Мари О – На грани. Гонка за горизонт (страница 5)

Эбби взяла Юджина за руку:

— Мы справимся?

Юджин посмотрел ей в глаза и увидел в них отражение своей собственной решимости:

— Мы должны. Потому что если мы проиграем... второго шанса у этого мира не будет.

«Додж» взревел мотором, разрывая тишину гаража.

Начиналась их самая главная гонка.

Гонка со временем в городе, который никогда не спит.

***

Перелёт в Нью-Йорк был похож на бегство от самой судьбы. Они пересекли океан, как тени, не оставляя следов. Их база теперь находилась в неприметном лофте в Бруклине, арендованном на подставное имя через сеть Моретти. Отсюда открывался вид на Манхэттен — на сверкающие башни, которые казались неприступными крепостями.

Но Юджин знал: крепости — это иллюзия. У каждой есть подземный ход.

Они работали днём и ночью. Эбби взламывала серверы «Глобал Хелс» и Интерпола, ища любые упоминания о перемещениях Директора. Рэт, используя свои старые связи в портах и доках, собирал слухи с самого дна города. А Юджин... Юджин пытался просчитать ход мысли человека, которого он никогда не видел, но ненавидел так сильно, как только может ненавидеть сын убийцу своего отца.

Напряжение нарастало с каждым часом. Координатор молчал, что было плохим знаком. Город за окнами жил своей жизнью, не подозревая, что тикает невидимый таймер.

На третью ночь Эбби не выдержала. Она сидела за ноутбуком уже шестнадцать часов, и цифры на экране начали расплываться.

— Я больше не могу, — прошептала она, закрывая лицо руками. — Мы ищем иголку в стоге сена. Он может быть где угодно. В пентхаусе на Пятой авеню или в канализации под Уолл-стрит.

Юджин подошёл к ней сзади и положил руки ей на плечи. Они были напряжены, как стальные тросы.

— Ты должна отдохнуть, — мягко сказал он, начиная массировать её затёкшие мышцы. — Ты не поможешь никому, если свалишься от усталости.

— А ты? — она откинула голову назад, прислоняясь к его груди. — Ты сам спал последний раз...

— Я в порядке, — соврал он.

Эбби повернулась в его руках и посмотрела ему в глаза. В них была такая бездна усталости и страха, что у него защемило сердце.

— Мы все на пределе, Юджин. Мы бежим, сражаемся, убегаем снова... но мы не живём. Мы просто существуем от одной угрозы до другой.

Он хотел возразить, сказать что-то ободряющее, но она прижала палец к его губам:

— Нет. Не надо слов. Просто... будь со мной.

Её голос дрогнул, и в нём прозвучала такая мольба, такая уязвимость, что все барьеры рухнули. Юджин подхватил её на руки — легко, словно она ничего не весила — и понёс в спальню, отделённую от основной комнаты лишь стеклянной перегородкой.

Там он опустил её на кровать. В полумраке лофта её глаза казались огромными и тёмными. Он не стал включать свет. Им не нужны были детали. Им нужна была близость. Ощущение того, что они живы.

Он целовал её медленно, исступлённо, словно пытаясь выпить всю её боль, весь её страх. Его руки скользили по её телу, находя знакомые изгибы, но сейчас каждое прикосновение было наполнено новым смыслом. Это была не просто страсть. Это была терапия душ.

Эбби отвечала ему с той же отчаянной нежностью. Её пальцы путались в его волосах, её дыхание становилось прерывистым. Здесь, в сердце бетонных джунглей, они создавали свой собственный мир — тихую гавань посреди бушующего океана хаоса.

Их близость была медленной и глубокой. Никаких резких движений, никакого дикого напора, как тогда в Праге. Сейчас они любили друг друга так, будто пытались остановить время. Каждое движение было наполнено смыслом: «Я здесь», «Ты в безопасности», «Я никогда тебя не оставлю».

Это был их способ борьбы со страхом. Их декларация жизни перед лицом надвигающейся смерти.

