Мари Александер – Замуж за Орка (не) по своей воле (страница 29)

По утрам я брала у него запас силы, чтобы остудить оберег, отгородиться от эльфийки. А вечерами возвращала силу ему. И нет, мы так и не сняли рубаху Лемны. Ведь для Тара всё ещё не настал тот самый день обряда. Между нами так и не было физической близости. Даже когда мы изредка оставались одни по вечерам, были лишь поцелуи и почти невинные ласки. Хотя слова «мой орк» и «невинные ласки» в одном предложении — это несовместимые понятия.

Всё же приходилось остужать свой пыл.

Да-да! Больше всего страдала из-за этого я.

Так хотелось иногда послать всё и не останавливаться, соблазнить собственного большого и зелёного мужа и не мучиться чувством неудовлетворённости. И порой я доводила его до черты, а сама сбегала, со словами: «Обряд уже завтра, нужно подождать всего лишь один день».

Мой орк отпускал меня, зная, что в эту ночь всё равно усну в его объятиях, а завтра он снимет с меня рубаху и тогда уже я не сбегу.

Вот только завтра всё никак не наступало, а мучилась из-за этого я одна. Это было нечестно, но деваться некуда. Я сама решила, что время зациклится лишь для нас с ведьмой и Каратой.

Сувира даже как-то пошутила на эту тему:

— А чего ты мучаешься? Он же завтра утром и не вспомнит, что у вас что-то было! Если хочешь, у меня тут есть пещера с водопадом. За Карату не переживай — за девочкой я присмотрю!

Поняв, на что даже не намекает, а прямым текстом предлагает мне ведьма, я чуть со стыда не сгорела.

— Это так очевидно? Что мучаюсь? То есть я веду себя, как озабоченная?

— Да расслабься ты! Я никому ничего не скажу, Карата не поймёт, ещё мала, а орки… Так они завтра и не вспомнят о том, что было сегодня! Поверь мне, я уже проверила! — заговорщицки подмигнула мне Сувира, лишив дара речи на какое-то время.

Мы как раз готовили ужин, и, когда пора было уже накрывать на стол, ведьма снова вспомнила про этот разговор.

— Так что ты подумай. Только не сегодня.

— Почему не сегодня? — чисто на автомате переспросила я.

— Сегодня пещера с водопадом будет занята. Да и с Каратой кто-то же должен остаться, — второй раз за вечер ошарашила меня Сувира и тут же сменила тему: — Ты заметила, что один из котят Снежинки уже в два раза крупнее, чем два других?

— Да, это Зима, мы так с Каратой её назвали. Только эта кошечка умеет как-то пролазить в наш учебный класс, несмотря на твои блоки.

— Да? Точно она. Растут с Каратой вместе, это хорошо. Иметь живой оберег, нейтральный к магии, — это очень хорошо! — снова подмигнула мне ведьма.

Тут-то я и поняла, что про кошечку она давно знала, просто спросила меня сейчас, чтобы отвлечь. В один из вечеров ранее я узнала историю о том, как Тар нашёл полумёртвого котёнка снежного барса в лесу, выходил её и назвал Снежинкой. Это случилось давно, и вот сейчас дочь Снежинки стала мохнатой четырёхлапой подружкой нашей Караты.

Два братика Зимы не были столь же любопытными, как их сестра, и большую часть дня спали или игрались друг с другом. А Зима с Каратой сидела за партой, слушая теорию и познавая все тяготы магической практики.

В нашей школе магии был один учитель, один ученик и ещё два слушателя со свободным графиком посещений и отсутствием практических занятий, зачётов и экзаменов. Это были я и Зима. Так что с дочкой Снежинки я тоже сдружилась. В отличие от мамочки, с которой у нас всё ещё был конфликт, на почве того, что обе были собственницами и делить Тара не хотели. Я и не думала раньше, что буду ревновать к кошке, да и вообще ревновать. Оказалось, что ревность — это не чуждое мне чувство!

Даже иногда страшно становилось, когда вспоминала, что однажды нам придётся вернуться в поселение орков и там снова перед моим Таром будут расхаживать полуголые девицы.

В общем, зацикленное на одном дне время работало на пользу Карате и во вред мне. Наша девочка росла, познавала азы магии стихий, становилась сильнее и расцветала, как экзотический цветок. Я полюбила ещё недавно незнакомую мне девочку-полукровку как родную дочь. А ещё я влюблялась в мужа-орка и боялась того дня, когда придётся снять оберег с шеи и снова услышать в своей голове голос Эйтоуросы. Окрепшая любовь к нашей Карате не уменьшила моей любви к собственной дочери, к моему котёнку, к моей Катюше. Сколько бы ни прошло времени, мне казалось, я никогда не буду готова к тому, чтобы решить — уйти к ней или остаться с ними?

Правильного ответа на этот вопрос не было.

Поэтому я боялась того дня, когда Сувира скажет, что научила Карату всему, что знает сама, и что завтра наступит уже завтра!

Но однажды этот день наступил.

Глава 34

— Никогда не думала, что увижу такое! — сказала Сувира, с восхищением глядя на Карату.

