Марика Макей – Жмурки (страница 4)
Вик снова и снова ритмично двигался, заставляя Меган извиваться и стонать от его действий. Но глаза парня смотрели не на девушку, а только прямо. Я знала, что он не может меня видеть, но чувствовала тяжесть его взгляда на своем лице… В груди защемило. От новой порции унижения, от отвращения, от обиды.
– Ох, Вик, – простонала Меган, пытаясь поймать губами его губы, но парень не дался. – В чем проблема?
– Проблема? – переспросил он.
– Поцелуй меня, – томно прошептала она.
Виктор запустил пальцы в волосы Меган, осторожно перехватывая их на затылке и оттягивая назад, наклонился к уху девушки и зашептал:
– Не могу, Мег. Я ведь уже говорил, что в моих мыслях только Александра Митчелл, а поцелуи – это проявление любви.
– Что? – тут же взвизгнула та. – А ну отпусти меня!
Вик захохотал, но сопротивляться не стал, когда Меган попыталась высвободиться. Пока девушка утирала слезы и надевала трусики, а он застегивал ширинку, в комнате стояла гробовая тишина, не считая звуков, доносившихся из коридора. Я, казалось, даже перестала дышать.
– Какая же ты сволочь, Вик! – наконец-то бросила Меган и выбежала из комнаты, хлопнув дверью. Мы с Виктором Блэром вновь остались наедине.
Я до сих пор не шевелилась. Прижимала руки к груди и дышала глубоко, сдерживая слезы, но они все равно предательски выступали на ресницах. Вик открыл дверцу шкафа, представая передо мной во всей красе, словно Геракл, только что одержавший победу в очередном бою.
– Откуда эти слезы, Алекс? – небрежно бросил он. – Неужели тебе жаль ту, которая напала на тебя? Не рада, что я за тебя отомстил?
Это не месть. Точнее, нет, это как раз месть, вот только Вик мстил не за меня, а мне. Снова. Снова унизил и растоптал.
– Кажется, Мег очень нравится секс со мной, раз она постоянно хочет добавки. Видимо, я все же не так уж и плох…
– Ублюдок, – прошипела я, пытаясь вылезти из шкафа. – Мерзкий самовлюбленный ублюдок!
– Ублюдок? – усмехнулся Вик. – Неужели не понравилось представление?
– Ублюдок! – снова крикнула я ему в лицо, влепила пощечину и сбежала.
Одно я поняла точно: в игре под названием «Месть» против Виктора Блэра я ничто.
Глава 3. Корейская неприятность
Я спустилась на первый этаж и выбежала из здания общежития, чтобы глотнуть свежего воздуха. Лари тут же выскочила следом. Подруга заметила размазанную по щекам тушь и с ужасом уставилась на меня.
– Лекси, – дрожащим голосом спросила она, – что случилось?
Я уже не рыдала, но до сих пор не могла совладать с собой. Не думала, что подобный поступок Вика сможет меня уколоть, но это случилось. Я боялась признаться себе почему.
– Лекси? – снова позвала подруга, взяв меня за руку.
– Я нашла Вика, Лари.
– Что он натворил в этот раз?
В глазах снова начали собираться слезы. Я не хотела делиться с Лари своей тайной, не потому что не доверяла ей, а потому что стыдилась того, что сделала. Но если рассказывать о недавнем представлении Вика, придется выложить правду, почему я так бурно отреагировала на его секс с Меган.
– Только что он трахался с Меган на моих глазах. А я была вынуждена смотреть на это, потому что пряталась от нее в шкафу…
– Стоп, – перебила Лари. – Что?
– Он трахался с Меган, черт бы его побрал!
Подруга в полном замешательстве хмурилась, пристально глядя мне в глаза, и нервно кусала щеку изнутри.
– Я бы хотела узнать, что ты делала в шкафу, но… Какая разница, кого трахает Виктор Блэр?
– Вот бы мне не было до этого никакого дела, но…
– Но?..
Я отвернулась от Лари, чтобы не видеть ее лица, и глубоко вдохнула ночной воздух. Рассказать всю правду оказалось сложнее, чем я думала, а объяснить, почему не сделала этого раньше, вдвойне труднее.
– Я была не совсем откровенной с тобой, когда говорила про тусовку с Виком. Точнее, тусовка в его доме действительно была первой и единственной, но мы зависали с ним еще до нее… пару раз. Или чуть больше.
– Зависали?
– Ну, понимаешь…
– О боже, Лекси! – снова ахнула Лари так громко, что в нашу сторону уставилось несколько любопытных студентов. Подруга сбавила тон и зашептала: – Ты что, переспала с ним?
