MarGo – Подчиняющий сознание (страница 5)

– Она сказала не уйдет, ей идти некуда. И потом, ты ей обещал там что-то. Вместе навсегда, – он хохотнул, – Не подружка! Ага!

– Скажи ей, что это опасно для нее.

– Это твоя дочь что ли? Для любовницы слишком мелкая.

Я даже забыл, о чем говорил, нахмурился и разозлился на него. Тут в его глазах мелькнул страх:

– Ладно, извини. Просто всякое бывает. Не моё дело понял.

– Она друг, помогла мне, – очень строго я, – И не как иначе.

– Как скажешь. Так что ей передать?

Я говорил, он передавал ей мысленно, но она оказалась упертой, твердила, нет и всё тут. Уже почти все улеглись спать, но я сидел и пробовал разные способы вызвать магию, хоть что-то. Вообще не понимал, как можно спать, когда солнце в зените и палит как ненормальное. Спали почти все, кроме охраны. Челк пытался помогать лежа рядом, советами « Напряги живот», « Сосредоточься», « Расслабься», но не помогало. Потом вообще выдвинул версию, что мне не стоит напрягаться сейчас, сначала нужно вернуть память, а потом все само вернется. Правда добавил, если успеет память вернуться, пока нас не убьют на арене.

В идеале подчинение сознания означало, что я могу завладеть волей любого и заставить его делать то, что мне нужно. И чем сильнее архонд, тем больших существ вокруг себя он способен подчинить. Звучит идеально, на деле не выходило. В теории я мог мысленно общаться на огромные расстояния и даже летать по воздуху. Создавать иллюзии в чужой голове. Заставляя поверить в то, чего нет. Этого все и боялись. Архонды использовали это против других, все шли на смерть, не осознавая это. Это все мне поведал Челк, я так ничего и не смог из этого. Даже он плюнул на меня и лег спать. В конце-концов я и сам на себя плюнул. Бестолочь!

Еще через пару таких привалов, мы наконец-то приехали в город. Так себе городок захудалый и нищий. Крепость полуразрушена, замок в плачевном состоянии. Да и сам размер замка удивил, клетушка какая-то. У меня конюшни больше были.

А вот арена Титх огромная и словно недавно выстроенная. Нас привезли прямо к ней и распределили по камерам в подвале. Челк умудрился проскользнуть в мою камеру. На что я пошутил:

– Уже не можешь без меня жить?

– У ситхов прекрасная интуиция, и она говорит мне, что к тебе нужно держаться ближе. Ты не так прост, как хочешь казаться, – шепчет мне.

– Вспомни об этом, когда тебя убьют по моей вине.

Он уставился на меня, выпучив глаза, а потом хмыкнул:

– Шутить изволите!

– Здесь каждый сам за себя. Я усвоил урок.

– Что память возвращается? Превращаешься в сволочь? Советую поспать, здесь не так печет, святило, а ты не спал совсем. Силы потребуются, дальше отборочные бои и распределение. А я пока покараулю тебя. И что бы ты без меня делал?! – поиграл бровями.

Я воспользовался его советом и спал, пока нас всех не вывели во двор для отборных боев. Мечи деревянные и никаких правил, тот, кто выживет, уводят в другие камеры. И так пока не останется десять из сорока. Мечом махать я не разучился, да и побаивались меня как-то. В десятке оказался легко. Челк тоже, оказалось, виртуозно владел мечом, у него даже своя техника имелась, он тоже прошел в десятку легко, чему я тоже был рад. Он был своеобразный и местами очень странный, но мы находили общий язык и мне нравилось то, что он не боялся меня.

Элитную десятку посадили в отдельную камеру, покормили, помыли, выдали свежую одежду. Простые холщевые штаны и рубахи, обуви нет, босиком. Тут Челк рассказал мне, что будет дальше. Десятники сразятся завтра между собой с настоящим оружием, пока не останется всего десять. Простая арифметика из больше сотни, всего десять. И вот эти избранные сразятся на арене с монстрами из темного мира. Он долго и основательно объяснял мне, какие монстры могут быть на арене, чем опасны и как с ними можно справиться. Я вроде бы и слушал, но мысленно ушел в воспоминания о Шимэль, о том, как я учил ее держать меч. Я тосковал, душа болела, и я молил, не зная кого, чтобы у нее все было хорошо. Переживал за Ачери, как она тут? Может, ей удаться устроиться, куда нибудь помощницей. Ведь она и так собиралась сбежать в город. Девчонка умная, сообразительная, находчивая. Лечить умеет, много знает о травах, в аптеку к травникам, например, устроиться.

Оказывается на этой планете два мира. Нхан – светлый, где всегда светло, Фрах – темный, где всегда темно. Но как рассказал Челк, иногда монстры вырываются в этот мир, отлавливаются и уничтожаются. Архонды единственные, кто могут ходить по обоим мирам, когда вздумается, и никто им не указ. Более того, они способны управлять монстрами, те им служат и добывают для них черный камень. Я еще больше уверовал, что мне к этим парням. Нас есть о чем поговорить, например, о искре жизни. Не факт, что они захотят со мной говорить, так отправят в коридоры безвремия. Самоубиваться желания нет. А там глядишь, и Шимэль подхватит, я может здесь, в этот мир, случайно вывалился? Мне просто нужен способ с ней связаться, или весточку ей отправить, что я, мол, тут. Ну, а если они меня с ней свяжут, то цены им вообще нет! Мне бы хоть с кем нибудь из Высших связаться, они то уж точно знают, что делать. Архонды здесь самые приближенные к ним, и есть у них что-то общее с санарами. Их все бояться, самые главные, владеют если не магией, то свехспособностями.

