Marian Felis – Липучка (страница 46)

Это подкупало. То, как он легко и просто, будто играючись, говорил серьёзные вещи, которые не каждый мог бы произнести вслух. Я, например, не могла.

— Акция не бесконечна, — намекнул Кир и потряс пакетом. — Давай уже, это тебе точно пригодится.

Со вздохом я забрала подарок и сразу же заглянула внутрь.

— Платок? — нахмурилась я. Интересный выбор…

Но Кирилла уже не было. Он ушёл, не закрыв за собой дверь.

— Спасибо! — крикнула я, хоть подарок и передали девчонки.

Внутри лежало что-то чёрное и небольшое, на самом дне. Я осторожно потянула ткань и поражённо ахнула.

Не платок. Совсем не он.

Это было платье. Шикарное, струящееся, шёлковое, длинное, на тонких бретелях, с открытой спиной. Как завороженная, я провела ладонью по мягкой ткани, которая практически переливалась в свете ламп, и невольно улыбнулась.

Красивое.

Пальцы сами уткнулись в острый уголок, и я зашипела от неожиданности.

Что за чёрт?

Кажется, внутри что-то было. Прямоугольное, достаточно плотное. Я вывернула платье, нащупала пластиковую бирку и тихо охнула — это была не просто бирка с красивым витиеватым логотипом, составом и прочей ерундой. Там была написана стоимость. От одного взгляда на сумму во рту пересохло, а ладони вспотели.

Это точно купил Юсупов. У девчонок банально не хватило бы денег. К тому же они наверняка выбрали бы что-то менее броское и более практичное.

Сперва я хотела позвать Кира, вернуть подарок и отчитать за лишние траты. Но, держа в ладонях холодную ткань, поняла: желание примерить платье настолько сильно заполнило меня, что перевесило доводы рассудка.

Вместо разборок я прикрыла дверь в комнату и осторожно надела наряд. Холодная ткань текла по коже, обволакивала, как перчатка. Длинное, почти до пяток, облегающее сверху, с расширенной юбкой, на тонких бретелях, со шнуровкой на открытой спине. На ноге обнаружился разрез — провокационный, достающий практически до края трусов. Ещё бы немного…

— Девчонки бы точно что-нибудь приличное купили, — фыркнула я, смотря на собственное отражение в зеркальных дверцах шкафа-купе.

Надо признать, платье сидело как влитое. Может, из-за ткани, а может потому что Юсупов прятал чудесную способность хорошо подбирать наряды, но чёрная ткань удачно оттеняла бледную кожу, фасон подчёркивал тонкую талию. Лифчик не подразумевался, поэтому мне пришлось засунуть подальше страхи о том, что на холоде всё будет видно слишком хорошо. К счастью, в районе груди имелась подкладка, к тому же там ткань была собрана волнами.

— И как теперь возвращать эту красоту? — простонала я, поглаживая ткань в районе бёдер.

Платье и правда сидело отлично. К тому же подобные подарки дарили мне крайне редко, точнее, почти никогда не дарили. Самое дорогое, что покупали родители — ноутбук и телефон. Однако платье переплюнуло те презенты как минимум по цене.

Уложив ещё влажные волосы на один бок, с бешено колотящимся сердцем я вышла в гостиную.

Наши с Киром взгляды пересеклись всего на мгновение, после парень начал бесстыдно пялиться на меня округлившимися от шока глазами.

— Как думаешь, не слишком провокационно? — дрожащим голосом уточнила я. Внутренняя бравада не помогала держать эмоции в узде. — Это девчонки подарили.

Юсупов ответил не сразу. Но как только его обезумевший от картинки мозг обработал вопрос, сосед прохрипел:

— Идеально.

— Честно? — покраснев, зачем-то уточнила я.

Может, просто захотела услышать этот хрипло-возбуждённый тон снова?

— Честнее некуда, — твёрдо ответил Кир.

Чтоб немного разрядить накалившуюся обстановку, я спросила:

— А кто ещё приглашён?

— Куда? — непонимающе скривился Юсупов.

— Ну, ко мне на день рождения кто приглашён? Кто-то из парней? — стоило это сказать, как сосед замер, как испуганный кролик, и затравленно покосился на меня. Сразу стало понятно, что ему эта тема не нравится. Зато мне было важно узнать все мелочи. — Вася? Лёша? Или, может, Толик?

Если первых двух я бы с радостью увидела, то Таран был фигурой одноднозначной и противоречивой. Он, конечно, пригласил всех нас на свой праздник, но ведь это совсем не значило, что его обязаны приглашать в ответ.

— Зачем тебе Толик? — рыкнул Кир.