Позже они лежали в темноте, обнявшись под тонким одеялом. Эбби выводила пальцем узоры на его груди.

— Я люблю тебя, — прошептала она в тишину.

— Я знаю, — ответил он так же тихо и поцеловал её в макушку.

И в этот момент завибрировал его телефон, лежащий на тумбочке. Резкий звук показался оглушительным.

Юджин взял трубку. Звонил Рэт.

— У меня кое-что есть, — голос Рэта был хриплым от волнения. — Помните ту «Шкоду» в Праге? Я пробил номера по своим каналам. Она была арендована на подставную фирму здесь, в Нью-Йорке. И угадайте адрес офиса этой фирмы?

Юджин сел на кровати, чувствуя, как адреналин смывает остатки сонливости и нежности:

— Говори.

— Уолл-стрит, 60. Знаешь это место?

Юджин знал. Это было одно из старейших зданий финансового района. Подземные уровни уходили глубоко под землю, к фундаменту самой Америки.

— Это оно, — сказал Юджин тихо, но твёрдо. — Он здесь. Прямо у нас под носом.

Он посмотрел на Эбби. Сон с неё как рукой сняло. В её глазах горел тот же огонь решимости.

— Мы закончим это сегодня ночью, — сказал Юджин.

Они оделись быстро и молча. Игра перешла в эндшпиль. Ставки были максимальными.

Впереди их ждала ночь в городе теней, где каждый небоскрёб мог стать их могилой.

Но они были готовы спуститься в самый ад, чтобы вырвать сердце дракона из его груди.

***

Они ехали по пустынным улицам ночного Манхэттена. «Додж» Юджина и байк Рэта неслись по Бродвею, лавируя между жёлтыми такси, словно хищники, почуявшие кровь. Уолл-стрит казалась вымершей — ни туристов, ни клерков, только холодный свет фонарей, отражающийся в чёрном стекле небоскрёбов.

Здание по адресу Уолл-стрит, 60 выглядело как неприступная крепость. Памятник капитализму из стекла и бетона. Юджин остановил машину за углом, в тени переулка.

— План тот же, — сказал он, проверяя обойму пистолета. — Вирус-шпион 4.0. Он даст нам доступ ко всем системам здания, включая подземные уровни. Мы спускаемся, находим Директора, забираем образцы «Феникса» и уходим.

— А Кайя? — тихо спросила Эбби, и в её голосе прозвучала тревога. — Она будет там. Я чувствую это.

— Значит, мы будем готовы, — отрезал Юджин. — Рэт, ты на стрёме. Если увидишь что-то подозрительное — гони прямиком к главному входу и устраивай такой шум, чтобы даже мёртвые проснулись.

Рэт кивнул, надевая шлем:

— Всегда к вашим услугам. Люблю фейерверки.

Юджин и Эбби вышли из машины и направились к служебному входу здания. Вирус-шпион сработал безупречно: камера моргнула и отключилась, электронный замок щёлкнул, открывая дверь.

Они спустились на первый подземный уровень. Здесь располагалась парковка для сотрудников. Тишина была абсолютной, нарушаемой лишь гулом вентиляции.

— Слишком тихо, — прошептала Эбби.

Юджин сжал её руку:

— Он внизу. Я чувствую.

Они спустились ещё на два уровня. Воздух стал холоднее, пахло сыростью и бетоном. Наконец, они достигли самого нижнего уровня. Дверь, ведущая дальше, была помечена не номером, а старым символом биологической опасности.

Вирус-шпион не мог открыть эту дверь. Здесь стояла автономная система защиты.

— Похоже, мы пришли, — сказал Юджин.

Он достал из рюкзака термитный заряд. Эбби встала у него за спиной, держа оружие наготове.

— На счёт три, — сказал он.

В этот момент за их спинами раздался голос. Спокойный, женский и до боли знакомый:

— Не стоит этого делать.

Они резко обернулись. В конце коридора стояла Кайя. Она была одета во всё чёрное, на её лице не было ни тени эмоций.