Марианна Красовская – Светлая душа темного эльфа (страница 38)

Аврора была уверена, что Ахиор один с Ферганом не справится — мужчины вообще не самые умные существа.

Женщина шла вслед за псом легко и быстро. Она ничего не боялась — самое страшное в ее жизни уже случилось. Подумаешь, темнота! Факел с собой тащить не имеет смысла. Лучше взять воды и пищи. Подумаешь, низкие потолки и кое-где обвалы, которые приходится преодолевать ползком! В лесу с грудным младенцем, да еще скрываясь от оборотней Трибунала, было куда тяжелее. К тому же с ней был пёс — крупный мохнатый пес ростом ей по грудь с зубами, будто кинжалы.

Знал ли Ахиор, что следом за ним кто-то пойдет? Наверное, знал. На развилках рисовал на стенах знаки, знакомые любому эльфийскому следопыту, кое-где оставлял кострище и даже куски хлеба. Возможно, он рассчитывал вернуться назад этим же путем, но Аврора решила, что ей нужнее. Двигалась она так быстро, как могда, вспомнив, что Павел ей когда-то рассказывал про одного ученого из своего мира, который спал по системе «четверть часа через каждые два часа»[2]. Это здорово помогало экономить время, хотя Аврора понимала, что тело ее порой предает: голова кружится, случаются приступы слабости, рассеивалось внимание. Однажды она углубилась в свои мысли так глубоко, что спокойно прошла мимо спящей в проходе арахниды, просто перешагнув через ее острые лапы. Вся дикость ситуации до Авроры дошла через пару поворотов. Тварь была огромной, и если бы проснулась — могла покалечить и Аврору, и пса.

На четвертые сутки стало легче. Зрение обрело какую-то ненормальную остроту, Аврора теперь легко могла разглядеть каждую трещинку в полу. Совершенно исчезла усталость. Обострилась интуиция: женщина словно стала чувствовать путь, угадывать по колебаниям воздуха развилки и неровности их пути. Есть хотелось всё меньше.

На шестой день она поняла, что цель близка. Следы Ахиора были совсем свежие. Кроме того, камни звучали по-другому, воздух как-то поменялся. Она не могла объяснить, как — просто чувствовала. И на развилке пошла не вправо, как указывал знак эльфа, а влево. Пес попытался ее остановить, но она лишь качнула головой, проверяя арбалет.

--

Ахиор из рода Танцующего пламени уже понял, что его жизнь подходит к закату. Он, впрочем, не особенно рассчитывал, что выживет. Слишком много у Фергана было приспешников. Отсюда живым можно выйти лишь чудом — а свой лимит на чудеса он уже исчерпал.

Некоторое время ему даже казалось, что он попал в прошлое: снова грызни в темной клети за решеткой, снова ломкие длинные тени, неслышно скользящие по коридорам. На одну из теней он напрыгнул сзади, ломая шею одним движением, оттащил за угол и быстро разоблачил. Когда-то это был эльф, а теперь — непонятное существо с вывернутыми конечностями, рогами и уродливыми знаками на теле. Смотреть на него было невыносимо, Ахиора стошнило. Бледный, в холодном поту, он приволок тело к клети с грызнями и, давясь в рвотных позывах, разделал его на части и пропихнул через прутья решетки. Крови в теле не было, только черная густая слизь.

Накинул на себя балахон, натянул капюшон, понимая, что ни ростом, ни длиной конечностей на настоящего погонщика не похож, но это было лучше, чем ничего. Во всяком случае, дальше он мог передвигаться беспрепятственно.

Пока шел, насчитал не меньше двух десятков разных существ, и не все ему были знакомы. Не так уж и сложно. Он бы справился, если выловить их по одиночке. Но цель его была не посеять панику, а найти матку в этом осином гнезде, а матка не любила замкнутых пространств, могла там жить, но не любила. Судя по ощущениям и по опыту (а архитектура жилищ гномов не менялась веками), здесь недалеко должен быть тронный зал.

Тронные залы у гномов всегда монументальны. Здесь легко можно разместить пару боевых драконов. Словно гномы компенсировали свои размеры вот такими вот покоями, где сводчатый потолок терялся вдалеке, а по стенам шли спирали балконов. В таких залах проходили пиры, ритуальные сражения, выборы и прочие разные мероприятия. Наверное, здесь может разместиться несколько тысяч столь горячо любимых Ахиором бородатых коротышек.

В глубине зала трон, а возле него — несколько столов с бумагами. Сидящий на троне старик ничуть не изменился за шестьдесят лет, только глаза теперь пылают красным. Была бы здесь Галла, она бы совершенно точно сказала, что в Фергане не осталось ничего от света, ни малейшего лучика, ни крошечной искры. Только тьма.

Ахиор этого видеть не мог, но и не заблуждался.

Он шел прямо через зал, удивляясь тому, что никто его не остановил, и вслушивался в слова старика, гулко разносившиеся в пространстве.

— Орр-Вооз мертв? Рано. Я ожидал, что он протянет дольше.

Погонщик, низко опустивший голову, что-то тихо прошелестел.

— А вы куда смотрели? — взревел Ферган. — Надо было девчонку сразу же прикончить! Разумеется, она дестабилизирующий фактор!