— Да не нужен он мне! — таким же тоном ответила я.

— Угу, как же.

Он резко развернулся, парой размашистых шагов подскочил к кофе-машине и зазвенел посудой. Причём сложилось впечатление, что добивался именно шума для отвлечения и совсем не планировал делать напиток.

— Собирайся, мы уже опаздываем, — бросил он через плечо.

— Ты не поедешь? — с подозрением уточнила я.

Было похоже, что Кир просто пытается избавиться от меня и закатить тусовку в квартире. Хотя он мог бы запросто подойти и сказать о своих намерениях, не таиться и не продумывать хитроумные планы.

Юсупов замер с кружкой в руках.

— Поеду, просто мне собираться десять минут. Это тебе там лицо нужно заново рисовать и… — он осёкся. — Хватит отвлекаться, иди уже.

— Ладно.

Что он там сказал про «рисовать лицо»? Я не собиралась усердствовать с макияжем, поэтому быстро высушила волосы, убрала вверх десятком невидимок и накрасила ногти красным лаком, найденным в косметичке. Получилось не так уж плохо.

На улице давно похолодало, поэтому я долго зависала около ящика с нижним бельём, не понимая, как можно согреть ногу с таким разрезом. Да и как вообще не превратиться в ледышку на улице, когда платье буквально само холодит.

Юсупов будто прочитал мои мысли, потому что из-за двери раздался громкий вопрос:

— Ты скоро? Девчонки ждут. Если боишься простыть, то машина заведена, сидения с подогревом.

— Всё равно холодно, — с сомнением отозвалась я.

— Да не бойся ты так, — крикнул Кир. — Все последствия беру на себя. Заболеешь — вылечу. Только пошли уже, а?

Он говорил на удивление убедительно, поэтому я кивнула собственному отражению и вышла в гостиную. Юсупов стоял полностью готовый покорять мир: в чёрном костюме, чёрной рубашке, с каким-то странным кулоном на шее. Волосы он убрал назад и залил то ли лаком, то ли гелем, то ли ещё какой-то ерундой, потому что выглядели они влажными. Но это ни капли не портило образ. Наоборот, добавляло изюминку.

Кирилл стоял около обувницы, спрятав ладони в карманы брюк. Он сразу приосанился, мазнув по мне слишком незаинтересованным взглядом и быстро отвернувшись.

— Отлично, наконец-то, — буркнул сосед.

Мы одновременно оделись и вышли из квартиры в полном молчании. Почему-то у Юсупова вдруг изменилось настроение — он напрочь отказывался общаться. Я попыталась разговорить его и задавала вопросы, но он либо отвечал односложно, либо игнорировал.

Наверное, он обиделся на вопрос о Толике. Или что так сильно могло повлиять на настроение Юсупова?

— Слушай, на счёт Тарана… — осторожно начала я.

— Его не будет, — строго отрезал Кирилл, резко вывернув руль. Машина вильнула вправо и заехала на парковку около ресторана «Триумф» — он считался одним из самых дорогих в городе и одним из самых переоценённых. Брат рассказывал, что ресторан не стоит своих денег, и что он разочаровался, когда ходил туда с девушкой. Причём девушке-то как раз всё очень понравилось, а вот он сам остался не в восторге.

Не успела я толком сообразить и ответить на счёт Толика, как Кир уже выскочил из машины, повелительно махнув рукой.

— Ну и гад же ты, — пробурчала себе под нос, поспевая следом и мысленно представляя разговор о том, что про Толика спрашивала только потому, что он мне совсем не нравится. Это последний человек на планете, кого бы мне хотелось видеть на празднике.

Но кто бы стал меня слушать?

Юсупов пёр вперёд, как паровоз, и злобно пыхтел. По-джентльменски придержал дверь, окатив меня таким презрительным и холодным взглядом, что затряслись коленки.

— А вот и наша именинница! — высокочастотный писк Шумовой вытащил меня в реальность и заставил вспомнить, зачем мы пришли в ресторан.

Алла бешеным ураганом подлетела ко мне, едва не столкнув со своего пути официанта, и крепко обняла.

— Я готова убить тебя, — проворчала она, покачиваясь из стороны в сторону. Я прижималась к подруге и улыбалась, понимая, что соскучилась. Мы как минимум неделю не разговаривали нормально — настроения не было, общение ограничивалось вежливыми кивками.

— Готова помочь, если что, — скромно бросила Женька. Она стояла рядом в ожидании, когда же Шумова успокоится и отпустит меня.

— Ребят, пройдите в зал к своему столу, — вежливо попросила строгая женщина в чёрном платье. Она натянуто улыбнулась и кивнула головой мне за спину. — Тут вход, вы мешаете.