Марианна Красовская – В лучших драконьих традициях (страница 2)
– Мне плевать на твое личное дело, – перебил меня Рик. – Тебя вызывают к Маккао прямо сейчас.
– Зачем? – удивилась я.
– Как секретаря на совещание. Там у них дракон. Престарелый. Который не слишком хорошо знает сервенский. Поэтому переговоры ведутся на языке острова Лунгхао. Которым, в свою очередь, не в полной мере владеет наш медведь. Так что пошли.
– Пошли?..
– Я тоже пойду. Не хватало еще мою секретаршу сманивать.
Я едва удержала вежливую улыбку. Только быстро спрятала руки за спину, чтобы Рикардо не увидел, как от злости отрастает сизая шерсть на лапах и появляются когти. Чтоб его! Два дня, как я сделала свежий маникюр! Теперь ему пришел конец.
Ничего. Хорошо смеется та гиена, которая осталась в живых. Будь Лукьяно-младший повежливее, я бы подсказала ему, что в словах Трентина Маккао имеется явный подвох. Чтобы дракон, да еще такой, как Шумао Гардиани, в совершенстве не знал сервенский? Я никогда в это не поверю. Все драконы – жуткие традиционалисты. Отправиться на переговоры к собеседнику, которого не способен до конца понять – смертельное оскорбление. Да и старик Маккао, насколько я помню, прекрасно владеет всеми тремя островными диалектами. Нет, тут что-то нечисто.
Но если уж Рик так хочет выставить себя идиотом – колокольчик ему на шею. Пусть себе звенит. Тем более на совещание его никто не приглашал.
Кстати, насколько я помню, Лукьяно-внук особых успехов в изучении иностранных языков во время учебы не проявлял. Да и зачем ему это – ведь в штате “Ле-Барр” есть переводчики!
– Шевели своей толстой задницей, Лапкина! Маккао сказал – немедленно. И дай сюда мой кофе!
Глава 3. Защитник
На совещание к Трентину Маккао мы опоздали. Я, сложив руки перед грудью, склонилась в традиционном приветствии и на чистейшем северном наречии извинилась:
– Нет мне прощения, многоуважаемый Гардиани-лунь. Позвольте искупить свою вину…
– Эта толстожопая лисица такая медленная! – ухмыльнулся Рикардо, не позволяя мне договорить. – Маккао, извини, немного опоздали.
Он говорил на сервенском, абсолютно уверенный, что гость с Архипелага ничего не поймет. А Маккао… Маккао стерпит. Маккао формально подчинялся Рику. Но я видела по злому взгляду старого медведя – ненадолго.
Мне вдруг стало весело, я даже улыбнулась совершенно искренне. Нет, в этой компании кресло шатается вовсе не подо мной. Еще немного – и Рикардо Лукьяно вылетит отсюда как пробка. Хамить самому директору по безопасности – это ж надо додуматься!
Я аккуратно опустилась на стул напротив господина Трентина. Поскольку в кабинете присутствовал дракон, нельзя было допустить ни малейшего нарушения протокола. Поэтому нужно выпрямить спину, расправить плечи и положить руки на стол. Колени вместе, лодыжки скрещены. Драконы не видят через предметы, но все же… И ни в коем случае не разваливаться в кресле, как Рикардо. Вот бы он еще ноги на стол закинул – тогда бы я знатно посмеялась. Но увы, даже этот дурак не посмел переступить черту.
Взгляд золотистых глаз я встретила с полной невозмутимостью: была готова. И даже немного разочарована: господин Шумао сегодня был в совершенно обычном черном пиджаке. Жаль. Уверена, мой болтливый босс отпустил бы какую-нибудь паршивую шутку про бирюзовое кимоно – и подписал бы себе окончательный приговор. Его дед никогда бы не простил ему оскорбления кого-то из драконов.
– Продолжим, – пробасил Трентин на северном диалекте. – Вы уверяете, что ваша новая компьютерная система способна без вмешательства оператора анализировать личную переписку сотрудников и прогнозировать их психологическое состояние?
Я с интересом склонила голову и сделала пометку в протоколе.
– Именно так. Здесь задействован искусственный интеллект, который…
Голос у дракона был потрясающий. Гулкий, глубокий, чуть вибрирующий. Колючий и мягкий, словно натуральный бархат. У меня по спине пробежали мурашки. Я подняла глаза от протокола и сглотнула: Шумао Гардиани вновь не сводил с меня взгляда, словно он рассказывал про свои программы не Маккао, а мне.
– И вы можете дать гарантию, что…
– Нет, я полностью согласен…
– Позвольте, это невозможно!
– Ах вот как!
Я едва успевала вести записи. Собеседники то и дело сыпали совершенно незнакомыми мне терминами. И когда господин Трентин предложил прерваться на несколько минут, испустила облегченный вздох. Слишком громкий. Слишком оскорбительный… по меркам драконов, конечно.
Но ни один дракон никогда не позволил бы себе прилюдно упрекнуть собеседника. Тем более женщину. Тем более – секретаря, то есть работника ниже его по положению. Но я-то знала, что Гардиани-лунь мог обо мне подумать! Будь я его подчиненной – получила бы вполне заслуженный выговор с занесением в личное дело.
