Мари Лу – Wildcard. Темная лошадка (страница 20)

Рошан раздраженно фыркает.

– Зачем накалять ситуацию еще больше, Блэкборн, – бормочет он Тримейну. – Хотя в этом ты всегда был специалист.

Тримейн разводит руками.

– Если думаешь, что справишься лучше, вперед.

Я неловко ерзаю на сиденье и касаюсь под столом руки Рошана.

– Все нормально, – отвечаю я и поворачиваюсь к Джесси. – Тримейн говорит, что у вас есть для нас полезная информация.

Джесси кивает, а потом взмахивает рукой перед собой и показывает символ с рукава Сасукэ Танака.

– Ты хочешь знать, откуда он? – Знак парит над столом перед нами. – Но сначала, – говорит он, – ты расскажешь мне, зачем тебе эта информация.

Я колеблюсь. Оказаться во власти бывшей цели – не самый подходящий вариант. Тримейн бросает на меня беспомощный взгляд.

– Ладно, – решаюсь я, кивая Джесси. – Договорились.

Джесси скрещивает руки на груди.

– После тебя.

Эшер перемещается с коляски на диван, а потом обращает все свое внимание на меня.

– Ладно, рассказывай. Ты в порядке? Что в действительности с тобой случилось?

Я делаю глубокий вздох:

– Я в порядке, более-менее. Влипла в неприятности.

– Насколько все плохо?

– Киллер спас мою жизнь, защищая меня от других киллеров.

Повисает тяжелая пауза.

– Ладно, – настороженно отвечает Эшер. – Кто-то типа Якудзы?

– Не глупи, – фыркает Хэмми, инстинктивно понижая голос. – У Якудзы слишком большой политический вес. Они не будут вести себя так глупо, бегая и стреляя в людей посреди улицы.

– Нет, не мафия или типа того, – говорю я, качая головой. – По крайней мере, не та мафия, о существовании которой я знала. – Я ловлю взволнованные взгляды друзей. Часть меня все еще хочет отвернуться и не рассказывать им о том, что я знаю. Но держать их в неведении – значит подвергнуть их опасности. Я узнала это на своем горьком опыте, когда Ноль впервые атаковал наше общежитие.

Так что я рассказываю обо всем, что произошло с нашей последней встречи. Я тихим голосом выкладываю им о лотерее убийств и охотниках, пришедших за мной. О Джэкс. О Ноле и Тейлор. О «Черных Плащах». Наконец я передаю им подслушанный разговор между Хидео, Кенном и Мари.

В комнате повисает зловещая тишина. Кажется, вся краска отлила от лица Рошана, а Эшер проводит рукой по волосам и смотрит в сторону двери.

– Черт, – шепчет Хэмми, отбрасывая выбившуюся косичку. В тусклом свете ее глаза кажутся большими, блестящими и черными. В них отражается та же неуверенность, которую я чувствую внутри. – Самоубийства невинных. Все развивается очень быстро.

– «Черные плащи» активно работают над тем, чтобы остановить алгоритм Хидео, – добавляю я. – Они похожи на народных мстителей, но я мало знаю о них, чтобы согласиться с этим.

– А Ноль рассказал тебе что-то о своем прошлом? – спрашивает Рошан.

Я качаю головой.

– Он отказывается отвечать на любые мои вопросы. Но мне удалось получить доступ к одному из его старых Воспоминаний. Я не должна была так легко забраться туда. – Мое внимание переключается на Джесси, который все это время тихо слушал. Эта информация должна быть новой для него, но если она и поразило его, то он этого не показывают.

Джесси присвистывает.

– Ты попала в такую передрягу, девочка.

– Я надеюсь, вы сможете рассказать то, что поможет мне выбраться, – отвечаю я. – Это все, что я знаю. Ваш черед.

Джесси выпрямляется, поднимает два пальца вверх вверх и показывает нам скриншот символа на рукаве Сасукэ.

– Мы расспрашивали о нем в подпольном мире, потому что думали, что это тайный логотип группы гонщиков, – говорит Джесси. – Возможно, это свитер – атрибут команды «Темного мира», о которой мы не слышали.

