Мариана Мортейн – Лорелей (страница 1)
Мариана Мортейн
Лорелей
В городе Дюссельдорф дождь не шёл – он отбивал похоронный марш, задерживаясь маленькими каплями на крыше особняка семьи Вандольф. Капли, повисшие на краях старой, потрескавшейся от времени, черепицы, ниспадали на крыльцо особняка. Само здание напоминало мне кость, неправильно сросшуюся после открытого перелома. Стены, некогда серые, как утренний туман, по рассказам моего заказчика – Ангеля Вандольфа, который являлся главой семейства, встретили меня предсмертным состоянием, они были облупившиеся, штукатурка уже отслаивалась, обнажая что-то похожее на бурую глину, чем на кирпичи. Окна же были похожи на источник траура, окружающий эту семью. Где-то стекла ещё держались, но были покрыты паутиной и толстым слоем пыли изнутри. В других проемах зияла пустота, либо потрескавшиеся стекла. Воздух у особняка был густым, пропитанным запахом не только сырости от дождя, но и запахом праха уже умирающего здания.
Зайдя в особняк с Ангелем, обсуждая предстоящий обряд, – смерть его дочери Лорелей, – и переступая порог, я был немедленно поглащен смертной тишиной. Звук дождя и свист ветра навсегда остался за массивной дверью, вытесанной из черного дуба, на которой, по словам хозяина, ранее были резные узоры шиповника, теперь же дверь напоминала растерзанного зверя. Узоры были навсегда стерты, вместо них проступали трещины.
Мы направлялись к гробу юной Лорелей через череду комнат, каждая из которых мне напоминала мучительную агонию, будто сам особняк скорбит над умершей. Глава Вандольфов шел впереди, держа в руках заженную свечу, которая не рассеивала мрак старого здания, а лишь показывала отрывки портретов, висящих на стене, так, что посмотрев на них, я подумал о том, что в мой взгляд проникло что-то скрытое, что я не должен был видеть. Мы свернули в коридор, стены которого были обвешаны красным, или мне причудилось, но это было похоже на кровь, бархатом, изъеденным молью до такого состояния, что неопытным глазом можно было бы развидеть кружева. Я счел свои подозрения на счет цвета за игры моего хрупкого разума. Наш путь в погребальный зал преграждала дубовая дверь с причудливой резьбой, дверь была в лучшем состоянии, чем та, что располагается у входа. Ангель толкнул её, она отворилась со скрипом, похожий на плач, открыв погребальную комнату, что была уже не похожа ни на агонию, ни на смерть. Контраст был ошеломляющим. После мрачного и гниющего коридора, эта комната была олицетворением пугающего совершенства. Комната была убрана с болезненной тщательностью, пол устилал безупречно чистый толстый ковер пепельного цвета, полки, на которых ничего не было: ни книг, ни паутин. Абсолютная чистота. Небольшой стол из черного дуба и два стула с прямыми спинками, обтянутыми пепельным бархатом, украшали половину комнаты. В центре этой непорочной комнаты стоял светлый гроб с резьбой, похожей на шиповник, он уже был сделан не из темного дуба, а из сосны. Это все придавало вид некого ларца, что не разнилось со смертью юной Лорелей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.