Мари Ви – Тени вересковых пустошей. Книга вторая (страница 3)

Я понимающе закивала и сделала глубокий вздох.

– Так что же произошло? – Спросила.

– К сожалению, пока мне это неизвестно, но я собираюсь все выяснить. В общем-то я позвал тебя, чтобы сообщить это, а также об отъезде. – Непонимание на моем лице было красноречивее слов. – В прошлом году произошла неприятная ситуация с Узколицым, поэтому в этом году, на всякий случай, во избежание каких-либо недоразумений, я бы хотел попросить тебя держаться ближе к Броне. До тех пор, пока я не вернусь.

– А… что в Вашем отъезде такого?

– Охотник не зря начал устранение препятствий именно с меня, – заметил Ректор. – Если бы не его заклятие, я бы остановил его в два счета.

– Я, конечно, извиняюсь, но Вы не могли съездить летом все разузнать? – Нервно улыбнулась я.

– Я и ездил, – подтвердил Ректор. – Но времени оказалось недостаточно, требуется длительное расследование. Следы преступления слишком хорошо скрыты. Но не волнуйся, ви Рада, Броня о тебе позаботится.

– Да он итак обо мне заботится, – как-то безразлично подытожила я.

– Это правда, – закивал Ректор. – Ох! Какой же я дурак! – Ректор внезапно нервно улыбнулся. – Я не предложил тебе чайку!

Когнитивный диссонанс только что отразился на моем лице, особенно когда Ректор Высшего Алгиронского Университета метнулся к круглому столику с чайником и разлил душистый чай карминовых оттенков.

Не могу не отметить необычайный вкус этого божественного, по всей видимости, напитка, но все же случившееся с моей бабушкой выбило меня из колеи. То есть как она умерла только год назад? Ви Гретель же говорила мне, что… это дело становится все более запутанным, а тот конверт, который передал мне Броня все еще является единственной зацепкой, которая могла бы прояснить хоть немного. Однако все по-прежнему в тумане.

***

Несмотря на отягчающие обстоятельства, я все же возвращалась в свою комнату с большим энтузиазмом. Вообще с энтузиазмом, учитывая в какую яму скатилось мое настроение после новостей. В коридорах по-прежнему не встречались студенты, а я, уже вполне привычная к подобному действу, даже немножко радовалась, что могу спокойно пройтись и проветрить мысли.

Да, с бабушкой что-то случилось и это произошло всего лишь год назад. Но тогда я по-прежнему не знала о ВАУ, не знала о ее ведьмовских способностях и прочее. Нужно ли сейчас слишком загоняться по этому поводу? Не думаю. Хотя я и попыталась предложить Ректору поехать с ним, после чего минут пятнадцать слушала его дикий хохот на тему «взять двухмесячного ребенка на кладбище воскресших голодных зомби – шутка уморительная».

Но с этим спорить было сложно. Ведь я и правда очень мало, что умею, знаю, и прочее. Нужно больше информации. И опыта. Я ведь даже на метле не умею летать. Не то, что хорошенько разгадывать сложные тайны, вроде случившегося с моей бабушкой.

Хотя узнать, что Ректор с ней учился было удивлением. Впрочем, мне это никак не поможет.

Топая по привычке уже минут десять по коридору, ведущему в мою комнату, я внезапно заметила на другом его конце черный комок шерсти. Он метнулся из коридора за поворотом, а потом на всех парах припустился мне навстречу. Только я обрадовалась, как Черныш, заметив меня, тут же затормозил, притворился, будто вальяжно и неспешно шел тут случайно, гордо задрал мордочку и заметил меня во второй раз как бы случайно.

– Вернулась, да? – Уже на подходе ко мне почти безразлично выдавил кот. – А я и не заметил, как время пробежало… что? Я не скучал! Только по рыбке! Ты, кстати, привезла?.. Нет, я не скучал! Даже не думай! Нет! Нет!!! Никаких обниманий, отстань! Я не люблю!.. Пусти! Пусти, говорю!.. Ну!.. Ну!.. Ну ладно, только чуть-чуть… все, заканчивай. Хватит ерошить шерсть! Она не просто так от природы красивая!

– Ах, Черныш! – Прижимая фамильяра к себе, вздохнула я. – Как же мне тебя не хватало.

– Да-да, пусти уже. Где рыбка?

Моя комната осталась не тронутой. Не скажу, что я ждала погром по возвращению, просто было приятно обнаружить все на своих местах. Склянки, банки, ингредиенты на полках, метла в метелкином шкафу, чемоданы наконец-то прилетели и аккуратненько сложились друг на дружку у кровати.

Обсудив немножко «что было, пока мы не виделись», и я и Черныш рассказали друг другу о новостях, которые свелись больше к «ничего не произошло». Что тоже радовало, ведь отсутствие новостей гораздо лучше, чем плохие новости.

Правда позднее я поведала моему фамильяру о том, что рассказал Ректор и Черныш заметно удивился.

– Э погибла только год назад? – Сипло выдохнул он, словно тяжело больной бронхитом. – Но как такое возможно?!

