Марианна Красовская – (Не) зажигай меня (страница 3)

Неделя, отведенная на подготовку к поездке в столицу, пролетела стремительно, будто ласточка. Вставали засветло: укладывали вещи в сундуки, перешивали платья: мама была рачительна, и несмотря на то, что нужды мы никогда не испытывали, выкидывать вещи не позволяла. Обувь чинили, одежду штопали, а из совсем ветхой шили лоскутные одеяла; вязаные вещи, поеденные молью, распускали и плели из ниток коврики. Отец всегда называл мать «мышью» за ее скупость и любовь к замку Нефф, а она в ответ шутила, что вышла замуж не за него, а за замок.

И это правда: замок, хоть и казался кому-то лишь грудой камней, отвечал ей истинной любовью и преданностью. Мама могла открыть любую заклинившую дверь, заколоченное окно легко поддавалось ее пальцам, она никогда не мерзла, хотя и гости, и слуги жаловались на сквозняки. Случись маме приболеть – в замке она выздоравливала быстро и легко. Любой же, кто смел поднять против нее голос, непременно платил за неуважение: спотыкался ли на ровном месте, подворачивал ногу на лестнице, простужался… Она была Хозяйкой, истинной царицей этих мест. Все вокруг любили и уважали ее, впрочем, и она всегда была в заботах. Ни одно происшествие не оставалось без ее внимания. Весной она выращивала рассаду и сеяла репу, летом вызывала дожди или, напротив, прогоняла прочь непогоду, которая, к слову, здесь бывала гораздо чаще, нежели солнце, осенью считала урожай с деревенскими и отбирала овощи на продажу. Но самое сложное время ее было зимой: снега выпадало много, а лучше нее, кажется, во всей Галлии никто не управлялся с ним. Сейчас ей уже помогали близнецы, а раньше зимой приезжал дядюшка Кир с женой и дочерью.

Сейчас в Пригорье стояло самое спокойное время – начало весны. Пора метелей закончилась, светит много солнца, хоть и не теплого, но очень яркого. Урожай сеять рано – земля холодная. С рассадой в последние года занимается наемный маг. В деревню не проехать – тропы развезло, кругом ручьи и водопады, грязь стоит непролазная. Пытаться по такой дороге ехать на коне – чистое смертоубийство. Оборотни разве что в звериной ипостаси пройдут, но мама не оборотень. Вот и сидит она дома, всю свою энергию растрачивая на попытки приструнить братцев да замок сверху донизу отмывает.

Самое время для балов.

И поскольку дорог сейчас нет совершенно, для нашего семейства дядюшка организовал портал в столицу. Это единственное, что хоть немного поднимает мой унылый дух. Трястись целую неделю в карете, да по горным дорогам – удовольствие, прямо скажем, сомнительное. Да что там, вовсе никакой радости, только отбитые бока, тошнота и ломящая спина.

Мама у меня балы терпеть не может: вероятнее всего она скажется больной, и везде меня будет сопровождать отец. Бабушка Юлианна (вообще-то прабабушка) и вовсе в столицу ни ногой. Ей нравится тишина и уединение замка Нефф. Она останется здесь зарастать и дальше паутиной. Говорит, интриг в свое время повидала достаточно и теперь мечтает завершить свою жизнь в покое. С бабушкой мы не столько родственники, сколько подруги. В отличие от мамы, она ничего не требует и не ждет, а просто принимает меня такой, какая я есть.

Именно бабушке я рассказала о всех своих страхах и сердечных переживаниях. С мамой о таком поговорить страшно. Не поймет она. Бабушка поняла. Хоть и не нравилась ей эта ситуация, но выхода она, как и я, не видела. От бала отказаться невозможно, ЕГО я там обязательно встречу – иначе и быть не может. Впрочем, бабушка, прекрасно зная человека, в которого я имела неосторожность влюбиться, уверила, что ОН меня не обидит.

– Хотя осторожность никогда не помешает, – напоследок сказала бабушка. – Королевский бал – странная вещь. Голову закружит так, что и сама не поймешь, как согрешила. Постарайся уж не забеременеть, девочка. Глупости глупостями, а ребенок – совсем не то, что тебе сейчас нужно. Да и куда тебе дети? Поживи для себя. Не все туфли стоптаны, не все платья сношены. Жизнь – такая интересная, некуда торопиться…

Я бледнела, краснела, но за науку поблагодарила. Да и что говорить – права она. Ни замуж, ни уж тем более детей я не хочу. Мне близнецов хватило. Дети – это как-то очень сложно и хлопотно.

Близнецы ведут себя почти смирно – подрались за день всего дважды, и даже без явных увечий. В портал – тёмную дыру в пространстве – они ныряют первыми. Следом отец закидывает сундуки – а их немало. Потом проходим мы с матерью, и самым последним – лорд Оберлинг.

