Мари Александер – Неугодная невеста Дракона, или Тайна леди Дойл (страница 66)
Кто-то кричал:
‒ Она очнулась!
‒ Пульс в норме!
‒ Жива!
‒ Кризис миновал!
‒ Поздравляю с возвращением с того света!
В голосе последнего звучала искренняя радость за меня. Только я не разделяла этой радости, в этом мире меня уже ничто не держало. Но я не знала, как вернуться назад, обратно к моему дракону.
Эпилог Часть 2
Те несколько минут, что я провела в больничной койке, растянулись до бесконечности. И лишь, когда я услышала голос Артура, а перед глазами всё поплыло, я смогла вынырнуть из моря страха и отчаяния, поглотивших меня.
‒ Шерлиз, тебя действительно нельзя оставлять без присмотра, даже на секунду. Неизвестно, где я найду тебя в следующий раз.
‒ И в каком виде?! ‒ прошептала я онемевшими губами.
Ответом мне был поцелуй, долгий, нежный, требовательный и самый настоящий поцелуй моего дракона, опалившего своим жаром не только мои губы, вдохнувшего жизнь не только в мои легкие, но и согревший мою душу.
А когда дракон прервал поцелуй, я услышала:
‒ Не отпущу! Ты моя Шерлиз! Ты привязала дракона к себе, и теперь я найду тебя в любом из миров и верну. Потому что твоё место рядом со мной!
Артур слов на ветер не бросал. Сказал ‒ сделал!
Только сделал это по своему.
Дракон не спрашивал моего согласия, не вставал на колено, прося моей руки. Он просто сказал, что теперь мы муж и жена и о том, даже есть запись в церковной книге деревушки Орли‒Тим.
К слову, я проверяла, точно есть. Дата записи та самая, а в свидетелях перечислены все домочадцы старого Хилс-Ррок плюс мистер Беар К. Дойл и мисс Юджина Британи Карлтон-Лейк.
Так что в тот день я и стала леди Хилс-Ррок.
Мы начали семейную жизнь с планирования и строительства нового дома. Артур оказался заботливым мужем и вообще не таким уж и заносчивым, каким казался мне раньше. Он не запретил мне заниматься любимым делом, а наоборот помог расширить типографию и выйти на новые объемы тиражей. Вот с детективной практикой пришлось временно распрощаться. Но зато теперь дядя вместе с Реджи давали мне достаточно идей для творчества. Да и сам Артур делился со мной некоторыми тайнами из той жизни, когда он служил в Тайном Сыске Её Величества. Хотя имена, даты и места событий приходилось менять. Но это были мелочи.
И вроде бы я была счастлива. Но первое время мне снились сны, что я снова вернулась в двадцать первый век. И лишь просыпаясь в объятиях моего дракона, я успокаивалась, понимала, что это всего лишь сон.
Время шло, Артур каждый день делала меня самой счастливой, и обещал всегда быть рядом. Ровно через девять месяцев после того как я стала женой Артура родился наш первенец Шерлок. Имя выбрал сам Артур, а я не была простив. Мой дракон решил начать новую историю рода Хилс-Ррок, чтобы история не повторилась.
Затем через два года родились близнецы Дивон и Ливон. Эти имена выбрал их старший братик, мы согласились.
И я думала, что на этом и остановимся.
Но мой дракон желал дочерей и, как видите, одной дочери ему было мало. В роду Хилс-Ррок до этого не рождались девочки, но всё когда-то случается первый раз. Артур считал, что дочери это благословение богов, поэтому гордился ими и любил до безумия.
Впрочем, как и их маму, то есть меня.
Мой дракон даже по прошествии многих лет повторял мне: «Ты моя Шерлиз!». А ещё я часто читала в его глазах и в действиях «Не отпущу!»
Вот и сейчас, сидя в гостиной в кругу семьи, мой дракон держал мою ладошку в своей руке. И когда дядя задал свой вопрос, моя рука дрогнула. Мой дракон это почувствовал и сжал свою ладонь, делясь со мной своим теплом и силой. Лишь Артур знал все мои тайны (почти все). И лишь он знал причину, по которой я так давно не могла завершить то, что начала печатать двадцать пять лет назад, на новой печатной машинке, подаренной мне на празднование первого месяца нашей семейной жизни.
‒ Да, ‒ ответила за меня Женевьева. ‒ Мама сегодня как раз напечатала главу, в которой папа убил черного дракона.
‒ А то, что случилось после этого, ты тоже будешь писать, Шерли? ‒ спросила Бонни.
Она была почти такой же красивой блондинкой, какой я её запомнила в день её свадьбы с моим дядей. Вот уж про кого можно сказать, у них любовь с первого взгляда. Они сыграли свадьбу через две недели после нас, а после медового месяца, вернулись в Лондон, и Бонни стала помогать мужу во всём, в том числе и расследовании новых преступлений.
‒ Да, мам, а что же случилось потом? ‒ задал мне вопрос один из сыновей, а именно Дивон.
‒ И если уж быть честным, у нас осталось ещё уйма вопросов, ‒ кивнул, соглашаясь с братом Ливон.
