Марианна Алферова – Путь в Беловодье (страница 31)
– А самый вкусный? – живо спросила Лена, и стало ясно, что шашлык – ее творение. – Какой был самый вкусный?
– В ресторане “Черный кот”, куда мы с отцом ходили на мой день рождения, – последовало безапелляционное заявление.
– Судя по названию ресторана, это был шашлык из кошки, – съязвил Стен.
– Я обиделся!
И тут они заметили Романа.
– Ну, наконец-то! – крикнул Юл.
– Роман! – в отчаянии воскликнула Лена. – Может быть, у тебя шашлык из молока получится?
– У меня? Я не большой специалист по шашлыкам, в отличие от Юла. Пусть он и угостит нас блюдом этой самой ресторанной кондиции.
Роман уселся за стол. Лена налила в большую тарелку молоко. Юл заерзал на стуле.
– Да я, честно говоря…
– Ну, давай, – подтолкнул его колдун. – Три порции.
На тарелке сей же миг явилась гора белых клецок. От них шел пар, и пахло довольно аппетитно.
Роман взял вилку и отправил в рот горячую клецку. На всякий случай закрыл глаза.
– Это лук, – сказал он, и попробовал вторую клецку. – А это помидор. Где же тогда мясо?
Юл вскочил и выбежал из-за стола.
– Переходный возраст, – произнесла Лена универсальную формулу.
Роман наполнил вторую тарелку молоком, пошептал заклинания, тронул молоко ногтем. И вмиг явились все те же клецки. Только в этот раз запах был явно не помидорный. Попробовали. Оказался шашлык из свинины. Во рту так и таял.
– Юл! – закричала Лена радостно. – Мы нашли мясо.
Никакого ответа. Роман бросил выразительный взгляд на Стена.
– Юл, – возвысил тот голос. – Мясо было внизу. Мы его нашли.
Мальчишка вернулся.
– Все вы врете, – заявил не слишком уверенно. Лена протянула ему вилку. Он всадил ее в верхний кусок, пожевал.
– Ну вот, я же говорил, как в “Коте”! – произнес он с торжеством.
Тарелка опустела мгновенно. Пришлось повторить. В этот раз Юл принялся за дело уверенно. Роман даже не помогал ему. Почти.
– А здесь довольно мило. Как в доме отдыха, – сказала Лена. – Я бы осталась. Надолго. Я как вошла сюда, у меня слезы сами собою потекли. Почему ты уехал отсюда, Стен?
Тот как-то потускнел, заледенел, что ли.
– Я отовсюду удираю, – попытался ускользнуть от ответа.
Роман хотел рассказать Алексею про свой страх, но при Лене и мальчишке говорить на эту тему было нельзя.
– Ну так расскажи, Стен, о Беловодье наконец. Что же на самом деле оно такое? В чем суть Шамбалы?
– Это не только Шамбала, – сказал Стен. – И, может быть, это даже не главное…
И тут на пороге столовой возникла утопленница Глаша. Но в каком виде: лицо ее было обожжено, мертвая кожа сползала струпьями, она беспомощно дергала руками и что-то пыталась выкрикнуть, но что – было не разобрать.
– Вот мерзость-то! – Юл передернулся. Лена отвернулась и зажала рот рукой.
Роман схватил утопленницу за руку и потащил вон из дома. У Глаши подогнулись ноги. Пришлось взвалить ее на плечо.
– Давай помогу, – предложил Стен, выскакивая следом. Кажется, на него единственного тошнотворный Глашин вид не подействовал.
– Я сам. – Колдун потащил утопленницу к своему дому.
Алексей нагнал его:
– Часа через три возвращайся. Мне поговорить с тобой надо, когда Юл и Лена заснут. Так, чтобы они не слышали. Это очень важно. Идет?
– Хорошо.
Роман опустил утопленницу на пол у себя на кухне. Сдернул рубашку. Все Глашино тело было в ожогах. Вот дура-то!
Колдун схватил кувшин с молоком и принялся поливать Глашу. Молоко, попадая на ее обожженную кожу, тут же сворачивалось. Русалка перестала корчиться и затихла.
– Купаться в озеро полезла? – Роман и сам глотнул молока из кувшина.
– Я же в джипе сидела! А вы обо мне забыли! Бросили! – всхлипнула Глаша.
– Ты что, выскочить не могла?
– Я боялась. – Глаша поднялась – вид у нее был не особенно привлекательный: кожа почти вся сошла, осталось бледное, вымоченное в воде мясо.
– Чего боялась?
– Не знаю. Боялась, и все. Просто так.
– Есть хочешь? – предложил колдун.
– Я же не ем людскую пищу.
– А это не людская пища, а волшебная. Молоко небесной коровы. Из него любую пищу можно сделать – и для меня, и для тебя. Заказывай, что хочешь. Как в ресторане.
– Рыбу хочу.
Роман поставил перед утопленницей стеклянную тарелку и плеснул в нее молоко. Запахло рыбой. Настоящую еду Глаша есть не могла. А эту за обе щеки уплетала.
– Молока-то сколько! – Глаша облизнулась. – Я молоко люблю. Давненько я его не пила. А вот когда у мамки корова была… – Она мечтательно причмокнула.
– Ты не вспомнила, о каком свойстве кольца Марья Севастьяновна говорила? – поинтересовался колдун. – Может, ожог твою память освежил?
– Не-а… Ничегошеньки не вспомнила. Я уж если забываю, то навсегда.
– Да, знаю. Ты и в школе все постоянно забывала. Особенно домашние задания делать.
– Ой, не все! Я, Ромка, много чего помню. Как ты думаешь, кто тебе на день рождения в портфель кулек с конфетами положил, а?
– Ты, конечно. Я сразу догадался.
– Чего ж спасибо не сказал, а?
– Смеяться бы стали.
– Ах, вот как! Ну, конечно! Ты таким трусишкой был!
– Ты-то у нас больно смелая! Помнишь, как ты Марью Севастьяновну боялась?
– Да ее все в поселке боялись. Эх, Ромка… Если бы у меня такой талант был, как у тебя или у мамки твоей, я бы знаешь что сделала?
– И что бы ты сделала?!
– Я бы себя красавицей сделала. Такой красавицей, чтобы все мужчины с ума сошли.
– Думаешь, красавицы счастливые? – Роман тут же вспомнил Надю. Впрочем, он о ней все время помнил. Только в, определенные минуты – сильнее, в другие – чуть-чуть меньше.