Mariel Grey – Жестоко с любовью (страница 8)

— Я не люблю шапки. Они мне не идут, — заигрывая, ответил мне Илья и продолжил. — Куда на этот раз меня уведёшь?

Мне вспомнилась прошлая встреча. Я вела себя неадекватно, а он, кажется, был хорошим парнем. Не хотелось бы спугнуть с первых дней лишь из-за волнения. А после прошлых неудачных отношений хотелось довериться и мозгу, и интуиции, и сердцу сразу! Я не знала, что из этого выйдет… Нет же, вместо того, чтобы расслабиться, будем выдумывать и анализировать. Так сильно меня ранили ранее.

— Говоришь так, будто в прошлый раз было что-то непристойное. Кстати, знакомься, это Нади, моя подруга. Надя, это Илья, — сказала я, уже чувствуя напряжение.

— Зачем так официально? — спросила меня Надя, махнув скромно ему рукой.

— Приятно познакомиться, — ответил Илья. На их лицах читалось безразличие. Такое чувство, что они уже были друг другу неприятны. Это заставило меня нервничать. Вдруг Наде он не понравится? Не то, чтобы это имело огромное значение, но каждый раз, когда она говорила, что человек ей не нравится, в конце концов, он и правда оказывался не очень хорошим. К сожалению, моя интуиция распространялась только на людей, которые ко мне отношения иметь не могли. На мои знакомства моя интуиция так не работала.

— Итак, куда пойдём? Я предлагаю в этот раз сходить к морю.

— Я — за! — одновременно ответили мои собеседники.

— Хорошо, но почему вообще всегда решаю я? Мы живём в одном городе! Но в любой компании все полагаются на моё мнение.

— Ну, не знаю. Ты, наверное, прирожденный лидер, — смеясь, ответила Надя. Мы все в хорошем настроении направились к заледеневшему берегу.

Казалось бы, хорошо жить рядом с морем. Прошёл метров восемьсот — и купайся. Всё было бы так, если бы это море было чистым. Город Владивосток являлся лишь портом для кораблей и катеров, поэтому на берегу часто валялся мусор, а сама вода была постоянно в мазуте. Даже когда море покрывалось льдом, была вероятность испачкаться. Подходя к станции Моргородок, мы возмущались логике людей. Моя школа, как и море, находились рядом с железнодорожной станцией. Вот какой умный человек решил построить школу в двадцати метрах от железной дороги? Учиться рядом с ней было очень трудно.

Мы спустились по лестнице к берегу и вышли на лёд. Казалось странным, что, если сосредоточившись, идешь по льду, не поскальзываешься и не падаешь, а если по прямой дороге, где лежит обычный снег, поскальзываешься на каждом шагу. Не успела я это сказать, как мы с Надей упали. Чёрт, я снова попала в неловкую ситуацию. Я редко падала. Но видимо, свалиться перед Ильёй, была судьба.

Парень остановился и, смеясь, помог нам встать, после чего и сам изобразил наше падение.

Прогулка прошла достаточно хорошо, и я чувствовала себя комфортно. Большую часть мы разговаривали и шутили друг над другом, бегали и играли в снежки.

Когда Илья отошёл, чтобы ответить на звонок. Я с нетерпением поинтересовалась мнением Нади.

— И как он тебе?

— Ну, ничего так, миленький, — ответила она, тепло улыбнувшись мне. — Это единственный твой парень, о котором я так отозвалась, — рассмеялась она. И это действительно было так.

— Да уж. Честно говоря, мне с ним некомфортно было в первую встречу. Я хотела от него убежать. Не хотела, чтобы он меня касался. Трудно было найти тему для разговора… Хотя за два месяца переписки всё было хорошо. Я предполагаю, что это было стеснение, так как другого

Оправдания я найти не могу…

— А может, это было из-за прошлых отношений? Или потому, что у тебя не было их почти полтора года? — мы обе задумались на секунду. — Но в любом случае, моя интуиция говорит о том, что ему можно доверять. Не переживай.

Прогулка удалась. Проводив Надю, мы с Ильей наконец, смогли поговорить о своём. Он рассказывал мне о своей жизни.

— Ну, а какое у тебя было детство? Начальная школа, к примеру — спросила я, ведь именно с детства у людей возникают душевные травмы, там же начинается воспитание и появляется мировоззрение. Узнав о детстве, я смогу узнать его получше.

— Ну, в школьные годы я часто гулял, любил играть в футбол и в вышибалы. Когда пошёл в третий класс, появились первые друзья, с которыми мы играли в догонялки по всей школе. Интересно же бегать вверх — вниз по лестнице и при этом не попадаться на глаза учителям. Правда, такое продолжалось недолго, а точнее, до тех пор, пока у нас девочка одна не упала с лестницы в школе. Как назло, при нашем классном руководителе. Естественно, потом были проведены разговоры со всеми нами по технике безопасности, сказали, что в школе бегать нельзя, а если очень хочется, улица за дверью, прочее и прочее. Еще мы любили дразнить одного парня, хоть он и был отличником. Мы его так выводили из себя, что он психовал, плакал и проявлял агрессию. Теперь мне стыдно за своё поведение. В целом, ничего особенного, что касаемо начальной школы. В то время родители ещё присматривали за мной. На улице я так же, как и многие, лазал по деревьям, гаражам, за что ругали сильно, стрелял из водяного пистолета. В одиннадцать я первый раз сел за руль под контролем папы, а в деревне катался на мотоцикле постоянно. А что насчёт тебя?

