Мари Соль – Твоя случайная измена (страница 50)
Я тоже себе представляю, и двоякое чувство терзает меня. С одной стороны очень хочется, чтоб он узнал. Ощутил всю ту боль и обиду, которую я вот уже столько дней непрерывно терплю по его скотской милости. Но с другой…
До тех пор, пока я «чистоплотна», у меня преимущество. А когда он узнает, то я потеряю свой статус обманутой верной жены. Хотя! Какой к чёрту статус? Теперь — я свободная женщина! И могу выбирать, с кем ложиться в постель. Главное — с презервативом.
Глава 32
В очереди к маммологу передо мной ещё два человека. Листаю журналы, благо здесь их достаточно. Правда, большинство из них — о профилактике рака груди. И я просто листаю картинки. Вспоминаю вчерашний наш разговор.
Я не преминула выразить Самойлову благодарность за столь щедрый прощальный подарок.
— Ты убил кого-то?
— Думай, что говоришь! — огрызнулся Илья.
— А откуда они, эти деньги?
Он насупился:
— Какая тебе разница?
— Вообще-то есть! — ответила я, удивляясь его равнодушию.
Самойлов продолжил пить кофе. От Снежаны он вернулся задумчивым и молчаливым. Я хотела спросить про ребёнка, съязвить. Но прикусила язык. Скоро он съедет! Осталось чуть-чуть потерпеть…
— Бери молча, — ответил Илья.
Я застыла в немом изумлении.
— Хорошо! В налоговой разберутся, — проговорила сдержанно, вставая из-за стола.
Он хмыкнул:
— Это деньги твоей тётушки из Австралии, поняла?
— Илья, что за бред? Какой тётушки?
— Двоюродной. У неё никого не было, кроме тебя.
Я прикусила губу, пытаясь не рассмеяться:
— Это твои деньги, Самойлов! А вот откуда они, нужно ещё разобраться.
Он оттопырил губу:
— Учти, Настя! Я не буду решать твои проблемы.
— А у меня есть проблемы? — я обернулась к нему.
— Будут, — спокойно ответил Самойлов, — Я имею ввиду — с налоговой. Ведь теперь эти деньги — твои!
Я не нашлась, что ответить. И вышла из комнаты. Он мне ещё угрожает? Но Илья отыскал меня в зале.
— Так что подумай дважды, прежде, чем что-либо делать, — бросил он напоследок.
И ушёл, как ни в чём не бывало. Я хотела крикнуть ему вслед, что верну… Но прикусила язык! Пал Аркадич сказал, всё в порядке. С правовой точки зрения. А с моральной… Полный абсурд!
Тут ещё Виктор измучил звонками. Написала ему: «Не звони». Так он стал писать.
«Ты замужем?», — прочитала я.
И долго думала, что ответить. Можно было промолчать! Но мне хотелось попробовать. Как теперь я буду отвечать на этот вопрос тем, кто спросит? Не обязательно же говорить всем, что я в разводе. Хотя, и так ясно! У меня двое детей…
«Уже нет», — ответила Виктору.
«Жаль», — пришло в ответ, — «Этим бы всё объяснялось».
Я задумалась. Что он имеет ввиду?
«Что, всё?», — уточнила я.
«Твоё поведение», — прочитала ответное.
И оскорбилась! Моё?
«А что с моим поведением?», — напечатала Виктору.
Какое-то время он думал, а потом дал ответ:
«Оно неадекватное».
Мне захотелось набрать его номер самой, чтобы объяснить, что означает этот термин. И почему он больше подходит ему… Но не стала! Я добавила его в чёрный список. Но потом удалила оттуда. Вдруг напишет ещё…
— Самойлова Анастасия Витальевна, — повторяет медсестра.
Кроме меня в очереди ещё две женщины. Они заняли следом за мной, теперь переглядываются, упрекая друг друга. Я встаю.
— Да, да, — отзываюсь. А в мыслях звучит: «Я уже не Самойлова!».
В кабинете просторно и очень светло. Стоит большой и колючий цветок в уголке. На плакате опять профилактика рака груди. Сколько можно?
— Здравствуйте, — произношу в адрес доктора.
Он кивает, смотрит поверх очков:
— Добрый день! Присаживайтесь.
Сажусь и даю медсестре документы.
— На что жалуетесь? — бодро отзывается доктор, изучает меня взглядом пепельных глаз.
Седина ему в бороду! Это же мой одноклассник. Узнаю его в тот же момент. Он был полненьким в школе. Теперь же…
Как возраст меняет мужчин! И, как правило, в лучшую сторону.
— А… да, в общем-то, ни на что, — пожимаю плечами, — Просто решила провериться.
Он одобряет:
— Это правильно. Как давно проверялись?
Я опять пожимаю плечами:
— Да, года три-четыре назад.
И хотя в карточке всё написано, но он уточняет:
— Сколько вам лет?
— Тридцать девять, — говорю и плотнее сжимаю колени.
— Рожали? — чиркает ручкой на бланке.
— Да, дважды.
— Ваша девичья фамилия?
Я сбиваюсь:
— Что?