‒ Понятное дело, что папин кузен Вернер Белл захотел убить всех мужчин рода Хилс-Ррок, чтобы остаться единственным наследником, ‒ вступил в разговор Шерлок. ‒ И нам так же ясно, что для этого он использовал призрака. Но мам как всё это связано с убийством девушек, с Реджи и вообще Джинна всё же смертельно ранила тебя и, что с ней потом стало?
Я переводила взгляд с одного сына на другого и не понимала.
‒ А вы когда успели? ‒ всё же задала я вопрос.
Все трое Шерлок, Дивон, Ливон, а вместе с ними и Бенджамин в этот момент посмотрели на Женевьеву и тут же отвели взгляды.
А Реджи, зависший за креслом, в котором сидела моя старшая дочь, так вообще испарился. Наше семейное приведение вело себя прилично. А новый Хилс-Ррок ему больше нравился, чем дом номер девять на Рекйэб‒стрит, поэтому он тоже любил гостить у нас. Он питался нашей магией, но не причинял при этом никаких неудобств.
‒ Женевьева, ты ничего не хочешь нам сказать? ‒ задал вопрос Артур.
‒ А что я? ‒ пожала плечами наша дочь. ‒ Они сами прочли перед обедом, а я в это время была с тобой мама. Так что я тут не причём.
‒ Милая, роман почти завершён, и в нём не две‒три главы, ‒ возразила я. ‒ Они бы не успели прочесть перед обедом.
Все взрослые, ну точнее родители я, Артур, дядя Дойл и Бонни, ждали ответа и переводили взгляды с одного заговорщика на другого.
‒ Ну и чего на детей так строго смотреть? ‒ вдруг вмешалась миссис Пауэр. ‒ То, что дети дружны, так разве это плохо?
Всегда почтительная и соблюдающая субординацию экономка, вдруг выдала такое, что у меня пропал дар речи.
‒ Да нас всех мучают те же вопросы, что и мальчиков. Я вот уже двадцать пять лет не могу на пенсию уйти и спокойно помереть, пока не узнаю, как всё было на самом деле. А меня, между прочим, Сэрдженсон уже заждался на том свете. И Джин давно готова занять моё место, я её так натаскала, что не только слуги, но все привидения по струнке будут ходить, когда я ей ключи передам.
Моя бывшая служанка Джин, а ныне жена Роба и правая рука нашей экономки, давно перестала бояться духов и призраков. Сейчас она тоже была в гостиной. Они как раз пришли подать напитки и десерт. Но в отличие от свекрови, Джин молчала.
Молчали все.
А миссис Пауэр опомнившись, тут же склонила голову.
‒ Простите меня, леди Хилс-Ррок, совсем старая стала, из ума выжила, говорю, сама не пойми что. Простите.
Её извинения были искренними, да и я не обиделась, слишком многим я была обязана не только самой миссис Пауэр, но всем домочадцам Хилс-Ррок. В тот день они поверили в меня, поэтому какие могут быть обиды.
‒ Присаживайтесь, миссис Пауэр, и ты Джин, ‒ кивнула я на свободный диванчик в большой гостиной. ‒ У меня и у самой остались вопросы, но раз уж мы здесь собрались, то вы ответите на мои, а я на ваши. Но с условием.
Я внимательно посмотрела на миссис Пауэр.
‒ Да, леди Шерлиз, ‒ кивнула мне экономка.
‒ Получив ответы, вы всё же задержитесь в этом мире. Сэрдженсон десять лет вас уже ждёт, так что пусть ещё десять подождёт. Я слышала ваша внучка замуж собралась, так что на пенсии вам будет чем заняться.
‒ Как скажите, хозяйка, ‒ согласилась миссис Пауэр.
А от меня не укрылось улыбка Джин, ведь это её младшая дочка в невестах ходила, да вот нашелся стоящий парень, так что быть скорой свадьбе.
Миссис Пауэр и Джин устроились на диванчике, а я посмотрела на Бонни, затем на мужа.
‒ Кто из вас расскажет что случилось, когда Джинна запустила в меня проклятием?
‒ Это знают все, кто там был, ‒ пожал плечами Артур. ‒ Черная магия проклятия должна была тебя убить. Кузина Бонни вложила в этот удар всю оставшуюся у неё магию и жизненную силу.
‒ Да, Джинна убила сама себя, такое сильное проклятие она смогла сотворить, что отдача была мгновенной, ‒ подтвердила Бонни слова Артура. ‒ До того дня я и не представляла, что в ней столько злобы, столько жадности, столько ненависти. Я ведь даже представить себе не могла, что она способна на такое.
По лицу Бонни катились слёзы, её муж тут же поспешил её утешить.
‒ Дорогая, если тебе больно об этом вспоминать, то…
‒ Нет, ‒ перебила его Бонни. ‒ Беар, дорогой, мне нужно высказаться. Я столько лет хранила это внутри себя. И тебе я не могла полностью открыться, потому что не хотела признаваться, что часть вины есть и на мне. Я доверилась сестре, а должна была рассказать Артуру и тогда, может быть?
‒ Глупость, ты ни в чем не виновата! ‒ тут же возразил Беар Дойл. ‒ Вот на мне лежит вина, я должен был догадаться, что раз мой брат стал призраком, то это же могло случиться и с его другом Хилс-Ррок. Когда начали появляться труппы, я должен был не Реджи подозревать и запирать его в тайной комнате в доме на Рекйэб‒стрит. Должен был искать настоящего преступника.