Я попыталась изобразить страдальческий вид – вроде как да, переспала, но не надо акцентировать на этом внимание. Как и следовало ожидать, моя немая просьба осталась неуслышанной.
– Да как тебя угораздило только?!
– Это уже не важно. Страшнее всего то, что… кажется, я чувствую к нему что-то кроме ненависти, Лари. Когда он был с Меган, я…
– Лекси, – печально протянула Лари, – кто угодно, только не Виктор Блэр… Может, лучше обратишь внимание на Мёрфи?
Я удивленно взглянула на Лари, приподнимая брови. Та слегка улыбнулась, давая понять, что шутит. Конечно, шутит. Мёрфи?! Уж лучше влюбиться в скунса!
– Лучше удавиться! – воскликнула я, засмеявшись.
Только Лари могла вытянуть меня из дерьмового состояния, что она и сделала в очередной раз. Я подумала, что чувства, которые появились в отношении Вика, вовсе не симпатия. Возможно, ревность из-за чувства собственничества. Каждой девушке это свойственно, мы ревнуем лучших друзей и даже кузенов к их вторым половинкам. Но при воспоминании о том, как парень вдалбливал бедра Меган в шкаф, в котором я пряталась, поперек горла вновь вставал тошнотворный ком…
– Нуна[3], огонек сообрази, пожалуйста.
К нам с Лари подошел, а точнее, еле доковылял паренек азиатской наружности. Пьяный в хлам, он держал длинными пальцами сигарету, шатался и даже дрожал. Из-под отросшей челки с трудом виднелись осоловелые карие глаза.
– Ты ошибся, я Алекс, а это Лари. Нет тут никаких Нун.
– Ну-у-уна, – протянул он, хохотнув, – так в Южной Корее обращаются к девушкам, которые старше тебя. Сегодня только узнал… Какая-то повернутая старшекурсница все уши мне о кейпопе[4] прожужжала. Сказала, что я похож на айдола[5], черт бы их побрал!
Парень, наверное, понял, что не дождется огонька, отшвырнул сигарету в сторону. В черной рубашке и косухе он выглядел стильно и даже брутально, но я поняла, что он первокурсник. Раньше его не встречала, и к тому же он выглядел очень молодо. Хотя где-то читала, что азиаты вообще не стареют: это все гены, а еще они все поголовно ухаживают за кожей.
– А я вообще британец! – продолжил он, от негодования взмахнув руками. Но потом улыбнулся каким-то своим мыслям и добавил: – Хотя благодаря такому сходству мне перепал отличный минет! Азиаты рулят!
Он взвизгнул, поднимая руки к небу, и заулюлюкал. Мы с Лари молча наблюдали за ним, удивленно переглядываясь. Каких только персонажей не встретишь на таких вечеринках!
Тем временем британец азиатской наружности, которому «перепал отличный минет», пошатнулся, я еле успела подхватить его под локти, чтобы он не свалился и не раскроил себе череп.
– Эй, айдол, – раздраженно позвала я, – давай вали-ка ты домой, проспись. Или ты из этого общежития?
– Не-а, – мотнул он головой, дыхнув на меня перегаром, аж глаза заслезились, – я это… там… бу-э-э…
На мое эффектное красное платье полились потоки блевотины. Мы с Лари завизжали, пытаясь отскочить. У нее вышло, но меня новый знакомый держал мертвецкой хваткой. Вцепился в руки, словно клещ, и выплескивал из нутра вонючие массы.
– Какого черта! – заорала я. – Лари, оттащи его! Умоляю!
Подруга не спешила на помощь, стояла в стороне, зажимая нос, и ржала, будто жеребая кобыла.
– Лари?!
– Прости, Лекси, – вновь хрюкнула она, даже не пытаясь сдерживать хохот, – я не могу-у-у… Это противно!
Я отвернулась от айдола, пытаясь уловить носом хоть капельку свежего воздуха, не омраченного вонью рвоты. Скулила и ждала, пока пареньку не полегчает. Вот сейчас можно было заявить официально: этот вечер уже ничто не сможет сделать еще хуже!
– Прости, – просипел парень, которого только что полоскало до изнеможения.
Он сидел на бордюре возле дороги и пытался прийти в себя. Лари отыскала стакан воды, мы вдвоем с ней старались привести в чувство нового знакомого.
– Вы, малолетки, вообще пить не умеете, – заключила подруга. – Но ты сделал мой день! Год назад на нее наблевал Эрик Грин! Один раз куда ни шло, второй – уже похоже на традицию.
– Традицию?! – возмутилась я. Веселье Лари я не разделяла, но понимала, что это действительно смешно. – В задницу такие традиции! Я теперь лет сто не отмоюсь!
– Прости-и-и, – снова протянул парень; его зеленовато-бледное лицо вызывало жалость.