Мы втроём — Кари, Вира и я — были в той самой пещере с водопадом.

Хотя нет, нас тут было побольше. Зима пришла и братьев привела. Так что я в компании трёх больших кошек сидела в сторонке и любовалась нашей повзрослевшей девочкой.

Кари сдавала последний экзамен. Сначала она демонстрировала свои возможности по управлению стихиями: огонь, вода, ветер и сила земли.

С виду тонкая девочка-подросток, Кари была бы похожа на обычную девочку, или уже девушку… Если бы не длинные, белые волосы почти до пят, бирюзовый с оттенками перламутра цвет кожи, эльфийские ушки и красивые, небесно-голубые глаза. Глаза моей девочки были очень выразительными и обычно голубыми, но в момент призыва стихий меняли цвет от огненных до тёмно-тёмно-карих, почти чёрных.

Честно говоря, мы с Сувирой давно перестали считать дни обучения. Но всё же Кари выросла раньше времени: визуально и духовно дочь повзрослела на несколько лет, а в реальности мы провели в «Дне Сурка» не больше года, а то и нескольких месяцев. Но даже этот срок казался мне уже бесконечным. И при этом я не хотела, чтобы Кари так быстро взрослела.

Ведьма успокаивала меня тем, что так действует магия стихий.

— Одна стихия — это уже сила и ответственность. А четыре — это вообще мама не балуй. Ребёнок бы не справился с такой силой. Поэтому-то организм и меняется: сосуд должен быть прочным, чтобы сохранить то, что внутри. И Кари молодец. Она впитывает знания как губка. Вот и подросла чуточку.

Как-то так само получилось, что имя дочки сократилось. Кари звучало мягче, было короче на две буквы, и в повседневной жизни это было удобно. Мы очень сблизились, и если раньше что-то и было, что могло отгородить нас друг от друга, сейчас всё стало по-другому.

Тар видел, что дочь меняется. Но он просто не успевал обсудить это со мной. Просыпаясь утром, я поясняла, что да, вчера она уснула одна, а сегодня проснулась другая — магия! Моему орку приходилось мириться с этим объяснением. Дочь в безопасности, и это для него было самым важным. Так думала я.

— Мам, всё хорошо! — любила говорить сама Кари, когда замечала мои тревожные взгляды. — Мы с папой тебя защитим.

Откуда в голове моей девочки возникла мысль, что им всенепременно придётся меня защищать и, главное, от кого? Вот этого я не понимала. Но Сувира считала, что не стоит переубеждать девочку, раз эта идея стимулирует Карату и та с ещё большим рвением стремится познать всё, чему могла обучить её ведьма.

И вот Кари показала нам настоящее шоу «Четыре стихии». Я пребывала в тихом шоке, а вот ведьме мало было просто представления. Она решила проверить мою девочку в деле. В своих владениях Сувира могла передвигаться из одного места в другое, лишь щёлкнув пальцами. Это было, как переключить пульт на другой канал, новую локацию.

И вот только что я сидела в пещере в окружении больших белых кошек, а уже в следующий момент оказалась в воздухе. Я летела со скалы вниз головой, кто-то столкнул меня в бездну, и земля с торчащими острыми камнями стремительно приближалась. И это был не сон. Я реально должна была вот-вот разбиться, упав со скалы. Сквозь шум ветра в ушах и собственный крик «А-ааааа!» я услышала голос ведьмы:

— Ну что смотришь, спасай!

— Мама! — голос Кари прозвучал где-то рядом.

А следом и она сама появилась. Всё застыло вокруг на один миг, а потом меня, как пушинку, подхватил ветер и потянул вверх.

Не успели мы оказаться на вершине скалы, как снова смена локации.

Вот теперь уже я кричала от реального ужаса. Мы были в той самой пещере, через которую пришли к ведьме. Но только в этот раз освещённая тропа отсутствовала. Точнее, она была сначала. Но кто-то выкрутил лампочку, и жуткие тени с красными глазами ринулись на нас со всех сторон.

Сначала Кари использовала силу ветра и огня: она подняла нас выше и палила жутких монстров. Всё же было лучше, когда я не видела их. А освещённые ярким пламенем, эти твари представали во всей своей ужасающей красе и разнообразии. Многорукие и многоногие, а некоторые, наоборот, без конечностей, с обрубками голов и хвостами. Они лезли из всех щелей, как тараканы. И сколько бы их ни палила Кари, число монстров лишь росло.

Девочка моя начала уставать. Ей сложно было отбиваться и при этом контролировать нашу высоту. В какой-то момент она чуть не пропустила новое нападение.

— Кари! Потолок! — успела крикнуть я, прежде чем на нас сверху накинулся один из монстров ведьмы.

Дочка отвела нас в сторону и спалила верхолаза, но, как оказалось, там уже был не один. С другой стороны ползло ещё несколько. Кари на какие-то доли секунд растерялась и потеряла контроль над ветром. Мы упали прямо на каменный пол, устланный обгоревшими телами уже поверженных монстров, и я почувствовала чьи-то когти на своих ногах.