Мари Са – Ты меня (не) любишь (страница 2)
А я словно тоже понимаю, что так и надо. Так и должно быть. Все правильно. Он меня сейчас поцелует. Совершенный незнакомец. Человек, которого вижу впервые в жизни. Гонщик-камикадзе. Но все абсолютно правильно. Все наконец-то на своих местах. Лишь однажды в жизни я чувствовала подобное. Но это было так давно.
Уже тянусь, как он вдруг резко меня останавливает и достает свой телефон. Включает так, чтоб подсветка не касалась его лица, которое до сих пор спрятано за пологом тьмы и хрипит своим скрипучим голосом:
– Номер свой дай!
Он ждет уверено и нахально, а с меня наконец пелена спадает. И магия этого вечера быстро утекает сквозь пальцы. Да и правда! Чего это я так раскисла по мужику, лица которого даже не видно.
Вечер тут же перестает быть теплым и волшебным. И вот уже я ежусь под струями холодного ветра, задувающего из соседнего леска. И общая мрачность атмосферы тоже пугает. Как я вообще позволила себя увезти. Он словно магию на меня наложил. И я как послушная рыбка поплыла за ним по течению.
Лихорадочно оглядываюсь. Куда бы здесь удрать?
– Сюда смотри, – касается он моего лица и будто током прошибает.
Такие забытые волнующие чувства. И я снова в трансе. Снова трясу головой. Чтобы хоть немного прийти в себя. А сердце просто турбо мотором заделалось. Гонит кровь со скоростью локомотива.
– Отвезите меня домой, – пытаюсь сопротивляться, – я ошиблась. Простите, если ввела в заблуждение, поехав с вами. Но дальше никакого продолжения не будет.
– Долбануться можно! – ругается он непонятно на что.
На мои слова? Или на касания, которые не прекращаются. Теперь его рука скользит уже ниже. Гладит вдоль линии шеи. Ласкает и сжимает одновременно. А потом он резко дергает на себя и буквально впечатывает в свое тело. Обдает жаром волосы. С силой втягивает воздух и выдает.
– Ты покрасилась? Тебе идет! Ан-ге-ли-на!
А меня начинает трясти. От тембра его голоса. Чужого и родного одновременно. От жадных властных касаний. Словно он уже наложил право Вета. И все мое тело уже принадлежит ему без остатка. Как это бывало раньше. Как не должно было быть больше никогда.
Мое сопротивление просто тонет в его медвежьем капкане. Он его похоже и не ощущает. Уже облапывает мою фигуру. Тянется к груди. Задерживается там на время.
– И здесь больше стало, – жарко шепчет в самое ухо, – ты почему такая охрененная стала?
Он упрекает, но продолжает ласкать все мое тело. Продолжает проверять, что изменилось еще. Что за много лет нашей разлуки стало не таким, как он помнил. Но ведь и он сам изменился. Стал другим. В плечах шире. Мощнее. Раньше в нем преобладала юношеская грация изящного гепарда. А сейчас передо мной матерый волк.
Волк готовый вот-вот сомкнуть свою пасть на моей шее.
И голос? Что стало с его голосом? Какая-то болезнь или травма? Так много вопросов. Но хочу ли я знать ответы. Уверена, что нет. Я не хочу, чтобы этот человек вновь вмешивался в мою жизнь. Ведь он мне больше не нужен.
– Богдан…– выдыхаю его имя давно забытое, как же сразу не узнала, и тут же пытаюсь прекратись все его приставания, – отпусти меня. И отвези домой. Меня… – пытаюсь придумать то, что подействует, – меня муж ждет!
– Муж!? – он слегка замирает, но не отстраняется, – может еще и ребенок есть?
– Есть, – киваю.
Никогда не хотела говорить ему о сыне. Слишком велика была обида. Но если он будет думать, что его отец другой человек, так даже лучше. Хотя ему наверняка плевать. В противовес моим словам руки на моей спине сжимаются сильнее.
– Ну, ты и дрянь! – зло выдыхает он, хватает за шею и снова тащит к мотоциклу, почти силой сажает на сидение, раздвигает ноги и устраивается между ними, неприлично задирая подол, – а прикидывалась такой невинной. Зря я тогда нежничал. Надо было сразу как обычно.
И только я открываю рот, чтобы возразить, как он впивается в меня грубым поцелуем.
Глава 3
Пытаюсь отбиться. Но это и раньше получалось с трудом, а сейчас и вовсе. Мое сопротивление тонет в его огромных руках. Он, конечно, всегда был сильным. Но скорее субтильным. Я вспоминаю широкий разворот его плеч, который успела заметить там, на трассе. Перед самой гонкой. Тогда я разглядывала таинственного незнакомца. И даже предположить не могла, что судьба подкинет такой сюрприз.
Его ладони уже под одеждой. Жалят словно укусы ос. Больно. Остро. Впрыскивая яд и парализуя тело. И от каждого мириады нейронных дорожек прямо под кожу. Будят давно забытое. Тормошат. Душу мне выворачивают. А я не хочу. Не хочу обратно. Не хочу в прошлое. Свободной хочу быть. От него в первую очередь.
Я не просила этой встречи! Я ее не ждала!