Слышать про разные планеты дикость, но Шимэль рассказывала и про много лун, про сферы, летающие корабли, расколотые планеты, планеты, где нет суши совсем. Тогда я это воспринимал как сказки, и не думал, что окажусь в одном таком. Вопрос на сколько? И тут же вспомнил ее слова: « Время не имеет значение, только мы». Ну, что ж! Будем подстраиваться и выживать. И искать ее, мою любовь. Если она здесь, то я найду.

Сознание – это твоя природа, а ум – это поле созданное обществом вокруг нас, культура, образование. Ты можешь иметь ум гения, но не осознавать это.

К началу боев нас всех перевели в камеры наверху ближе к арене. Так, что мы через железные прутья могли видеть и часть арены со зрителями на трибунах, и царскую ложу. Пока еще народ собирался на трибунах и рассаживался, стоял шум и гам.

– В чем смысл этих боев? – спросил я Челка.

– Это просто бойня. Развлекалочка для короля. Смысл выжить.

– Что получает выживший? Свободу?

– А тут еще никто не выжил!– весело заявил он.

И тут я случайно увидел в толпе Ачери с подносом в руках, она разносила напитки и закуски, громко крича об этом.

Я крикнул ее имя, радостно и не задумываясь. Алг – охранник тут же стукнул палкой по решетке, я инстинктивно одернул руки от нее. Она увидела меня, оглянувшись и разулыбалась, выдохнув облегченно. Я тоже рад тебя видеть девочка. Близко подходить боялась из-за алга, крутилась поблизости, бросала беспокойные взгляды.

– Твоя подружка находчивая, – заметил Челк, тоже заметив ее, – И настырная.

Через какое-то время трибуны набились битком, не протолкнуться. Заиграли музыканты, ужасно и бездарно. Оказывается, это их гимн, прибыла королевская чета. Мне стало любопытно. Сильно к решетке не подошел, наблюдал чуть с боку.

– Прибыл узурпатор и садист, вайс! – отозвался Челк, вставая рядом.

Раздались аплодисменты. Король староват, принцессу не рассмотреть, вся под вуалью.

– Зачем ее накрыли? Уродина?

– Наоборот, слишком красива. И не мечтай! О ней ходят не самые лучшие слухи. Под стать папочке избалованная тварь, возомнившая себя архондом. Она полукровка. Ее папашка согрешил с одной из архондок, у нее есть часть их дара. Говорят, ее интересуют только архонды. А вот и один из них!

Я осмотрел идущего рядом архонда. Ничего особенного, кроме странной серебряной одежды, переливающейся на солнце. Лично я думал, что они крупнее будут. Но этот практически моего телосложения, и по местным меркам дохляк. А вот лицо скрыто под серебряной маской.

Король сказал дурацкую речь, долг, честь, а все похлопали. Алг открыл нашу камеру, и нам пришлось отступить вдаль. Он позвал одного из нас и тот вышел, тот самый здоровенный бугай. Мы с Челом переглянулись обрадовано, что не нас. Я хоть прикину, с кем драться, каковы шансы и вообще. Припали к решетке в ожидании и нас прижали к ней любопытные сокамерники, которым тоже не терпелось все рассмотреть.

На королевской ложе поднялся архонд и вытянул перед собой руку.

– Только бы не зелонга, – взмолился Челк.

– А что он делает? – уточнил я.

– Призывает монстра из темного мира. И не леплока! И не баланга! Пожалуйста! – и он перечисляет и перечисляет неизвестные мне названия монстров, ему вторят другие. А я понял, что нормальных там нет точно. Что бы сейчас не появилось, это будет ужасно.

Посреди арены сгустился темный дым, из него появился монстр. Дым рассеялся, а у меня аж сердце сдавило. Это чего вообще такое?!! Да он размером с дракона! Взрослого такого половозрелого дракона. Я уже усомнился бы, что и Рогнар с ним справился. Жуткая морда из сплошных зубов, восемь сильных ног, или лап. Восемь красных глаз на уродской морде. Да, как с этим бороться вообще?! Да еще один на один!

– Все-таки леплок! Чтоб его кометой разорвало! Слабое место глаза и прячься под ногами, он не слишком юркий, – последнее уже шепотом сказал мне.

Бугай с воинственным криком бросился на монстра, я уже и забыл про него. Монстр спокойно дождался пока тот добежит до него и одной лапой раздавил его в лепешку. Издал жуткий рык в сторону архонда. Я перевел взгляд на него, тот просто сидит, ничего, само спокойствие. И после того, как монстр сел на задницу как собака в ожидании новой жертвы, я понял, архонд управляет им. А значит, как долго монстр будет играть с жертвой, решает здесь он. Толпа ревет, пока все довольны.