Мари Мальхас – Королевские чётки. Зерно Рабочего (страница 8)

Незнакомец перевёл взгляд на него, разглядывая снизу вверх. Его тонкие губы медленно растянулись в неестественной, карикатурной улыбке.

– Господа! – не верилось, что из круглой головы с обветренным, почти деревяшистым лицом исходил такой приятный, глубокий голос.

– Эй, милок? Не заблудился ли ты? – хмыкнул Рель.

– Я – нет! – ответил он весело. – Да и вы, как ни странно, нет… – потом перевёл взгляд на меня: – А вы – заблудились.

– Прошу прощения? – Рель пригладил волосы, вышел за дверь и чуть наклонился – видно, хотел получше разглядеть говорящего.

Но тот, не теряя ни секунды, юркнул мимо него в хижину.

Я кинулась следом. Он уже был за прилавком. Стоял вплотную к Даргану. Мой меч оказался у его груди раньше, чем он успел ахнуть.

– Браво, мадам, – проговорил он с выдохом, даже не шелохнувшись. Только бросил короткий взгляд на меч. – Очень эффектно.

– Молчать! – рявкнула я. Сердце билось в горле. От него веяло… опасностью. Необъяснимой. Он же сморчок с виду. Почему же всё тело напряжено, будто перед хищником?

– Руки!

Он слегка поморщился, но ладони показал, как по команде.

– Кто вы такой? Отвечай!

– Сурово, мадам Кеита, – заметил он, с кривой улыбкой. – Мягко говоря, перебор. На каком основании вы угрожаете мне… на моей земле?

– Вы… – я осеклась. Какая часть смутила меня больше – «мадам Кеита» или «моя земля»?

– Вы не можете быть бароном Дварлоци, – подоспел Рель.

"Бароном? Это земля Дварлоци? Значит, мы уже в Шенатте…"

– А я и не барон, – любезно ответил незнакомец. – Можете звать меня сэр Брюстек. С сего дня – полноправный владелец здешних угодий.

– Интересные дела у вас тут творятся, – пробурчал целитель.

– Представляете? – тихо, почти по-заговорщицки сказал Брюстек.

У меня внутри всё сжималось. Сердце колотилось. Нет, не верю я этому типу. Ни одной мышцей не дёрнулся – и всё равно не верю.

– Ваши документы, – опустила я меч, но не убрала.

Он зашуршал под своим балахоном. В руке его блеснула серебряная табакерка, щёлкнула крышка, он быстро поднёс её к носу, и также быстро убрал.

– Документы, – повторила я, уже жёстче.

Он пожал плечами:

– А где они? Покажите. Уж не вы ли их у меня забрали?

Ах, сэр Брюстек – шутник. Или…

Рель смотрел на него молча. Потом подошёл к полке, достал мешочек, ступку. Щёлкнул пальцами – золотой шар осветил комнату, заставив фляжки отразить свет.

Я глянула на Даргана – всё по-прежнему, а когда повернулась, сэра Брюстека уже не было.

Ни звука. Ни скрипа. Ни тени. Только лёгкий порыв ветра в спину – будто его не стало.

– Шустрый малый, – буркнул Рель, не поднимая головы.

– А кто он вообще такой, этот Брюстек? – осторожно спросила я.

– Знать бы, – ответил целитель.

– И почему он называет себя хозяином? Что случилось с бароном? – спросила я, всё ещё глядя в сторону, куда исчез этот… чёрт знает кто.

Рель вздохнул.

– Сестрёнка, я знаю столько же, сколько и ты.

Я медленно села, облокотилась о стену, пытаясь упорядочить мысли. Голова немного кружилась – от усталости или от волнения, не разобрать. Слишком много всего.

Мастер Бераг… Он говорил о камнях, о чём-то особенно ценном. А мы – в Шенатте. Получается, если он имел в виду Солнечный камень, то, возможно, мы уже опоздали. Минерал украли. А я ещё сомневалась, что это вообще возможно! А теперь ещё и смена власти, если этот… сэр Красная Накидка не врёт. Хотя бы в чём-то.

А может, всё это связано? Минерал. Земля. Новый владелец.

Чёрт подери, надо научиться чаще прислушиваться к Даргану. Может, не зря он тогда так резко реагировал на Борана? Вот где он сейчас, скажите на милость.

Я повернулась, глянула на Даргана. Всё тот же неподвижный, почти мраморный профиль. Он будто держался на одной силе воли, отгораживаясь от боли, от нас, от мира.

"Ох, Дарган… без тебя я, конечно, не как без рук, но точно, как без головы".

Я склонилась ближе. Мысли путались. Веки отяжелели, в ушах звучал приглушённый стук – то ли копыт, то ли сердца.

Перед глазами на миг возникла заснеженная дорога. Лошадь оступилась, меня качнуло, я стала заваливаться вперёд…

– Опасно, сестрёнка, сидя спать, – сказал Рель, не поднимая глаз от своей ступки. – Ещё немного – и запахала бы носом пол.

Я дёрнулась, моргнула. Свет ударил в глаза – распахнулась входная дверь.

На пороге стоял мастер Бераг. Всё такой же уверенный, всё такой же живой. Бросил на прилавок мешочек, прозвучал его звонкий голос:

– Приветствую, мадам! Эй, Рель! Вот гречелистник, который…

Он не успел договорить, как снаружи послышался стук копыт, резкое ржание.

Что-то – или кто-то – приближался.

Мастер вздрогнул:

– Да лежать под колесницей! Он проследовал за мной аж сюда?! – он руками поймал воображаемую цель и пнул ногой.

– Кто? – спросил Рель.

– Наместник Прата! – вздохнул мастер. – Боюсь, он уже всё знает об аккомороде!

"А это ещё кто? Тут есть ещё и наместник? Сюда сейчас явится наместник? Они что, сговорились все?"

– Том самом, что у нас украли?

– Сам всё знаешь! – мастер прижал ладонь ко лбу. – Время… Мне бы только выиграть время. Рель, может, ты его напугаешь опять, а?

– Сомневаюсь, – хмыкнул целитель. – Если он сам пришёл, то уже не испугается.

Дверь распахнулась так резко, что склянки на полках громыхнули. В помещение вошёл молодой человек с вороными волосами, через левое плечо наискосок был перекинут край плаща. Так делали знатные люди не только для картин, но и чтобы скрыть издали свои роскошные наряды. Видимый малиновый рукав подтверждал это. Скривив губы в усмешке, человек оглядел комнату. Взгляд карих глаз, который из-под косой чёлки казался сверх меры хитрым, скользнул по каждому из нас, потом остановился на мастере.

– Бераг! Я прекрасно видел, как вы торопились.

– Вы такой зоркий, наместник! – голос мастера звучал ровно, но он мял ладони, кусал губы – скрыть волнение ему не удавалось.

Мне жаль несчастного учёного. Взгляд наместника стал насмешливым:

– Что вы трясётесь как бюст при скачке? Лучше говорите сразу.

– Мой господин, клянусь, я к этому непричастен! – выкрикнул Бераг.

Голос мастера хрип. При воспоминании о том, как горели его глаза, когда он рассказывал об этом своём аккомороде, у меня защемило сердце. Ведь сейчас в этих глазах стояли слёзы.

– Что?! – крик наместника заставил меня содрогнуться. – Что, что вы сказали?