3. Распутница

Я люблю городской дом Оберлингов больше дряхлого замка Нефф. Дом в Льене светел и высок, в нем большие комнаты и современная система отопления: водными трубами. Подобные системы есть даже в бедных столичных домах. Водные трубы проложены под тротуарами главных улиц, отчего на мостовых никогда нет ни льда, ни снега. За температурой воды следит специальное магическое ведомство – сплошь маги огня. Отец в шутку предлагал мне устроиться туда на работу – раз уж я не хочу замуж. Разумеется, женщину никто туда не примет. Хотя, поговаривают, в столице даже есть женщины-ловчие. Да что уж там, моя же мать находится на государственной погодной службе и при необходимости выезжает как в столицу, так и в любое другое место Галлии.

Король Эстебан слывет очень прогрессивным политиком. Он допускает расширение привилегий для женщин. При нем женщины появились не только в гильдии портных и вышивальщиков, но и среди лекарей. Раньше женщина не имела право работать врачом – только помощницей. Кроме того, женщинам разрешили владеть лавками: кондитерскими, аптекарскими, даже и ювелирными. Ранее такое было возможно только в том случае, если дело осталось вдове в наследство от мужа, а теперь любая дама или даже леди может открыть свой магазинчик или мастерскую совершенно самостоятельно. Ей не нужен ни опекун, ни помощник.

Если бы у меня были хоть какие-то таланты в рукоделии, я бы, возможно, попробовала свои силы в ведении дел. Уверена, отец помог бы мне купить лавку и даже вести дела. В конце концов, матушка научила меня считать прибыль и убытки, я разбиралась в ценах на овощи, ткани, меха и шерсть куда лучше многих мужчин, да и домовые книги я заполняла самостоятельно уже несколько лет. Впрочем, такими умениями хвалиться в обществе не принято, несмотря на политику его величества. И по сей день важнее, кто твой муж, нежели кто ты. Среди девушек ценится умение петь и музицировать, вышивать, шить, рисовать… Вряд ли можно поразить женихов познаниями в арифметике.

И уж совсем не стоит рассказывать, что из всех женских умений тебе лучше всех дается готовка. Леди не стоят на кухне, и точка. Всё, что может сделать хозяйка дома – обсудить меню с кухаркой. Даже матушка не занимается кухонными делами. А я отчего-то с детства любила сидеть на кухне и с удовольствием помогала поварихам. Маме это не слишком нравилось, но она мне ничего не запрещала, даже более того – заказывала для меня специи, покупала безумно дорогие зерна какао и кофе, подарила мне красивую ручную мельницу.

Здесь, в городском доме, конечно и речи не шло даже о том, чтобы появиться на кухне. Впрочем, и не до этого: до главного бала весны осталось всего несколько дней, надо купить перчатки, закончить платье, обязательно прогуляться по магазинам и съесть пару пирожных в кафе – и всё это под пересуды местной аристократии. На нас смотрит множество глаз: мы родственники Кирьяна Браенга, а, значит, и самого короля, а Милослава Оберлинг – не просто одна из самых красивых леди, но и еще известный маг на службе короны. Про нее непременно сплетничают, подмечая каждый ее шаг, каждый жест. Ее репутация на грани скандала и преклонения.

Но несмотря на всю двусмысленность положения нашей семьи, мы везде желанные гости. Юные девушки стремятся со мной подружиться, а молодые люди жаждут быть представленными.

За три дня я получила с десяток предложений руки и сердца, что злило отца и забавляло мать. К счастью, о лорде Оберлинге слава идет недобрая – что и пьяница он, и скандалист, и подраться может. Меня это забавляет – второго такого доброго человека я не встречала. Но стоит ему грозно посмотреть на моего предлагаемого ухажера, как последний начинает трястись и блеять как баран. Ну вот о какой симпатии может идти речь? Не встретился мне пока мужчина, который смог бы перечить отцу. Возможно, это всё потому, что он некогда был сильным магом, но выгорел и долго не мог восстановиться. Если бы его звериная ипостась не усилилась, мог и вовсе не выжить. И теперь, пожалуй, ни один оборотень не мог ему не подчиниться. Боюсь, даже его величество не сможет выдержать отцовского взгляда.

Даже меня его ярость к земле пригибает, а ведь я любимое дитя, и он всегда сдерживается. И только господство леди Оберлинг признается отцом без малейшего возражения. Думается мне, не найти в целом свете мне подобного человека, который был бы кроток со мной и суров с врагами. У оборотней скорее принято жить наоборот: женщин своих держать в страхе и подчинении, а с мужчинами быть вечно настороже.

Братьев моих в этот раз оставляют с дядюшкой Кирьяном; кто-то должен присмотреть, чтобы они не разнесли дом в наше отсутствие. Весенний бал – событие больше для молодежи, а его дочь недостаточно взрослая для него. Он так радовался, что избавлен от столь утомительного события, что привезти к нему в гости близнецов было просто делом чести. Потому что никто не должен быть счастлив, когда мои родители страдают.