— У меня детство, насколько я помню, проходило чуть иначе. Лет с восьми нас с сестрой отпускали одних во двор. Мы случайно познакомились с толпой парней, которые были старше нас года на четыре. Они постоянно нас задирали, из-за чего мы начинали драться. Часто были самые настоящие издевательства, о которых стыдно говорить, хотя стыдно должно быть им.

— Что же они такое вытворяли?

— Они постоянно выдумывали что-то новое. Однажды они отобрали у нас с сестрой ключи, тем самым заманив в переулок, и облили пивом, что было отвратительно. Я не могла вернуться домой без ключей, а когда пыталась их забрать, они толкали нас сестрой из стороны в сторону, забрать ключи удалось, только подравшись с ними. Такие моменты были унизительны. Ещё они кидались в нас камнями и стреляли из игрушечных пистолетов пластиковыми пулями. Поэтому домой мы возвращались обычно с синяками, в грязной и рваной одежде. В одну из таких встреч я сильно поранила ногу. Шрам так и остался. Не знаю, зачем они так делали…. Возможно, потому, что девушек на нашей улице было всего пятеро, но у них имелись или большие собаки, или старшие братья, поэтому к ним особо не лезли. Кстати, я тоже очень любила лазать по деревьям, гаражам и тому обрыву, где мы с тобой были в прошлый раз.

— Вот ублюдки! — возмутился Илья.

Парень открыл мне дверь подъезда и проводил на второй этаж.

— Ну что, до встречи? — спросил он, глядя мне прямо в глаза.

— Да, до встречи, — ответила я, стараясь смотреть на него.

— Надеюсь, не через две недели, как в этот раз, — он улыбнулся. — Держи, это тебе, — Илья достал из внутреннего кармана куртки шоколад.

— Зачем? Не стоило! — удивилась я. Это было так приятно. — Спасибо большое.

— Пожалуйста. Перед тем, как ты уйдёшь, я все хотел спросить, почему у тебя и твоей сестры такие странные имена?

— Хороший вопрос. Родители долго выбирали имена и остановились на этой форме имён. Но в школах нас очень любят называть: Маша и Аня. А нас это бесит.

— Понятно. Спасибо за прогулку! До встречи.

Мы обнялись на прощание, и Илья ушел.

Зайдя домой, я почувствовала вибрацию в кармане и достала телефон, думая, что Илья прислал сообщение. Но нет же… Это был Дима.

Повесив пальто в шкаф, я быстро забежала в комнату, положила телефон на полку и продолжила раздеваться.

— Не ответишь? — спросила Нюра, явно раздраженная тем, что мне названивали.

— Да нет, это Дима… ему не стоит отвечать. Он меня предал, солгал. Что я ему скажу? То, как сильно он меня обидел?

— Как минимум, посмеяться над тем, что он тебе скажет. — Действительно. Таких возможностей мы с сестрой не упускали, но я продолжала игнорировать звонки.

02.12.19.

Дорогой дневник.

Иногда, надо жертвовать меньшим, ради большего.

Давно я не записывала всё то, что происходит в моей жизни. Хотя считаю необходимым помнить об ошибках и успехах, которые дают нам определённый опыт.

С самого начала года в моей жизни происходит какой-то кошмар.

Отношения с Сашей дали понять, что насколько бы ты ни была идеальной, если тебя не любят такой, какая есть, то и не полюбят. Никакой. До меня так долго доходила эта мысль, что я успела понять это только через частую боль и обиду. А ведь так относился ко мне не только он. Разве трудно понять, что постоянные отмены встреч, игнорирование сообщений, безразличие, грубость и ночные походы на вписки означают, что ты не нужна человеку. Я старалась быть лучше.

Я не устраивала скандалов, не повышала голос, не задавала лишних вопросов, доверяла ему. Но ничего хорошего из этого не вышло. И никогда не выходило. Перечитывая эти строки, что написаны три листа назад, понимаю: прежней меня больше нет. Маленькая девочка, которая старается стать лучше ради других, старается сделать других счастливыми, думая, что всё так просто… Она осталась глубоко внутри и пока что не выходила наружу. И в ближайшее время не собирается.

Расставшись с Сашей, я даже не плакала, настолько сильно была истощена. Все силы и слёзы ушли ещё во время отношений. Они были очень тяжёлыми и тянули меня на дно. Я ни разу не пожалела, что ушла от него. Но и ему оказалось просто вычеркнуть меня из своей жизни. По крайней мере, он сделал это не дрогнув. Вкладывая всю себя в эти отношения, я получила только ложь, оскорбления и измену. К счастью, меня с самого детства учили, что измены прощать нельзя.