Джесси делает паузу, чтобы развернуть символ в воздухе.

– Но потом нам ответил один аноним. Он показал бейдж работника с этим символом. Не знаю, как они его достали, но мы отправили значок Тримейну.

Теперь Джесси показывает нам виртуальное изображение бейджа. Это обычная белая карточка с именем и шестнадцатизначным кодом. Рядом с ними тот символ, который я видела на рукаве Сасукэ. Это логотип.

– Я тут покопался, а потом сам отправился посмотреть, откуда взялся бейдж. – продолжает Тримейн. – Готовы?

– Готовы, – говорю я.

Тримейн загружает еще один скриншот. Новое изображение показывает тот же самый символ, только в этот раз, кажется, он расположен рядом с дверью в каком-то неприметном коридоре.

– Я достал это с частных серверов. – Тримейн демонстрирует второе изображение. В этот раз едва заметный крошечный символ есть на раздвигающихся белых дверях.

– Где это? – спрашиваю я Тримейна, переводя взгляд с символов на него.

Он достает первый скриншот, широко раскидывает руки, а потом сводит их вместе. Тот уменьшается, затем появлется сеть коридоров внутри огромного комплекса. В итоге перед нами вырастает целый кампус, и теперь мы смотрим на огромный каменный знак перед воротами.

Я вижу название, выгравированное на входе комплекса:

– Это компания?

– Да. Биотехническая компания. Думаю, что символ, который ты обнаружила, означает проект, которым занимается этот институт.

Я откидываюсь назад на сиденье.

– Ты говоришь, что, когда я увидела маленького Сасукэ в комнате с символом на рукаве, он был здесь? Как он вообще оказался в таком месте?

– А это не самое удивительное, – отвечает Тримейн. Он поднимает третий скриншот. На нем молодая японка стоит с командой коллег перед институтом. На всех одинаковые белые лабораторные халаты.

Я изучаю лицо женщины.

– Прежде чем уйти оттуда двенадцать лет назад, она работала в инновационном институте, – говорит Тримейн. – Это нейроученый, доктор Мина Танака. Мать Хидео и Сасукэ.

13

Я крепко зажмуриваюсь.

– Нет, – резко выдыхаю я. – Стой. Это не имеет смысла!

Лицо Тримейна не меняется.

– Знаю. Думал, может у тебя есть этому объяснение.

Должно быть, Джесси допустил ошибку. Или Тримейн. Потому что если это правда, то значит мать Хидео и Сасукэ работала на компанию, которая, судя по всему, держала Сасукэ в плену. Воспоминание о встрече с ней вспыхивает в моей голове: ее маленькая хрупкая из-за горя фигурка, огромные очки и теплая улыбка. Хидео обнимал ее, словно защищая.

– Не сходится, – настаиваю я. – Ты хочешь сказать, что мать Хидео как-то замешана в исчезновении Сасукэ? Она была убита горем после его исчезновения, и они с папой Хидео отчаянно искали Сасукэ. Она настолько обезумела, что не могла больше работать. То, что случилось, разрушило ее разум. Теперь она все время обо всем забывает. Я видела ее своими собственными глазами, когда мы встречались. Хидео показывал мне свои Воспоминания.

Тримейн наклоняется вперед и барабанит пальцами по столу.

– Может быть, она не знала, – отвечает он. – И Хидео скорее всего тоже ничего об этом не знал – он был слишком мал в то время. Воспоминания не всегда точны. Есть ли какая-то доступная информация о том, почему она ушла из компании? Произошло ли это из-за травмы после потери сына или из-за чего-то, что случилось в компании?

Вопросов становится все больше. Я вздыхаю и тру пальцами виски. Если Сасукэ был в этом институте, то как он туда попал?

– Эй.

Я смотрю сквозь пальцы на Хэмми, которая внимательно изучает фотографию матери Хидео с коллегами. Она указывает на мелкий список имен внизу фотографии.

– Дана Тейлор, доктор наук. Разве это не твоя Дана Тейлор, Эм? Та, что работает на Ноля?

Я рассматриваю фотографию, взгляд останавливается на знакомом лице.