Marian Felis – Жестокий Кай (страница 2)

– Если это очередной твой тупой подкол, то совсем не смешно, – я выбирала слова так, будто шла по минному полю. Одно неверное движение – и Кайтанов взорвётся от возмущения, написанного на его лице. – Я не встану с тобой в пару никогда в жизни. Так что забудь и иди по своим делам.

Чтоб отвлечься от странного разговора, я начала надевать ботинки и собирать вещи. Протёрла коньки, надела чехлы на лезвия, убрала всё в специальную сумку, открыла приложение для вызова такси. И при этом чувствовала тяжёлый взгляд голубых глаз, что сверлили мою макушку и старались прожечь в ней дыру.

Медленно двинувшись вдоль ряда лавочек, я заметила, что парень плетётся следом. Дёма задумчиво хмурился и, кажется, пытался понять, почему ему дали от ворот поворот. Великому фигуристу! Наверное, его раздутое эго ущемилось и жалобно хныкало в уголке.

Мы вышли из помещения, выключили свет и направились по коридору на выход. Я накинула пальто, хотя на улице было тепло. Бабье лето давало о себе знать: целый день светило солнце, да и вечером люди гуляли без курток.

– Ты же понимаешь, что не выиграешь в одиночных уже никогда? – вкрадчиво поинтересовался парень, шагая параллельно со мной. – Тебе двадцать, Герда, а против тебя будут шестнадцатилетние девочки. Гибкие, выносливые и лёгкие. Они же прыгают выше и чище. Тебе, лапуль, с ними не тягаться.

Правда всегда бьёт больнее всего. Кайтанов выбрал верную стратегию и давил в самую слабую точку – мою неуверенность во всей этой затее. Из его уст это звучало удручающе несправедливо и настолько честно, что захотелось взвыть.

Четыре года восстановления после аварии не прошли даром. Я потеряла не только форму, но и время.

– Плевать, – отмахнулась, хотя голос дрожал. Интересно, он заметил это?

– Нет, не плевать, – продолжал напирать парень.

Мы подошли к будке охранника. Дядя Миша помахал нам рукой, добродушно улыбаясь. Он крикнул что-то ободряющее вслед, но я не расслышала. Почти бежала, чтоб скрыться от Кайтанова, однако он со своими длинными ногами даже не устал и всё ещё двигался параллельно.

Бодрящий вечерний воздух приятно охладил мои раскрасневшиеся щёки. С чего Демьян вообще взял, что я буду с ним кататься? Да и в нашем спортивном сообществе при желании нашлось бы столько девчонок, готовых упасть к его ногам во всех смыслах, что хватило бы на целую танцевальную группу. Моложе, энергичнее, каждая из них подошла бы больше в качестве партнёрши великого фигуриста. С чего вдруг эта честь выпала мне? Именно этот вопрос я задала парню и осталась без ответа. Кай скривился и сделал вид, будто ему наскучил разговор.

– Тогда проваливай, – рыкнула я.

Тихо хмыкнув, парень спрятал ладони в большой карман толстовки и принялся размышлять вслух:

– Интересно, уже два ночи, а ты катаешься на арене, которая должна быть закрыта в это время. Как ты вообще туда попала, лапуль? Охранник явно тебя знает. Ой, или вы с ним в сговоре? Думаю, о таком злостном нарушении нужно обязательно сообщить руководству.

Стало страшно. Не за себя, ведь меня вряд ли могли лишить чего-то, а дяде Мише за подобные фортели влетело бы. Возможно, его бы даже уволили.

– Чего ты хочешь? – прошипела я, оглядываясь по сторонам. Белый седан с фирменным рисунком на боках уже заезжал на парковку, и времени на разборки оставалось всё меньше.

– Просто подумай, Герда, – качнул головой парень и весело приподнял брови.

Ах, вот как? Ну ладно! Я нахмурилась, деловито выпятила губы и сделала вид, что размышляю над серьёзной задачкой, отчего Кай ухмыльнулся.

– Уже подумала. Иди к чёрту, понял? Ты услышишь моё согласие, только если ад замёрзнет.

Глава 2. И ад замёрз

– Хочешь сказать, что сам Кайтанов предложил тебе кататься вместе, а ты отказала? – подруга Ульяна сидела за столиком, хмурила брови и что-то увлечённо листала в телефоне. Если бы не отсутствие гостей, я бы уже наехала на неё и заставила работать. К её счастью, в восемь утра у нас никогда не сидели посетители.

В последнее время Меркулова постоянно залипала в гаджете, разыскивая на просторах приложения для знакомств своего суженого. Только почему-то парни её побаивались, хотя Улька и выглядела всегда эффектно: светлые короткие волосы, большие глаза, лицо сердечком и яркий макияж. Она одевалась просто и в то же время стильно: никаких платьев, только футболки, джинсы и кеды. Иногда топы и короткие шорты. При этом подруга могла похвастаться шикарной фигурой. Однако мужчины всё равно пропадали после свиданий.

Но Уля не отчаивалась.

– И что же в этом такого? – я поправила коричневое платье и зло зыркнула на подругу. Она внаглую развалилась на чёрном кожаном диванчике, закинула ноги в массивных ботинках на стол и вовсю улыбалась. Её лицо подсвечивалось телефоном и казалось таким счастливым, что стало интересно. Неужели парня нашла? – Чего ты лыбишься? Кто там у тебя?