Я с трепетом подняла глаза – и вздохнула вновь, на этот раз удивленно. Шумао улыбался. Мягко, спокойно и понимающе.
– Мы вас утомили, Лапкина-линь? Простите, я не подумал, что вести протокол на чужом языке, да еще в той сфере, где даже профессионал может не все понимать, чрезвычайно сложно. Благодарю вас за терпение и усердие.
И, поднявшись, поклонился – как равной.
– Это моя работа, – смущенно поклонилась я в ответ.
Слава всем богам, он не такой уж и упертый традиционалист, как я подумала!
– Может быть, вам нужна помощь? – этот вопрос господин Шумао задал совсем другим тоном, строгим и деловым. – Если что-то не поняли или не услышали – обязательно спросите.
– Благодарю, – на этот раз я не стала кланяться, а лишь кивнула.
Границы очерчены, он ясно дал понять, что считает меня недостаточно компетентной, но делает скидку на пол и происхождение. Разумеется, будь на моем месте драконесса, к ней бы он был менее снисходителен.
– Софья! – А вот мой непосредственный руководитель был куда менее вежлив. – Кофе совершенно остыл. Не стой как камень, свари свежий. Всем свари, разумеется.
– Если вы желаете кофе, господин Лукьяно, я попрошу Юлию его принести, – попытался поставить молодого тигра на место господин Маккао. – Госпожа Лапкина сегодня выполняет другие функции.
– Как будто у нее лапки отсохнут, – фыркнул Рикардо. – Ладно, пусть ваша девушка сварит. Только побыстрее.
Старый медведь смерил наглеца таким выразительным взглядом, что будь я на его месте – тут же уползла бы под стол. Но Рик даже не заметил.
– А эти двое забавно смотрятся вместе, – подкравшись, громко шепнул мне Рикардо прямо в ухо. – Маккао огромный, жирный, а этот дракон совсем задохлик. Как бы наш медведь не раздавил беднягу ненароком!
Я вздохнула, нашла глазами дракона и убедилась, что он все слышал. Хорошо. Мне это на руку. Чем больше проблем будет от Лукьяно-внука, тем быстрее у меня появится новый босс.
В какой-то мере тигр был прав, конечно. Шумао и в самом деле был значительно меньше, чем медведь. Трентин Маккао высок и грузен. Не то чтобы жирен, но весьма и весьма упитан. И невероятно силен, как и все оборотни-медведи. Драконы тоже бывают высокими и широкоплечими, но этот экземпляр, пожалуй, среднего роста. Но это совершенно не значило, что он не мог как следует навалять Рикардо, а может, и самому Маккао.
На самом деле у каждого вида оборотней есть свои особенности. Большинство лисичек, к примеру, миниатюрные, рыжие и с зелеными глазами. Волки – крупные, носатые, чуть сутулые. Медведи – массивные и неповоротливые. А змеи – стройные, гибкие и очень подвижные. А все же все оборотни разные, и в этом есть своя прелесть.
Юлия, как всегда эффектная и яркая, принесла всем кофе. И мне тоже, за что я была ей весьма благодарна. И как только эта змеюка ухитряется выглядеть сногсшибательно даже в офисной одежде? И ведь ничего непристойного: юбка ровно по колено, блузка строгая и закрытая, короткий пиджак… А все же каждое ее движение столь соблазнительно, что бедняга Рикардо, который, словно мартовский кот, готов задрать хвост рядом с любой привлекательной особью женского пола, заглядевшись на нее, наткнулся на стул, потом на меня… и горячий кофе со сливками выплеснулся на его штаны.
– Ах ты криволапая дура! – рыкнул он. – Что ты наделала!
Я глубоко вздохнула и потянулась за салфетками, но он не умолкал:
– Ты это сделала специально?
– Рик, ты бы сходил переоделся, – попытался урезонить его Маккао. – Уверен, у тебя есть запасной костюм в шкафу.
– Зачем только дед ее держал при себе? – Рикардо схватил салфетки и прижал их к паху. – Никакого проку от этой лисицы! Должно быть, она хорошо работала под столом!
Это оказалось последней каплей. Больше молчать я не собиралась, он перешел все границы.
– Завидуете, господин Лукьяно? Вам никто подобных услуг не предлагает?
– Ах ты дрянь! Ты уволена!
– Вот и прекрасно!
– И никто тебя больше не возьмет работать в “Ле-Барр” даже поломойкой!
– Одна новость лучше другой! Мне больше не придется терпеть ваши истерики!
Радовалась я совершенно искренне. Сам того не понимая, этот дурачок оказал мне огромную услугу. Теперь моя совесть чиста. Я обещала Лукьяно-деду не увольняться. Но я ведь и не увольнялась – меня выгнали!
– Ты вообще не найдешь больше приличной работы в Сервении! Пойдешь торговать овощами или подметать улицы, на большее не рассчитывай!
– А вот в этом я очень сомневаюсь.
Руки коротки, господин Лукьяно. Вы в бизнесе всего четыре месяца, вас никто не любит и не уважает. А у меня много знакомых в самых разных сферах.