Мари О – Осколки Атлантики (страница 2)

Около девяти вечера на мостик поступил первый ледовый бюллетень с парохода «Карония». В нём сообщалось о крупных айсбергах и ледяных полях в районе трассы «Титаника». Офицеры приняли сообщение к сведению, но не придали ему особого значения: корабль считался непотопляемым, а погода оставалась ясной.

Элеонора вернулась в свою каюту и долго смотрела на своё отражение в зеркале. В глазах читалась усталость и тревога.

— Ты слишком много думаешь, — сказала она своему отражению вслух. — Это всего лишь путешествие.

Но сердце не слушало доводов разума. Оно билось тревожно, словно предчувствуя беду.

К полуночи большинство пассажиров разошлись по каютам. Корабль мерно покачивался на волнах, убаюкивая своих гостей. В коридорах стало тихо, лишь изредка раздавались шаги дежурных стюардов да приглушённый гул машин где-то глубоко внизу.

«Титаник» шёл вперёд — гордый, величественный и слепой к той опасности, что уже дрейфовала ему навстречу в ледяной тьме Атлантики.

---

В каюте Элеоноры Уэйд царил полумрак, нарушаемый лишь тусклым светом ночника. Она сидела у окна, глядя на бескрайнюю черноту океана, в которой лишь изредка вспыхивали далёкие звёзды. Ветер за бортом усилился, и теперь он не просто шептал, а настойчиво стучал в стекло, словно пытаясь достучаться до её сознания. Элеонора плотнее закуталась в шаль, но холод, который она ощущала, шёл не снаружи — он рождался где-то глубоко внутри.

В коридоре послышались приглушённые шаги. Дверь каюты напротив приоткрылась, и в проёме показалась фигура пожилой женщины в тёмном платье. Это была миссис Вандербильт, вдова известного промышленника. Её лицо, обычно строгое и непроницаемое, сейчас выражало беспокойство.

— Не спится? — тихо спросила она, заметив Элеонору.

— Океан не даёт покоя, — ответила та, не оборачиваясь. — Слишком тихо для такого гиганта.

Миссис Вандербильт подошла ближе и тоже посмотрела в окно.

— Вы слишком впечатлительны, дорогая. Это всего лишь вода. А «Титаник» — это скала, плывущая по ней. Мы в полной безопасности.

Элеонора промолчала. Она не стала спорить. В этом плавучем городе из стали и роскоши было слишком много людей, уверенных в своей неуязвимости.

Тем временем на нижних палубах жизнь не замирала ни на минуту. В машинном отделении стоял оглушительный грохот. Кочегары, обливаясь потом, бросали уголь в гигантские топки, поддерживая бешеный ритм сердца корабля. Их лица были черны от сажи, мышцы ныли от усталости, но никто не жаловался. Здесь, в раскалённом аду кочегарок, рождалась та самая скорость, которой так гордились пассажиры первого класса.

Шон ОКоннор выбрался на палубу третьего класса, чтобы глотнуть свежего воздуха. Он прислонился к поручням и посмотрел вверх. Над ним, на верхних ярусах, сияли огни, играла музыка, слышался смех. Там был другой мир — мир шёлка и шампанского. А здесь, внизу, люди делились друг с другом хлебом и мечтами.

— Красиво, правда? — раздался рядом голос с сильным итальянским акцентом.

Шон обернулся. Рядом стоял пожилой мужчина с добрыми глазами и натруженными руками.

— Да, — кивнул ирландец. — Но мне больше по душе земля под ногами.

Мужчина усмехнулся:

— Земля везде одинакова. А вот океан... он живой. Он всё видит и всё помнит.

Шон посмотрел на него с удивлением. В словах незнакомца ему послышалась какая-то древняя мудрость.

На мостике вахту нёс второй помощник капитана Лайтоллер. Он был человеком строгих правил и не верил в суеверия. Однако сегодня даже он заметил странность: термометр за бортом показывал температуру воды, близкую к нулю. В апреле в этих широтах вода должна была быть теплее. Это могло означать только одно — мощное холодное течение принесло с собой арктический лёд.

Лайтоллер сделал пометку в журнале и приказал внимательно следить за горизонтом. Но «Титаник» шёл на предельной скорости. Капитан Смит хотел не просто прибыть в Нью-Йорк вовремя — он хотел установить рекорд. И никто на мостике не решился бы предложить сбавить ход из-за каких-то подозрений.

В радиорубке Джек Филлипс продолжал отбивать морзянку. Его пальцы летали по ключу с невероятной скоростью. Он был раздражён: помехи от мощного передатчика парохода «Калифорниэн» забивали частоту. Когда «Калифорниэн» передал очередное предупреждение о льдах прямо по курсу «Титаника», Филлипс, погружённый в работу с пассажирскими телеграммами, резко оборвал коллегу:

— Заткнись! Я работаю с «Мысом Рейс»! Ты глушишь мне сигнал!

Радист «Калифорниэна» обиделся и выключил свой передатчик. Последнее предупреждение затерялось в эфире.

Элеонора наконец легла в постель, но сон не шёл. Она закрыла глаза и попыталась представить себе дом — тот самый дом на берегу Гудзона, который она покинула много лет назад. Но вместо этого перед мысленным взором вставали лишь тёмные волны и холодный блеск чего-то огромного и безжалостного впереди по курсу.Часы в каюте пробили полночь. На корабле воцарилась тишина. Лишь мерный гул турбин нарушал покой ночи. «Титаник» рассекал воды Северной Атлантики со скоростью 22 узла, пронзая тьму светом своих тысяч огней.

Никто из трёх тысяч душ на борту не знал, что прямо по курсу, невидимый в безлунной ночи, дрейфует гора льда весом в миллионы тонн. Океан хранил молчание, готовясь к страшному столкновению двух эпох: непоколебимой веры человека в своё могущество и вечной, холодной мудрости природы.

И лишь ветер, проносясь над пустынной шлюпочной палубой, казалось, шептал имена тех, кому не суждено было увидеть р

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.