Мариэтт Линдстин – Секта с Туманного острова (страница 71)

Дурак охранник обо всем этом позабыл… Я усаживаюсь на его стул.

Сейчас начнется превращение. Полная метаморфоза. Я привожу себя в состояние паники и отчаяния. Представляю себе, как это должно ощущаться. Погружаюсь в эмоции, которые вызываю при их полном отсутствии. Набираю номер и, услышав ответ, принимаюсь вопить:

– Вы должны приехать! Черт побери, проклятье, здесь пожар! Горит весь дом!

Покричав и невнятно побормотав, даю им адрес.

Потом выхожу из будки и через ворота иду к машине, которую припарковал снаружи. «Мерс». Я рад, что спас его от огня. Черт, мне он нравится.

На гравийной дороге показываются фары. Какой-то сосед, увидевший огонь. Он выскакивает из машины и подбегает ко мне, а я всхлипываю, припав к капоту.

– Где остальные? – кричит он. – Остальные! Семья!

Я не отвечаю. Прижимаюсь к капоту. Всхлипываю и причитаю.

Потом показываю на дом.

– Внутри. Я не смог… приехал слишком поздно! Простите!..

Он обнимает меня за плечи. Пытается успокоить.

Тут доносится звук сирен, и появляются мигающие огни машин служб спасения.

«Я справился отлично», – думаю я.

Пожарные разматывают свои шланги. Ко мне бежит кто-то из «Скорой помощи». Я делаю глубокий вдох и заставляю пульс участиться.

41

Мама Софии, конечно, послала цветы сразу же. Поспешила, как и во всех прочих жизненных ситуациях. И вот теперь Софии позвонила сестра Беньямина, и она толком не знала, что говорить. Попыталась объяснить, что они с Беньямином жили вместе, не вдаваясь в подробности того, почему они расстались. Получалось довольно путано, и София не знала, понимает ли ее Ванья, поскольку та надолго замолчала.

– Да, Беньямин рассказывал о тебе. Говорил, что встретил на острове девушку. Ты наверняка ужасно опечалена… Как и я.

– Да, у меня это не укладывается в голове. Но я хотела бы встретиться с тобой и кое-что рассказать. Это касается Беньямина. – София почувствовала сомнение собеседницы. – Немного позже, – поспешно добавила она.

– Ну, конечно, мы можем встретиться, – сказала Ванья. – Но лучше не сейчас. С похоронами и всем прочим…

– Похороны? Уже?.. Но они ведь даже не нашли тело!

– Да, но, вероятно, и не найдут. Лучше, чтобы все это осталось позади. К нам приезжал Франц Освальд. Оплатил все расходы. Был исключительно добр. Ты, наверное, захочешь приехать на похороны?

– Я бы хотела, но, думаю, мне это будет слишком сложно, – ответила София и тут уж точно не солгала.

– Понимаю. Если захочешь, пожалуйста, позвони мне позже.

Разговор оставил у Софии неприятное ощущение.

Кое-что было не так. В голосе Ваньи не чувствовалось скорби. Правда, они с Беньямином редко встречались и, возможно, не были особенно близки. А собственно, насколько хорошо она сама знала Беньямина? Казалось, София так и не сумела толком разобраться в нем. Как там его называл Освальд? Вьюном. Он вечно выскальзывал из ее рук – и теперь навсегда останется для нее загадкой.

От мысли, что Беньямина похоронят, в то время как его тело находится далеко в море, изъеденное рыбами, она помрачнела. Теперь ей не удавалось даже вызвать в памяти его лицо, оно словно уничтожилось. Не осталось ни малейшей части Беньямина, которую можно было бы похоронить.

София закрыла глаза и попыталась вернуть ощущение от прикосновения к его коже, но в памяти всплывал только его запах. Когда она наконец легла в постель, сон никак не шел к ней. В голове возникали картины с Освальдом и Эльвирой на чердаке. Чем больше София старалась заснуть, тем отчетливее становились эти картины. Она села в постели, включила свет, достала блокнот и начала записывать ключевые пункты своего побега. Конечно, можно было воспользоваться планом, который они с Беньямином так и не претворили в жизнь, но ночь в домике в одиночестве сведет ее с ума. И как ей перебраться через заграждение, чтобы не зазвучала тревога? Симон сказал, что поможет ей. Надо с ним поговорить. Проверить все и навести порядок в мыслях.

