, но Нарциссе вдруг стало страшно. Так жутко, что захотелось забиться в дальний угол гостиной и закрыть голову руками. Эжену не составило труда приехать в Драконий Чертог и выждать момент, когда дома не будет Натаниэля. Что если он действительно решит пытать ее прямо здесь? Ей никто и помочь не сможет.
- Я не собираюсь тебя пытать, Нарцисса, - вкрадчиво проговорил Эжен и медленно направился в ее сторону. - Ты мне нравишься. А разве можно причинить боль тому, кого любишь?
- Красиво говорите, де Виньи. Но что-то я сомневаюсь, что вы бросили свою работу в лабораториях и приехали за тридевять земель, чтобы рассказать мне о своей любви.
- Люди становятся глупцами, когда влюблены.
В спину ткнулась холодная стена, - отступать было некуда. Нарцисса выпалила первый пришедший голову вопрос:
- Что произошло с Аделин?
Эжен застыл на месте, а потом небрежно пожал плечами и равнодушно, по-светски ответил:
- Я ее задушил.
Слова прозвучали, подобно стеклу, что трескается и рассыпается на мириады осколков.
Вот так просто. Взял и задушил. Де Виньи даже не делал попыток, чтобы увернуться от правды, и это выбивало почву из-под ног. Нарцисса хотела знать правду об Аделин, - она узнала. Но что теперь делать с этим она не представляла себе. Грудь защемила тоскливое чувство. Лучше бы барон солгал.