– Сама не знаю, – покачала головой и вздохнула, плюхнувшись на кровать. – Честно говоря меня вся эта история очень расстраивает и настораживает. Что именно произошло? Почему никто не знает правды? Если бабушка была жива, почему она не связалась со мной, например? Или с ви Гретель? Или с Ректором?

Черныш, валявшийся до этого расслабленно, подобрался, сел и даже чуть нахмурился. Некоторое время он усердно размышлял, а потом вздохнул и произнес:

– Хорошо, что этим займется теперь Ректор лично, – заключил он. – Он очень сильный маг. Если кому-то и под силу узнать, что произошло, то только ему.

– Это, конечно, радует, но… – мои размышления потихоньку упорядочивались в сторону какого-то плана действий – слушай, я тут подумала: бабушка оставила тебе письмо, но не оставила никаких подсказок, кроме очевидных «жди и надейся» как его вообще открыть. Возможно ли такое, что письмо не единственная подсказка?

Брови Черныша сходились к переносице словно в замедленно съемке.

– А ты дело говоришь, – подметил мой фамильяр. – Сама идея оставлять письмо говорит о некой секретности и скрытности послания. Она бы не стала в одном и том же месте прятать и ключ, и замок.

– Точно! – Подтвердила я. – И вот что еще я подумала: ты ведь помнишь, где она жила раньше, так ведь? – Черныш заглянул мне в глаза. – Давай попробуем осмотреть ее комнату на наличие подсказок?

Размышления фамильяра продлились недолго.

– Хорошо, – все еще с нотками сомнений согласился Черныш. – Но…

– Что?

– Слушай, я тоже очень хочу выяснить, что же в самом деле случилось, – заключил Черныш. – Но Ректор прав, тебе лучше не ходить одной.

– Так-то оно так, – закивала я, – но ты уверен, что кому-то в действительности можно до конца доверять, если бабушка скрыла письмо даже от своей лучшей подруги?

– Но Броне-то можно доверять.

– Узколицый тоже был Стражем.

– Броня не такой.

– Я не спорю, но! Если бы бабушка ему доверяла, она бы оставила письмо ему.

– Он еще тогда не приехал.

– Ну… все равно! Черныш! Это наше с тобой дело! Мы должны узнать все, что можем! Это же моя бабушка! И твоя любимая хозяйка.

На последних словах в глазах моего фамильяра вспыхнула невыносимая тоска, да такая сильная, что ком в горле застрял. Но Черныш умел скрывать свои эмоции, поэтому быстро сморгнул и снова был привычным не очень-то приветливым котом.

– Хорошо, но если вдруг что-нибудь пойдет не так, первое что ты сделаешь это позовешь начальника Стражей.

Я улыбнулась и подняла руку с браслетом Брони в воздух.

– Честное пионерское.

Кажется, Черныш не очень понял слово «пионерское», но в целом ответ принял.

Глава вторая

Поскольку ждать и надеяться – стратегия так себе, мы отправились в комнату бабушки сразу же. А чего ждать? Пока у меня есть возможность, нужно ее использовать. Неизвестно, насколько насыщенной программа обучения будет в этом году. Судя по прошлому году – вклинить бы в свое расписание сон. Хотя бы иногда.

Несмотря на все мои быстрые предположения (все-таки решение куда-то идти мы приняли только сейчас, на скорую руку, или лапу, размышления хоть и были, но прям блиц), комната моей бабушки располагалась также в башне ведьм, как и комната ви Гретель. Правда, не так близко, да и подниматься было не так долго. К счастью. А то я что-то отвыкла за два месяца от длительных подъемов в небеса.

Черныш рассказал, что скорее всего комнату после бабушки никто не обживал, места хватает, да и к тому же бабушка была ведьмой вересковых пустошей, кто посмел бы?

Впрочем, была и другая причина.

– Дверь заперта, – подергав, заключила я.

– Хм… – протянул Черныш – магия. Странно, когда Э уезжала, она не оставляла магических замков.

– Значит ли это, что бабушка сюда возвращалась? – Судя по молчанию и глубокой задумчивости моего фамильяра, полагаю, он такого тоже не ожидал.

Когда Черныш отмер, он обошел дверь несколько раз, затем втянул воздух и смешно чихнул.

– Все, что могу сказать – магия принадлежит Э.

– Значит, она возвращалась, – подытожила я.

– Похоже на то, но… – Черныш хотел сделать шаг, но засомневался – почему она не сказала мне?

Черныш так расстроился, что я даже не знала, как можно было бы его утешить. Поскольку ответ на данный вопрос у меня нигде случайно не завалялся, я решила разбавить мрачность шуткой.

– Знаешь, ничего удивительного в этом нет, – нарочито нравоучительно сложила руки на груди я. Фамильяр с таким удивлением глянул на меня, как будто я и правда была готова раскрыть все тайны вселенной. – Обнимашки не любишь, рыбку все время требуешь, она, наверное, решила, что ты с ней только ради этого время проводил.

Хоть и немного, но нужного эффекта я добилась. Черныш хмыкнул и, кажется, немножко расслабился.