Снова шепот на грани слышимости.

— Нет, сейчас не нужно. Просто доставьте ее ко мне, мне любопытно, какая-такая эльфийка полюбила этого уродца так сильно, что смогла зажечь свет его души! Впрочем, он же Паладин, чтоб его разодрало! Душу не отдал. Жаль. Я недоволен. Его душа прекрасно смотрелась бы в банке на моей полке.

Погонщик смиренно шепчет.

— Да, от Кхана я другого и не ждал. Послушный мальчик. Но за ним нужно присматривать, он слишком умен. Чего тебе? — это уже Ахиору. — Новости?

— Да, — ответил Ахиор, выдергивая длинный кинжал из рукава и всаживая его в грудь Фергану. — Еще какие.

Старик, вопреки его ожиданиям, даже не покачнулся. Наоборот, он запрокинул голову и расхохотался так, что Ахиор отпрянул в ужасе.

Ферган взмахнул рукой — и эльф из рода Танцующего Пламени улетел в сторону, с силой врезаясь в стену, по которой сполз, не понимая, что происходит. Изо рта у Ахиора потекла кровь, в ушах была словно вата, но даже сквозь вату он слышал ужасающую правду:

— Ты завершил начатое сотню лет назад. Ты — сын, чистый душой, убивший своего предка. Ты тот, кто выпустил меня наружу, и имя мне — Коллекционер.

А дальше Ахиор уже не слышал, потому что тьма окончательно поглотила его.

Глава 39. Коллекционер

Галатея быстро шла по подземному ходу, срываясь порой на бег. Губы шептали молитвы, глаза порой застилали слезы, но у неё была цель, которая гнала её вперёд. Оскар будет жить, это даже не обсуждается. Он ей нужен.

Эльфийка была уверена, что если он уйдёт — она уйдёт за ним. Он был смыслом и сутью ее жизни. Они были созданы друг для друга, как две части одного целого. И если его земной путь окончен, то и ее тоже. Не живёт цветок без воды.

Галла прекрасно понимала, что то, что она делает, иначе как безумием, а то и предательством, не назовешь. Но она всего лишь слабая женщина, поэтому делает то, что умеет.

Подземный ход вывел ее в небольшую рощицу. Она огляделась. Лагерь орков был в паре километров отсюда. Галатея вытерла мокрые от пота ладони об юбку и ещё раз попросила у Всевышнего благословения и защиты.

Она не боялась. За себя не боялась. Отчего-то внутри была уверенность, что хозяйку Цитадели не тронут.

В руках у нее был меч, который она позаимствовала у какого-то эльфийского мальчика. Именно этим мечом она потыкала в плечо орку, якобы сидящему на страже.

— Я пришла с миром, — сурово заявила женщина. — Мне нужен Кхан.

— Госпожа Галатея? — растерянно спросил орк со шрамом на пол-лица. — Но как?

— Драх? — узнала орка, который частенько приезжал в Цитадель с Орром, Галла. — У меня проблемы.

— У нас тоже, — вздохнул Драх. — Больше, чем ты можешь представить. Пойдем.

— Куда?

— В лагерь.

— А что, так можно?

— Тебя никто не тронет. А поглядеть полезно будет.

Галатея вытаращила глаза, но не поверить именно этому орку она не могла. Душа его была чиста и полна света.

Она послушно пошла за орком, который подстроился под её шаг и теперь обеспокоенно косил на нее глаза.

— Это правда, что Аарон жив? — не выдержала женщина.

— Да, он здесь.

— Но почему?

— Увидишь.

Орки, увидев, что рядом с Драхом идёт эльфийка, сначала вскакивали с рычанием, но тут же отступали, услышав негромкое "жена Князя Времени".

— Твоего мужа уважают, — тихо пояснил орк. — Как глава Трибунала, он всегда был справедлив. Его зовут среди наших Судьёй.

— Уважают… а Цитадель атаковали.

— Не все согласны с этим. Но против вождя орки пойти не могут.

— А вождь — Кхан? Кто он такой?

— Вождь — Орр-Вооз. Пришли.

Орк откинул полог большой палатки, похожей на шатёр, и сам зашёл внутрь. Галатея шагнула за ним. Глаза привыкали к полумраку, но тоненькую фигурку с копной тёмных волос она узнала почти интуитивно:

— Сола?

— Галла! — ее маленькая воспитанница бросилась ей в объятья, всхлипывая. — Галла! Ты должна помочь, должна! Ты сможешь!

— Сола, ты как здесь оказалась? Ты же должна быть с Ахиором!

— Я должна быть с Орром, — твердо и даже с каким-то удивлением ответила Соломея. — Вот, погляди.

Галла опустилась на колени рядом с чернокожим гигантом, который на первый взгляд казался спящим. Она понимала, что смотреть нужно внутренним зрением, и то, что она видела, ей не нравилось. Он был словно весь опутан черными лентами. Галла попыталась их убрать, но не смогла даже потревожить.

— Я не знаю, что с ним, Сола, — тихо сказала Галла, осторожно касаясь татуировки рода Синиц на лбу и виске орка. — Это тьма, подобно которой я не встречала.