— Post.
— Что там написано о вчерашнем убийстве? — спросила она, мысленно молясь, чтобы ее тон звучал непринужденно, пока она открывала диетическую колу и садилась рядом с ним.
— В основном то, что ты итак знаешь. Они опрашивали шокированных соседей и друзей. Никто не мог предположить, что он на это способен. Типичная семья: открытая мать и дети, и слегка замкнутый отец. Очевидно, его просто все достало.
— Его имя кажется мен немного знакомым. — Сэм следила за реакцией отца. — А тебе? Никого не припоминаешь с такой фамилией?
— Нет.
Ей едва удалось скрыть разочарование.
— В отчете указано, он вырос на 7 улице.
— Я тоже это прочитал. Кто ведет расследование?
Никакой реакции. Сэм пришла к выводу: даже если Скип Холланд и встречал Кларенса Риза, то он этого не помнил.
— Гонзо и Арнольд.
— Его увольнение могло спровоцировать убийства.
— Возможно. Судя по их дому, им было нелегко, и увольнение могло стать последней каплей.
— Если хочешь, можешь прочитать отличную статью про Ника. Post провели вчера опрос, и почти 80% избирателей Виржинии одобряют Ника и его планы закончить законопроект О`Коннора. По мне, это чертовски отличный рейтинг в самом начале карьеры.
Сэм потянулась к первой странице и подавилась газировкой, когда увидела огромную фотографию себя, держащую библию пока Ник принимает присягу.
— Боже мой! Почему ты меня не предупредил?
— И упустил бы шанс увидеть твою реакцию?
Сэм начала читать статью «Лейтенант городской полиции Сэм Холланд держала библию, пока Верховный судья принимал присягу у Николаса Каппуано. Член демократической партии Виржинии Каппуано до недавнего времени был руководителем предвыборного штаба убитого сенатора Джона О`Коннора. За последние несколько недель бурно развивающийся роман между Каппуано и Холланд стал главной темой обсуждения на Капитолийском холме».
Скип засмеялся.
— Какой снимок. Ты выглядишь слегка зажатой.
Сэм уронила голову на стол.
— Почему всем так интересны наши отношения? Почему?
— Вы оба молоды, красивы, занимаете важные посты, и люди всегда неравнодушны к старой доброй романтике.
— Не понимаю, зачем лезть в наши дела?
— Милая, это только начало. Думаю, дальше будет хуже, хотя есть вероятность, что они скоро потеряют к вам интерес, но я в этом сомневаюсь.
— Супер.
На кухне появилась Селия, сиделка и по совместительству его невеста, неся в руках корзину с чистым бельем.
— Привет, Сэм. Ты уже видела газету? Получился хороший снимок.
Скип улыбнулся, когда Сэм застонала.
— Да, просто чудесный, — ответила Сэм.
— Сэм не очень рада такому вниманию, — сказал Скип.
— А мне кажется, это довольно мило, — ответила Селия с мечтательным лицом. — Вы двое такая прекрасная пара.
Скип залился смехом, в то время как Сэм билась головой о стол.
***
Детектив Фредди Круз расхаживал по тротуару перед «Total Fitness» на Шестнадцатой улице. Первый день нового года был связан с клятвой, но она не имела никакого отношения к регулярным занятиям фитнесом. Нет, в этом году он наконец-то трахнется. Не важно, сколько это займет времени, сил и перечеркнет его убеждения, но в этом году он займется сексом.
Воспитанный матерью-одиночкой набожной христианкой, он 29 лет старался угодить матери и берег себя до брака. Но раз у него не было девушки, которая впоследствии могла бы стать его невестой, Фредди решил сдаться и поддаться зову природы и бушующим гормонам.
Джинджир — девушка на вечеринке Ника — буквально в открытую предлагала себя, но Фредди она не интересовала.
С тех пор, как они с Сэм допрашивали тренера Элин Сведсен во время расследования дела О`Коннора, Фредди мечтал о ней день и ночь. То, с какой открытостью она говорила о своей сексуальности или грязном сексе с убитым сенатором. Она была единственной, о ком он думал. И хотел он тоже только ее.
Именно поэтому он стоял на пороге «Total Fitness» в привычном для него плаще, набираясь храбрости зайти и заговорить о тренере. Она не должна догадаться, что его интересует личный тренер в немного другой области. По крайней мере, пока.
— Детектив Круз?
Фредди резко поднял голову и встретился с ее взглядом. Высокая, светловолосая, ее волосы были почти белыми, темно-синие глаза и белозубая улыбка, словно с рекламы зубной пасты. Она несла в руке подставку с четырьмя стаканами кофе, на ней был голубой топ и черные штаны для йоги. Фредди только и мог, что стоять и пускать слюни при виде ее. Она была еще сексуальней, чем он запомнил, а он в мельчайших подробностях помнил ночь в отеле, когда она находилась под его защитой, пока полиция разыскивала Томаса О`Коннора, охотившегося за бывшими подружками отца.
—Так и думала, что это вы, - сказала она. — Как вы?
— Я, я, эмм, в порядке. А вы?
— Безумный день. Самый загруженный день в году, сами понимаете клятвы и желания начать новую жизнь.
— Точно, - сказал Фредди, вспоминая свою клятву.
— Вы работаете над делом?
— Кто, я? — Нет, идиот, подумал Фредди, парень, с которым она сейчас разговаривает. — Не сегодня. Я был неподалеку и тоже подумал о клятве.
Она улыбнулась.
От этой улыбки его член встал колом, но длинный плащ скрывал его позор.
— Не хотите зайти? Я покажу вам зал и расскажу о наших программах тренировок.
— Эмм, конечно, почему бы нет. — А интересно, она посчитает его странным, если он останется в плаще?
***
После проведенного воскресенья в сборах у Ника на квартире, в понедельник утром Сэм проснулась с болью в желудке. Она лежала, не двигаясь, на новой огромной кровати Ника, глубоко дыша, стараясь тем самым унять боль. Боль появлялась каждый раз, когда она нервничала или беспокоилась. И, судя по резкой боли, она нервничала.
Сегодня она официально примет на себя командование целым участком. Она мечтала об этой должности с тех пор, как получила звание детектива, но боялась ответственности за работу почти 40 детективов и сотню дел в год.
От следующего болевого спазма она вскрикнула. Ник обнял ее рукой.
— Что такое?
— Желудок.
— Ну, все. Сегодня же запишу тебя на прием.
— Не надо, я сама.
— Обещаешь?
Сэм закусила губу и кивнула, испытывая резкую боль.
— Иди ко мне, — Ник положил ее голову себе на плечо, а сам нежно поглаживал ее по спине, шепча слова утешения.
Сэм машинально расслабилась в его объятиях. Окруженная его ароматом из смеси мыла и дезодоранта, Сэм сосредоточилась на дыхании, прогоняя беспокойные мысли и боль.
— Ты не волнуешься? — спросила она. — Не страшно идти на работу?
— Не-а, мы оба идем на ту же работу с теми же людьми.
— Да, только теперь мы с тобой начальники.
