18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Мариана Запата – Ты будешь мне стеной (страница 5)

18

– Ванесса, – снова простонал он, – ты и правда собираешься это сделать?

Еще бы! Я мечтала о независимости с того самого момента, как окончила школу и отправилась учиться на графического дизайнера. Получить высшее образование оказалось не так-то просто. Пытаясь справиться с трудностями, я совершила немало ошибок. В результате мне пришлось хвататься за любую работу. Я уже не говорю о том, что спала по четыре часа в сутки и старалась тратить на себя как можно меньше. Даже став помощницей Эйдена, я не отказывалась от подработок. Оформляла обложки для книг, баннеры, плакаты, визитные карточки, открытки. Делала эскизы тату, придумывала дизайн футболок. Словом, хваталась за все, что могло принести хоть какой-то доход.

– Правда! – решительно кивнула я, хоть и не чувствовала в душе особой уверенности.

– Что ж, – тяжко вздохнул Тревор, – если ты действительно решила уйти, я начну подыскивать тебе замену.

Я снова кивнула. Кажется, мне удалось выиграть эту битву – в кои-то веки я смогла настоять на своем!

Тревор откинулся на спинку стула.

– Я дам тебе знать, как только у меня появится подходящая кандидатура.

И он бесцеремонно отключился. Ни тебе «до свиданья», ни «всего хорошего». Этим он напомнил одного типа, с которым мне приходилось в последнее время работать. Если бы не Зак и еще несколько парней из «Трех сотен», я бы точно решила, что все футболисты – невежи и грубияны. Как оказалось, именно мне «повезло» наткнуться на такого.

Впрочем, это уже не моя проблема.

– Ванесса! – проорал откуда-то сверху знакомый голос.

– Что? – крикнула я, выключая планшет. Интересно, слышал ли он мой разговор с Тревором? Опять же, Эйден сам сказал, чтобы я позвонила его менеджеру.

– Ты постирала мое белье? – раздался очередной вопль.

Постельное белье Эйдена я стирала по понедельникам, средам и пятницам. С тех самых пор, как устроилась к нему на работу. Для парня, который вкалывал на тренировках до седьмого пота, Эйден был просто помешан на чистоте. Я с самого начала поняла, до чего ему важно всегда спать на свежевыстиранном белье, и старалась не нарушать заведенного порядка.

– Да, – ответила я.

– Сегодня?

– Да.

Какого дьявола он спрашивает? Я всегда… а-а. Я всегда оставляла на подушке мятную конфетку, эти конфетки ему очень нравились. Так, для смеха. А сегодня не положила. Просто не успела купить. Теперь понятно, откуда эти вопросы. Но я сама виновата, что избаловала его. Эйден никогда не показывал, что замечал мои маленькие подарки, и я думала, ему это просто без разницы. Оказалось, нет.

Последовала пауза. Я представила, как Эйден присматривается к простыням, чтобы убедиться в их первозданной чистоте.

– А мою одежду из химчистки ты забрала?

– Да. И разложила по полкам.

Я не поморщилась, не закатила глаза. Словом, ничем не выдала своего раздражения. В последние годы я вообще выработала выдержку самурая.

Не успела я убрать планшет в сумку, как сверху снова заорали:

– Где мои оранжевые тенниски?

На этот раз я не удержалась от вздоха. Сразу вспомнилось, как в детстве я бросалась к маме с просьбой о помощи, когда не могла отыскать что-то долгих пять секунд.

– Там, где ты их оставил. В ванной.

Наверху задвигались, я услышала звук шагов. Поскольку Зак еще не вернулся в Даллас, нетрудно было понять, кто там ищет свои теннисные туфли.

Я как раз пролистывала кулинарную книгу, пытаясь решить, что же готовить на ужин, когда лестница затряслась. Она тряслась всякий раз, когда Эйден начинал двигаться чуть быстрее обычного. Я всегда боялась, что лестница однажды просто рухнет, но ее, похоже, строили на века.

Даже не оглядываясь, я знала, что Эйден поспешил на кухню. Хлопнула дверца холодильника, раздалось чавканье – парень решил слегка перекусить.

– Купи мне крем от загара, – обронил он. – Мой почти закончился.

Крем я уже заказала по интернету пару дней назад. Там он стоил дешевле, чем в магазине, но Эйдену я не стала сообщать об этом.

– Считай, что уже купила. Я еще собираюсь заехать сегодня к портнихе – надо отдать ей твои шорты. Я заметила при стирке, что там поехали швы.