Я нависла над столом в попытке заглянуть в экран девушки, но она шустро спрятала телефон в карман джинсов и фыркнула:

– Да так, один псих пишет. Ты с темы-то не соскакивай. Почему отказалась?

Мой тяжёлый вздох был вместо тысячи нелицеприятных слов и проклятий в сторону Кайтанова. Уля, даже если и поняла расклад, продолжила допытываться:

– Не, я понимаю, что он тот ещё чудак на букву «м», только всё равно в этой ситуации вижу одни сплошные плюсы для тебя. Надеюсь, ты понимаешь, что с твоей травмой и упущенным временем надеяться на выход в чемпионат не приходится.

Да, Меркулова давила на самое больное и точно знала, о чём говорила. В своё время она ездила на Олимпиаду и даже взяла золото, ведь её мать – один из лучших тренеров России по фигурному катанию. Грех с такой базой не выигрывать. Она закончила спортивную карьеру в шестнадцать, продала все кубки и медали, кардинально сменила внешность и съехала от матери. Они поддерживали связь, и подруга знала о разных сплетнях из мира спорта гораздо больше меня.

– Ты же в курсе, что в этом году на Кубках будет блистать новая звёздочка Алина Балашова? И, надо признать, она реально хороша. А к следующему году поспеет Лиза Лунёва – огромный потенциал, она уже сейчас идеально прыгает четверной лутц. Чисто, как слеза девственницы. Так что не сильно рассчитывай, что у тебя получится.

Её слова, как всегда правдивые и резкие, сильно ударили по моему самолюбию. Подумаешь, не прыгаю четверные! Может, мне это и не нужно, чтоб победить?

Меркулова не собиралась останавливаться. Она продолжила этот разбор полётов с максимально серьёзным выражением лица.

– Если сравнить твою текущую форму и ту же Лунёву, то разница очевидна. Без учёта того, что часть элементов тебе пока не даются, Лизка всё равно прыгает выше. Она лёгкая и порхает, как бабочка. А ты, уж прости, как мешок с картошкой. Но проблема не в технике, я уверена, что ты уже восстановилась физически. Проблема в голове.

– М? – я замерла с тряпкой над соседним столиком и покосилась на подругу. Она деловито цокнула и снова выудила телефон из кармана. – Что ты имеешь в виду?

Уля включила видео, снятое на прошлой неделе. Мои очередные попытки сделать аксель на два с половиной оборота. Тщетные и немного жалкие. Решила указать на ошибки? Я их знала. Главная моя ошибка – решение вернуться в спорт.

– Вот, смотри, – она ткнула пальцем в экран телефона и включила замедленную скорость воспроизведения. – Первая половина ровно. Но видно, что ты сжата и плохо работаешь руками. Ты как будто боишься прыгать.

Она уставилась на меня своими большими зелёными глазищами и приподняла брови в ожидании реакции.

Что я вообще могла сказать? Что я и правда теперь опасаюсь прыгать, ведь у меня в позвоночнике трещина? Или что каждый раз при очередной попытке сделать аксель думаю о своих старых переломах? Или что иногда не могу двигаться и даже реветь от внезапной боли, которая возникает из ниоткуда?

В моём сознании засел плотный блок и никак не рушился.

– Что ты предлагаешь?

Меркулова коварно улыбнулась и потёрла руки:

– Ох, Руди, единственным верным решением будет засунуть гордость очень-очень далеко, забыть о том, какой Кайтанов козёл, и согласиться на его предложение.

Настал мой черёд поднимать брови и ожидать пояснения. С чего вдруг необходимо соглашаться на условия этого придурка? Нажить себе пару психологических проблем я могла и без участия посторонних.

– Если ты так хочешь знать моё мнение, то слушай. Не знаю, с чего вдруг Кай выбрал тебя, но это странно. Может, ему тренер посоветовал, только вот моя мамзеля звонила ещё пару дней назад и рассказала, что теперь великий Кайтанов будет кататься с давно забытой Таманской, а мусик будет их тренером. С учётом того, что подкатил он к тебе только вчера, всё это, – она раскинула руками и нахмурилась, – явно какой-то хитровыделанный план. Он может выйти боком, и всё же в паре с Каем у тебя намного больше шансов на успех.

Скорее больше шансов услышать очередную тонну насмешек от мистера «Я-самый-лучший-фигурист-в-мире». Подруга вскочила с диванчика и начала измерять шагами расстояние между двумя столами. Она металась, будто дикое животное в клетке, и размахивала руками.

– Во-первых, если у Кайтанова есть деньги на хорошего тренера – а у него есть деньги на хорошего тренера! – надо этим пользоваться. Сразу ставь условие, что за тренера платит он. Моя мать – просто идеальный вариант, причём один из самых дорогих. Во-вторых, хореограф и программа по ОФП. Пусть и их оплачивает. В-третьих, рекламные контракты. Если рекламодатели узнают, что этот паразит перешёл в разряд парников, то обязательно будут привлекать тебя к работе. А это неплохой доход. В-третьих, зал, арена, тренажёры, костюмы – всё это требуй с него. Конечно, есть вероятность, что он тебя пошлёт, но… – она многозначительно замолчала, грациозно потянулась и пошла к вошедшему в кафе гостю с широкой улыбкой. Подруга замерла около меня на мгновение и насмешливо шепнула: – Думаю, ты этому козлу нравишься.