Мари Марс – Мы побежим по облакам (страница 5)
В дом женщина входила с опаской, она боялась, что благословение с которым Луиза прожила так долго почти без последствий своего диагноза, могло отвернуться в этот раз. Анна уже ждала её в прихожей, обнимая подругу, женщина рассказывала ей о состоянии девочки. Уже позднее, сидя в кухне, женщины пили чай и разговаривали, стараясь не думать о плохом. Ведь самое страшное миновало. Жар у Луизы спал, значит всё будет хорошо и это самая обычная простуда.
Кай сидел в гостиной на мягком бежевом диване, что стоял у стены. С дивана прекрасно рассматривались подоконник с восемью цветочными горшками и кресло-качалка с накинутым на плетёную спинку разноцветным пледом. Он просто смотрел на улицу из окна, у которого проходит жизнь Лу, и думал о том, что сейчас он почти рядом с ней. И о том, что совсем не так должно было начаться их знакомство.
Дверь в дом отворилась, внезапно выглянувший из гостиной Кай был шокирован. В проходе стоял мужчина в домашних тапках, спортивной кофте и шортах. Он выглядел потрёпаным, невыспавшимся и очень растерянным.
Дэвид, войдя в дом, сразу услышал тихие женские голоса. Не разуваясь, он пошёл в сторону кухоньки.
– Шарлотта, – его голос звучал тихо, сипло. Мужчина переминался с ноги на ногу и выглядел очень обеспокоено.
– Дэвид! – миссис Бритс подскочила со стула и, подойдя к мужчине, обняла его. – Как я рада тебя видеть! Лу будет счастлива твоему приезду.
Шарлотта вновь заплакала, теперь уже уткнувшись в плечо зятя. Дэвид обнимал женщину за плечи, слегка похлопывая для успокоения. Он знал, как тяжело переносит женщина все недомогания внучки. Иногда казалось, что миссис Бритс страдает даже сильнее, чем Лу.
Они пили мятный чай с черничными пирогами, каждый погруженный в свои мысли, когда вошёл Кай.
– Миссис Бритс, кажется, Луиза проснулась… – его слова звучали тихо, с какой-то надеждой в голосе.
Дэвид поднялся со стула, взял травяной отвар и направился в спальню своей единственной дочери. Лу лежала с чуть приоткрытыми глазами, сжавшись в комочек под пуховым одеялом. Увидев отца, она смогла лишь выдавить из себя лёгкую мягкую улыбку. Она чувствовала себя получше,только пылающие щёки говорили о том,что температура вновь вернулась. Мужчина сел на кровать рядом с дочерью, мягко гладил её по голове и пел колыбельную. Он пел её Лу ещё когда она была маленькой, когда они жили вместе. Она расслабилась под отцовский голос, мужчина помог ей выпить лекарство, а после лёг рядом. Он обнимал свою дочь, рассказывая ей о своей жизни. А она засыпала под его голос.
Глава 11
Кай ушёл из гостеприимного дома мисс Бритс уже поздно вечером. Дома его ждала оглушительная тишина, мама была на смене, Френки уехал на несколько дней в командировку. Мысли не покидала бледность девушки, её почти болезненная худоба и тихий еле уловимый стук сердца, когда он нёс её на руках. Хрупкая и прекрасная, как орхидея, теперь Кай был уверен в своём выборе подарка. Алоэ для Лу будет символом её внутренней силы. Орхидея была бы напоминанием тепличных условий, в которых она росла и её болезни. Возможно кому-то алоэ бы показалось недостаточно прекрасным, для такой девушки, но красота в глазах смотрящего. И он уверен, что Луиза эту красоту видит. То и дело в мыслях крутились строки стиха Шарля Мари Леконта де Лиля :
«Полдень.
Лета глава над долиною пышет,
С раскалённых небес льётся жар серебром,
Всё недвижно, молчит, воздух жжёт и не дышит,
И забылась земля огнедышащим сном.
На широких равнинах ни пятнышка тени,
Там, где пили стада, нет ни капли на дне,
И темнея опушкою, лес в отдаленьи
Тяжело задремал, неподвижен во сне.
Лишь хлеба золотятся, как море в покое,
Широко распростершись, и им не до сна,
Бесконечной земли порожденье святое,
Испивают они кубок солнца до дна.
Иногда их колосья зашепчут без цели,
Вздох тяжёлый подымет широкую грудь,
Пробудившись, волна проплывёт еле-еле
И замрёт в бледносерой дали где-нибудь.