Одежду Эйдену чаще всего шили на заказ, поскольку размер «на махину» редко найдешь в магазине. И вот сюрприз – даже эти шорты не выдержали нагрузки.

– Я сейчас ухожу на тренировку, – сообщил он, продолжая жевать грушу. – Есть какие-нибудь новости? Что-то важное, что мне следует знать?

Поигрывая дужкой очков, я попыталась вспомнить, что там было в моих заметках.

– Утром я оставила у тебя на столе несколько конвертов. Не знаю, видел ты их или нет, но это, похоже, из срочного.

На его красивое, крупное лицо набежала легкая тень.

– Роб уже отменил встречу с фанатами? – поинтересовался он.

Я едва не поморщилась, вспомнив словесную перепалку с его агентом. Еще один мудак, которого я на дух не переносила. Не удивлюсь, если его терпеть не может собственная мать.

– Я передала ему твое распоряжение, но он так и не перезвонил. Я сама позвоню ему и выясню.

Кивнув, он поднял с пола свою спортивную сумку.

– Обязательно выясни. Кстати, – он выпрямился и взглянул на меня, – в этом месяце день рождения Лесли. Отправь ему подарок и открытку, хорошо?

– Как скажешь.

За все то время, что я работала на Эйдена, только Лесли получал от него подарок. Даже Заку ничего не доставалось. Ну а про себя я и вовсе молчу!

– Приезжай завтра утром в спортзал с камерой и завтраком, – распорядился Эйден, запихивая в сумку яблоки и мюсли. – Я уеду спозаранку и вернусь только к обеду.

– Ясно.

Надо будет поставить будильник на полчаса раньше. В межсезонье Эйден чаще всего делал дома кардиотренировку. Потом завтракал и отправлялся в зал тягать вес и работать на тренажерах. Но иногда он уезжал туда прямо с утра, а мне, само собой, приходилось подстраиваться под него.

Встав из-за стола, я взяла бутылку с водой и протянула ее Эйдену. Не так-то просто было взглянуть ему прямо в глаза.

– Я поговорила с Тревором насчет ухода, и он сказал, что подыщет мне замену.

На долю секунды взгляды наши встретились. В глазах Эйдена светилось привычное безразличие.

– Хорошо, – кивнул он, убирая воду в сумку.

– Пока, – бросила я вслед, когда он направился к двери в гараж.

Ни словечка в ответ. Но мне показалось или нет, что Эйден слегка шевельнул пальцем?

Конечно, показалось. Надо быть полной дурочкой, чтобы решить иначе. Уж на что я сама не любила болтать, но Эйден обошел меня тут по всем статьям.

Вздохнув, я поспешила на место, и в этот момент зазвонил мой личный телефон.

– Привет! – бросила я в трубку.

– Вэнни, у меня совсем нет времени, – раздался звонкий голосок. – Я как раз жду клиентку. Просто хотела сказать, что Родриго видел на днях Сьюзи.

Повисло неловкое молчание. Диана ждала, а я никак не могла собраться с мыслями. А что вы хотели? Сьюзи всегда славилась умением портить другим жизнь.

Я хотела спросить, не ошибся ли Родриго, но тут же передумала. Вряд ли даже после стольких лет он мог спутать ее с кем-то.

Я нервно откашлялась.

– Где? – Мой голос прозвучал непривычно хрипло.

– Он был в Эль-Пасо. Приезжал туда на выходные с Луи и Джошем. Сказал, что заметил Сьюзи в старом квартале – она как раз заходила в продуктовый.

Раз, два, три, четыре, пять…

Нет, так не пойдет. Я снова взялась мысленно считать до десяти. Имя Сьюзи вызвало во мне целый шквал воспоминаний, одно хуже другого. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кого она навещала в Эль-Пасо. Передо мной, будто наяву, встал наш старенький дворик.

Когда-то я жила там со своей родной матерью, а семья Дианы обитала по соседству. Мне ужасно нравился их дом – такой чистенький и опрятный. Лужайка всегда аккуратно подстрижена. Мама, ничуть не похожая на мою, и отец, который играет с ребятишками во дворе. Жить в такой семье было пределом моих мечтаний… особенно в те дни, когда у нас дома все складывалось хуже некуда.

Тогда-то мы и подружились с Дианой. Мы с моим младшим братишкой часто ужинали в их доме. По крайней мере, до тех пор, пока маму не лишили родительских прав. Диана всегда присматривала за мной – моим близким это и в голову не приходило. Это она нашла меня, когда… Ну, хватит, хватит. Что толку бередить старые раны? Прошлого не вернешь, нечего о нем и думать.