– Отпусти, – упираюсь ладонями в твердую грудь и под ней тоже литые мышцы ощущаю.
Ради таких из качалки надо не выползать. Он что спортом увлекся? Не замечала за ним таких интересов раньше. Раньше…
Это раньше жалит больнее его касаний. Больнее его губ и даже слов. Грубых. Сказанных хриплым, чужим голосом. Разъедающих все внутри.
– Телефон дай! – приказывает и продолжает вклиниваться между ног, не давая спрыгнуть с мотоцикла.
Словно не закончил еще эту безумную пытку. Но больше всего боюсь, что в какой-то момент она пыткой быть перестанет. Ведь губы уже горят. Они, в отличии от меня, помнят только хорошее.
– Зачем он тебе?
– Много вопросов задаешь! – огрызается он.
– В смысле?!
Но Богдан уже разворачивает к себе спиной. Мои ягодицы между своих бедер зажимает и начинает щупать.
– Он в куртке, дурак! – сопротивляюсь и кричу в темноту.
– Точно? – усмехается, продолжая по округлостям гладить, – а я вот нисколько не уверен. Лучше сам узнаю. Верить такой обманщице как – ты пустое.
Задыхаюсь от возмущения, но быстро сдуваюсь. Его пальцы запускают внутри волну. Он, как умелый настройщик, знает все кнопочки моего тела. Выучил. Хотя мы были вместе совсем недолго. Поэтому просто затихаю. Даже дышу осторожно. Только бы не выдать себя. Только бы до него не дошло.
Но он абсолютно бесчувственен. Нагло прощупав меня за все места, наконец залезает в куртку. Телефон достает.
– Пароль какой?
– Так я тебе и сказала!
Шлепок по моей заднице, и я взвизгиваю. Дергаюсь снова. Но лишь больно себе делаю.
– Уймись! – упреждает он, – а то я могу не рассчитать силу.
– Так может отпустишь меня уже и телефон вернешь! Чего ты добиваешься, Богдан?
– Рот закрой! Я тебе объяснять ничего не планирую. И нянькаться тоже. Ты, Ан-ге-ли-на, добра не ценишь. Так что просто подчинись!
Еще один шлепок по заднице, и я взвываю. Плевать. Скажу то, что просит. Если ему так хочется покопаться в моем телефоне, пусть. Там все равно ничего интересного. Я сейчас в таком раздрае, что забываю о самом главном. Том, что никогда в жизни не хотела бы ему показывать.
– Там ключ графический! Отпусти и я введу. Объяснить не смогу.
Он ослабляет хватку. Лицом разворачивает. В темноте я по-прежнему его не вижу. Лишь осязаю слабые очертания. Словно с призраком борюсь. А может он и есть. Может происходящее лишь игра моего воображения.
– Вводи! – опять усмехается.
Смеется надо мной и телефоном тычет. А еще злится. Я эту злость даже в его хриплом баритоне всем телом слышу. Только нет у него прав. Потому что злиться здесь должна только я.
Вырываю телефон и пальчиком по экрану порхаю. А там картинка уже давно горит. Но он, наверное, на нее и внимания не обратил. Действительно. Ведь в ней ничего особенного. Обычный пацан шести лет. Вот только глазки голубенькие. Как небо весеннее. Красивые необычайно. Прямо как у папочки.
Смахиваю заставку. Только это и успеваю. Потому что телефон у меня тут же вырывают. Быстро делают пару манипуляций, сохраняя мой номер себе. Даже не знаю зачем ему эта информация. Ведь продолжать общение с Богданом я больше не планирую. В сгустившейся темноте он кажется страшным призраком далекого прошлого. И я не собираюсь пускать его обратно в свою жизнь.
Даже если захочет позвонить, я всегда могу проигнорировать. Или просто сбросить. Или, в крайнем случае, занести в черный список. Никогда этого не делала. Вот и попробую. Прибегать к таким мерам, как смена сим-карты, не хочется. Но вряд ли потребуется. Успокаиваю себя.
Его порыв не более чем прихоть. Желание самоутвердиться. Отыграться. Наверное, сбежав в прошлом, я сорвала его финал. Не дала насладиться окончательной победой. Где он размазывает остатки моего достоинства по полу перед всеми однокурсниками. Но такого точно никогда не случится.
Он больше не богатый мажор. Мечта всех студенток. А я не наивная девочка. Мы оба выросли из подобных игр. Не думаю, что его упертости хватит надолго.
– Ты закончил? – протягиваю руку за своим телефоном, – теперь отвези меня… до ближайшей остановки.
Не хочу показывать, где живу. Внутри все кричит против этого. Предупреждает.
– Я еще даже не начинал!
Его слова как приговор. Тяжелые. К земле прижимающие. Ложатся на плечи многотонным грузом. Как и его руки, не забывающие исследовать каждый изгиб моего тело. Жадно. Нагло. Очень по-собственнически. Так, словно он имеет право.
И меня опять начинает затягивать. Я опять начинаю тонуть в этом мороке. Где одно единственное его слово – целый мир. А его улыбка – лучшая из наград. Только все это в прошлом. И он в прошлом. Ведь я помню все. Ту боль и обиду, что он мне нанес. Помню и не забуду.