У деревьев волы разлеглися лениво,
На подгрудок свой жирный пуская слюну,
Томный взор устремляя куда-то на нивы,
Будто думают, думают думу одну.
Если радостью полн или в горе без края
Вдруг окажешься здесь средь слепящих полей,
Где без жизни, без чувств солнце всё пожирает,
Где природа пуста, – уходи прочь скорей.
Если ж опустошён смехом или рыданьем,
Зная что суетный мир тебя стал забывать,
Растерял и проклятья ты и оправданья,
Приходи испытать упоенье опять.
Слушай вечными солнца словами,
Вникни в их огненный неумолимый сказ
И ступай тихо в город увечный шагами,
Испытав неземное НИЧТО много раз…»
Вдохновлённый звучанием любимого стиха и мыслями о девушке, Кай решил, что напишет для неё письмо. Раньше он писал ей только маленькие записки со стихами, а сейчас хотелось сказать больше. Поддержать девушку.
Хотелось,чтобы знала, кто пишет ей эти записки. Парень взял тетрадь, ручку и пошёл в самое приятное место в доме.
На кухне было как всегда хорошо, и пахло булочками с шоколадом, мёдом и травами. Кетти несколько лет увлекается травяными сборами, заваривая самые разные травы в чаи и отвары. Кай всё ещё посмеивается над этим увлечением матери, но уже совершенно не представляет их дома без этих запахов. Он сел за стол, положил перед собой раскрытую тетрадь и стал обдумывать,что бы написать для Лу.
Кай прикрепил письмо к забавной открытке, которую нашёл в кухонном ящике. И отнёс к девушке на подоконник. Парень даже не вспомнил, что забыл подписать своё послание.
Глава 12
На следующий день Луиза проснулась только в обед. В доме стоял необычный для её мира запах выпечки, он был очень сладким. Такого она точно никогда ещё не ела. Живот громко заурчал, сообщая, что ей не мешало бы поесть. Ночью ей снился папа. Снилось, что он здесь с ней, что он давал ей лекарства и обтирал лицо прохладным полотенцем. На глаза навернулись слёзы отчаяния, ведь это сон. Лу была уверена, что это всего лишь сон, а ухаживала за ней бабушка. Ведь она была нужна только ей. Доброй, строгой и любящей Шарлотте…
Тонкие пальцы смахнули с глаз слёзы, не надо плакать, бабушку расстроит вся эта влага. А расстраивать Шарлотту Лу не хотела…ведь та и так очень переживала, когда она болела. Луиза поднялась с постели, голова ещё немного кружилась. Ступни погрузились в пушистые мягкие тапочки, заячьи ушки которых каждый раз вызывали улыбку. Махровый халат, что всегда висел на спинке кровати, перекочевал на тонкие девичьи плечи, пряча их под своей розовой тёплой защитой.
Луиза задержалась у дверей кухни, оттуда доносились тихие голоса, что-то обсуждающие. Один голос был явно мужским, он шептал что-то так же тихо, как и женский. Рука сама легла на круглую ручку двери и чуть дрогнула повернув её. Когда дверь скрипнув приоткрылась, Лу увидела его. Её любимый папочка действительно сидел здесь, за их столиком и пил чай.
Его тёплый взгляд обратился к дочери, на губах появилась улыбка. Дэвид отставил свою кружку и поднялся из-за стола.
– Иди сюда, принцесса. – ласковый голос отца вывел Луизу из ступора. Слёзы всё-таки хлынули с глаз, а в горле встал тяжёлый ком. Лу бросилась в его объятия, не веря своим глазам.
Дэвид обнимал дочь, гладил лёгкий светлый волос, перебирая пальцами пряди. Полной грудью вдыхал родной запах нежных цветочных духов, что он дарил ей каждый год, и совсем привычный запах лекарств. Этот запах стал родным для его дочери, для всех их, наверное даже раньше чем малышка Лу начала ходить.
Шарлотта сидела за столом, смотрела на эту милую и уютную картину, улыбаясь. Это её семья. Её семья сегодня почти вся вместе. Из раздумий женщину вывел звонок кухонного будильника. Миссис Бритс уже собиралась встать, чтобы достать пирог из духовки, когда услышала тихое покашливание. Шарлотта вспомнила о их госте, что сидел напротив неё и пил свой кофе.
– Миссис Бритс, сидите, я достану. – проговорил мальчишка тихим осипшим голосом.