Снова зазвонил мобильный телефон.

«Мама».

Необходимо действовать осторожнее: пока телефон работает, надо переключить его на беззвучный режим. Мысль о том, что опять придется разбираться с маминым беспокойством, настолько подавляла, что София сбросила звонок и отключила телефон. Она решила встать в шесть часов и поговорить с Симоном, пока остальные еще не проснулись.

– Так не пойдет, – с ходу сказал он.

– Почему?

– Электрическое заграждение работает иначе. Сигнал тревоги вызывает не только касание. Если ты спрыгнешь со стены, шум получится достаточно сильным для того, чтобы запустилась сирена.

– Откуда ты знаешь?

– Я слегка поразнюхивал, как и ты. Крестьяне ведь тоже имеют право на хобби… Моим хобби всегда являлась электроника.

– Что же мне тогда делать?

– Лучшее решение – обрыв сети. Ты просто-напросто отключишь главный рубильник. Резервный генератор запустится через десять минут. Правда, существует риск, что кто-нибудь опять включит рубильник.

– Это звучит чистым безумием. Десять минут… Как далеко можно успеть убежать за десять минут? Они рванут за мной на мотоциклах.

Он задумался.

– Нет, если ты побежишь через лес. Там не проехать.

– Посреди ночи? Не знаю, справлюсь ли я… А что мне делать, когда я доберусь до парома?

Симон засмеялся.

– Не всё сразу. Я могу, например, побежать к главному рубильнику, когда ты его отключишь; притвориться, будто там какая-то неисправность. Я иногда помогаю им с вопросами электричества.

Его слова слегка обнадежили ее.

– Беньямин говорил, что можно спрятаться под брезентом там, где на пароме ставят машины. Мне придется просто-напросто лежать там до отхода парома.

Симон кивнул и закрыл глаза, словно пытаясь представить себе эту картину.

– Ты не можешь узнать по мобильному телефону, какая ожидается погода? Если светит луна, в лесу ориентироваться легче.

София включила телефон и нашла сводку погоды.

– Хорошая погода продержится всю неделю.

– Тем не менее возможен утренний туман. Тебе нужно бежать ночью, до появления тумана, и когда луна стоит выше всего.

– Если она вообще будет, – проговорила София, ища на сайте фазы луны. – Сейчас на небе только полумесяц. Может, мне стоит пару дней подождать?

– Думаю, ты справишься.

– Это, по крайней мере, начало плана.

– Нам обоим надо обо всем немного подумать, – заключил Симон и опять принялся копаться в земле.

София тащила через двор большой ящик с пластиковыми файлами, размышляя над тем, сколько времени потребуется, чтобы распечатать новые части тезисов и вставить все листы в файлы. Подумала, что, доводя до конца дурацкий проект Освальда, сможет, по крайней мере, размышлять над планом побега.

Тут, прямо посреди двора, у нее снова возникло ощущение нереальности. Показалось, что все это сон. События последней недели не могли происходить на самом деле. Наяву такого не бывает… Тут София споткнулась о камень и чуть не уронила ящик. Поднимаясь по лестницам в офис, она потела и ругалась.

При виде нее Освальд засмеялся. Помахал ей рукой, чтобы она заходила.

– Ты собираешься вставить в файлы все чертовы бумаги, какие есть в офисе?

– Нет, только новые части, – пробормотала она.

– Не будь такой мрачной, София. Тебе это не идет. Разберись с этим и не забудь о нашем маленьком обходе территории и что я хочу сегодня вечером поговорить с персоналом.

Она, не ответив, просто подтащила ящик к своему столу.

Ее молчание сразу вызвало у него раздражение.

– Ты ведь знаешь, что, работая на меня, выполняешь две роли? – спросил он.

– Нет, я не знала.

– Но так и есть. Первым делом – твоя работа в качестве моего секретаря, которую, могу сказать, ты выполняешь исключительно хорошо.