Мари Форс – Роковое дело (страница 18)

– Нам нужно работать.

– Я на твоей стороне. Надеюсь, ты это знаешь. Если хочешь поговорить…

– Спасибо. Можем мы теперь приступить к работе?

Глубоко вздохнув, напарник взялся за ручку двери.

Сэм вошла внутрь, снова пропихнулась сквозь шумную толпу собравшихся в вестибюле репортеров: оставить их с носом доставило ей огромнейшее удовольствие.

Она чувствовала себя паршиво от того, что так вспылила с Фредди, а ведь он был ее опорой в деле Джонсона. Однако ей не хотелось слушать, что ему придется высказать по поводу ее отношений в прошлом со свидетелем – отношений, которые она не закончила, зная, что если их продолжит, то ее снимут с расследования. Нельзя этого допустить. Раскрытие этого нашумевшего убийства – вот что отчаянно нужно Сэм, чтобы вернуть карьеру в прежнее русло.

И вот поэтому она собиралась, если надо будет, работать день и ночь и раскусить это дело как можно скорее, задолго до того, как какая-нибудь зараза обнаружит, что однажды детектив провела ночь с человеком, нашедшим труп сенатора. В случае неудачи, если руководство решит, что Сэм прокололась еще раз, ей придется послать своей завоеванной с большим трудом карьере прощальный поцелуй. И что потом? Что делать без работы? Кем она станет? Да никем.

Отогнав неприятные думы, Сэм сообщила Фредди, что возвратится после пресс-конференции, и направилась к шефу Фарнсуорту. По дороге она остановилась в туалете, чтобы плеснуть холодной воды на лицо. Глядя в зеркало, ужаснулась темным кругам под глазами, бледной, почти прозрачной коже из-за нескольких недель бессонных ночей и стоявшей в глазах нескрываемой муке.

Сэм сказала начальству, что готова вернуться, заверила полицейского психолога, что справится с любой порученной работой. Однако сможет ли она справиться, снова встречаясь с Ником Каппуано? Сможет ли совладать с чувствами – даже спустя шесть лет – когда вновь обнимают эти сильные руки, целуют эти нежные губы, заставляет млеть взгляд этих жарких глаз? Боже! Его глаза просто запредельно ошеломляют.

– Прекрати, Сэм, – прошептала она своему с трудом узнаваемому отражению в зеркале. – Пожалуйста, прекрати. Делай свою работу и перестань о нем думать. Думай о сенаторе. – Вытянув полотенце, она промокнула мокрое лицо, глубоко вздохнула и, еще раз повторив: – О сенаторе, – приготовилась стоять рядом с шефом на пресс-конференции.

Вопросы задавали грубо и бесцеремонно.

– Как вы можете доверять сержанту Холланд возглавлять такое важное расследование с ее неумением дать ситуации нужную оценку?

Шеф Фарнсуорт, благослови Боже его добрую душу, дал понять, что она самый подходящий для этого расследования детектив, и он ей полностью и безоговорочно доверяет.

Представив, что он сказал бы насчет ее отношений с важным свидетелем, Сэм тяжело сглотнула.

«Хватит, – подумала она. – Ты приняла решение относительно него. Была всего одна ночь, и прекрати об этом вспоминать. Да, вот так. Хорошо».

Покончив с нападками на нее, репортеры перешли к более узким вопросам о расследовании.

– У вас есть подозреваемые?

Шеф кивнул на Сэм, переадресовывая ей вопрос.

– У нас есть некоторый список возможных подозреваемых, но мы не готовы еще сузить его до одного.

– Почему так долго?

– У сенатора была сложная насыщенная жизнь. Чтобы сложить вместе все кусочки, требуется время, но заверяю вас, мы приведем расследование к удовлетворительному результату.

– Несколько слов о планах похорон.

– Об этом справьтесь в офисе сенатора.

– Можете сказать, как его убили?

– Нет.

– В квартиру вламывались?

– Без комментариев.

– Оказал ли он сопротивление?

– Без комментариев.

– На сегодня все, ребята, – вмешался шеф. – Как только у нас будет что сообщить, мы дадим вам знать. – Он проводил Сэм со сцены в свой кабинет. – Ты проделала хорошую работу. Знаю, тебе было нелегко. – Внимательно осмотрев ее, Фарнсуорт заметил: – Ты плохо спала.

Сэм пожала плечами:

– Да так, всякое в голову лезло.

– Может, стоит поговорить с доктором Труло, пусть что-нибудь выпишет…

Сэм протестующее подняла руки, прерывая шефа. – Я еще не совсем дошла до ручки.

– Мне нужно, чтобы ты была в полной форме сейчас.

– Не беспокойтесь. Я в форме.

– Одобряю версию насчет Кристины Биллинг. Надо к ней присмотреться.

– Ну, не знаю, - протянула Сэм, мотая головой. – Народ в офисе подтвердил, что еда была горячей, когда мисс Биллинг вернулась, похоже, она нигде не задерживалась. Записи видеокамеры на парковке показывают, что она вернулась через двадцать восемь минут.

– Могла мисс Биллинг съездить к сенатору на квартиру до посещения ресторана?

– Она должна была проехать через Дистрикт в «Уотергейт», убить его и вернуться с китайской едой за полчаса. Времени недостаточно. Плюс нож рассек яремную вену. Ее окатило бы кровью с ног до головы. Каппуано, руководитель штаба, утверждал, что мисс Биллинг на следующее утро была в том же костюме, что накануне, потому что они бдели всю ночь, готовя голосование на следующий день. Основываясь на этом, я почти готова ее исключить.

Шеф задумчиво потер подбородок:

– Все-таки покопай ее поглубже. У нее есть мотив, возможности и ключ. Не сбрасывай так быстро со счетов.

– Хорошо, сэр.

– То же самое с братом сенатора. Также имеем мотив, возможность и отсутствие алиби, если он не представит ту женщину, с которой, по его словам, провел время.

– Верно. Мы собираемся побеседовать с ним в более формальной обстановке. Еще вертятся в голове мысли насчет его сестры и зятя, Лизбет и Ройса Гамильтонов.

– Почему?

– Их дети наиболее вероятные наследники сенатора. Родители О’Коннора будут здесь в шесть часов, чтобы посмотреть тело. Я спрошу Грэхема О’Коннора о завещании сына, и пусть Круз покопается в их финансах. Потом Стенхауз, несчастный политический соперник. Он отлучился домой в Миссури для давно запланированного сбора средств, но утром мы с ним встретимся.

–А что ты думаешь об этом направлении?

– Улик нет, вот поэтому я не удержала его от поездки в Миссури. Добыть каким-то образом ключ он не мог, а я подозреваю, что убийца был близок к Джону О’Коннору.

– Подружки?

– Биллингс составила нам список женщин, с которыми его видели в обществе, и тех, кто имел ключ. Я также собираюсь спросить сенатора О’Коннора-старшего, не болтаются ли где ключи с тех времен, когда он там жил.

– А записи видеонаблюдения не помогли?

– Ни мы, ни Каппуано никого не смогли идентифицировать. Видео захватывает вестибюль и район лифта, но не отдельные двери, поэтому особой пользы нет. Ночь была холодной, все по уши укутаны в шарфы и шапки. У нас проблемы с опознанием лиц. – Встрепенувшись, шеф взглянул на нее. – Что?

– Все укутаны…

– И что?

– Может, у Кристины Биллинг было пальто, от которого она избавилась в ближайшей канаве?

Сэм заинтересованно задумалась над версией.

– Это бы объяснило, почему не пострадал костюм.

– Точно. Возможно, настало время выписать ордер на обыск ее машины.

– Черт, и почему я сама не додумалась? – возмутилась Сэм.

– Ты бы догадалась. Думаю, у тебя проблемы со временем относительно ее, но мне кажется, ты все учитываешь, сержант.

– Стараюсь.

Их прервал стук в дверь.

– Входите, – сказал шеф. – Открылась дверь, и в кабинет вошел Фредди, с виду какой-то нервный и неуверенный. – Детектив Круз.

– Здравствуйте, сэр, – заикаясь, поздоровался Фредди. – Простите, что прерываю, но офицеры, разбирающие изъятые из квартиры сенатора документы, нашли страховой полис. Думаю, вам нужно взглянуть, сержант Холланд. – И с этим словами вручил ей документ.