MarGo – Подчиняющий сознание (страница 12)
А уже через несколько минут, мы все уплетали вкусное мясо этих букелов. Огромное такое блюдо, похоже на нашу курицу по вкусу, а думать о том, что у этой курицы сорок ног не хотелось. По сути, я мясо не ел, уже не знаю сколько, в прошлой жизни, почему бы и не пиршествовать. Перед едой поводил рукой над блюдом, как полагается, марку же надо держать. Люций и тут схитрил и не стал, есть первым, а привел здоровенного пракха, представил как генерала службы охраны под именем М,карт и приказал ему есть. Я остановил генерала за руку и провел ладонью перед его лицом, освободив от воздействия Люция, сказав в его глаза:
– Еда может быть отравлена, а я предоставляю вам Генерал М,карт выбор. Вы можете отказаться.
Генерал проморгался, осмотрел каждого из нас, особенно остановился на Ачери. Что он в ней увидел, я не знаю, но они довольно долго смотрели, в глаза друг друга, не моргая. Тут даже Люций не выдержал:
– Это смешно! Неужели вы думаете, что я…
– Помолчи, – отрезал я и он заткнулся.
А затем Генерал взял одну из ног с тарелки, и впился в нее зубами смачно, словно ел в последний раз. Он съел и выдохнул. Мы все смотрели на него, и ждали, сами не знаю чего. Он же опять смотрел только на Ачери, и мне не понравилось это, захотелось закрыть ее собой от него. Но тут Люций сел за стол, а генерал отошел к двери, и остался стоять там, уже безразлично глядя в стену.
Только после этого мы все приступили к еде. Этот букел оказался таким большим, что нам и вчетвером не съесть. Люций сначала вилочкой ел, а потом плюнул и стал как мы руками, без церемоний. Сок сочился, руки все в жиру, моськи тоже, но вкусно и весело. Сначала Челк рассказал, как их вкусно готовят на Нуктосе, потом Ачери рассказала, как впервые их попробовала на ярмарке. Кажется, даже Люций расслабился и разоткровенничался. Он рассказал о том, как они в детстве специально летали на Гуэру их воровать. Однажды набили полные трюмы и выгодно продали, вот только сам корабль еще долго вонял их испражнениями. За что его кораблю дали прозвище " пукалка". Ачери с Челком залились смехом, Люций едва сдерживал смех. Я не понимал над чем они так смеются, но их смех был настолько заразительным, что я не выдержал и тоже рассмеялся, за мной и Люций.
И вообще, он как-то после этого изменился, на мои вопросы отвечал открыто, ничего не скрывая и не юля. Нашлись и книги, и я с удовольствием осознал, что свободно читаю, даже на их древнем языке. Научил меня пользоваться святящимся экраном, там тоже узнал много интересного. С Кодексом архондов Буждэн возникли сложности, это была не книга, не прочесть. Это передавалось при посвящении при появлении силы. Он очень удивился, что я попросил передать ему знания. И если честно, он явно уже начал подозревать, что я не из этого мира, задавал провокационные вопросы, подлавливал на словах. Однако, это еще больше разжигало его любопытство ко мне.
Челк и Ачери развлекались игрой в "плавающие деньги", по-нашему кости. Денег у них не было, но понарошку они их друг другу проигрывали. И название плавающие деньги более чем подходящее, они уплывали от одного к другому.
А потом Ачери резко заболела, но как мне объяснили и Челк, и Люций, что она не больна, а так пракхи взрослеют. Это якобы у них естественный процесс. Вид у нее был не очень, и она меня пугала. Кожа и чешуя побелела и вздулась местами, словно она ее сбрасывала, как змея. При этом еще и резко росла, даже форма лица вытянулась. Я гладил ее пальчики, а она улыбалась и успокаивала меня. "Все хорошо, я скоро буду красивой, не волнуйся". А я не мог не волноваться, я нервничал.
Когда пришел через какое-то время, то вообще был в ужасе от картинки. Она была словно в коконе из собственной шкуры, уже не разговаривала, даже лица не видно. И как мне объяснили, за жизнь они проходят три такие стадии перерождения. Ужас! Мне искренне было ее жаль. И я искренне не понимал, почему она запустила этот процесс именно сейчас, а мне так и сказали, что это она сама запустила процесс взросления.
Еще я навещал Ури в грузовом отсеке, его держали отдельно от остальных. Всех держали в сне, а Ури и тут отличился, он не спал, но очень грустил. Когда я приходил, то он радовался, я видел по глазам и виляющему хвосту. Страшненький, ужасный, липкий, вонючий, огромный, но я как-то привык к нему. И относился как к дракону, гордому и благородному. Он не был особо разговорчив, но парой фраз мы перекидывались. Так я и узнал, что его любимую увезли на Фобос насильно, он рад, что летит туда, мечтая лишь, что увидит ее. Как я его понимал. И мы грустили и вздыхали вместе. Я его поглаживал, а он закрывал глаза и странно урчал.
А еще моим любимым местом стал иллюминатор, сидел возле него и часами мог разглядывать просторы вселенной. Глядя на все это спокойное великолепие, чувствуешь себя песчинкой в огромном океане.
Спать пытался много раз, в надежде увидеть Шимэль, но она не приходила. Я расстраивался каждый раз. Сам уже не знал, зачем летел туда, если ее там нет. Определять здесь время я так и не научился, хоть объясняли все и не по разу. Плюнул. Но вот странность, я оказывался всегда и везде вовремя, и где не надо тоже. Из меня шпион, что надо бы вышел. Я умудрялся подслушать любой важный разговор, и был в курсе всего на корабле.
Челк нашел меня у огромного иллюминатора, что я любил сидеть. Присел рядом и сообщил, что Ачери закончила процесс перерождения и чувствует себя хорошо. Но выходить из комнаты пока отказывается, стесняется своего нового тела. Привыкает пока и меня просила пока не приходить.
– Она что?!? Меня стесняется?
– А ты так и не понял? – и смотрит на меня с ухмылкой.
– Что не понял? – я нахмурился.
– Ты ей нравишься. Она влюблена в тебя. Неужели не видел этого?
– Нет. Мы друзья. Она … – но если честно знал, видел, но.
– Это ты так думал, а она смотрела на тебя иначе. Сейчас она стала такой фигуристой самочкой пракхи, что у всех слюньки потекут, – он даже руками изобразил ее формы, а потом поиграл бровями, – Она перешла в стадию размножения.
– Даже не думай! Башку сразу оторву! – даже кулак ему показал.
– Ну, не ты один ей друг…
– Я не шучу! Ты женат и у тебя четырнадцать детей!
– Одиннадцать! Трое еще не родились.
– Вот и наслаждайся отцовством. Прикоснешься к Ачери, и нечем будет больше детей делать!
– А-а-а. Так все-таки сам…
– Она мой друг.
– А я?
– А ты автоматически перейдешь в статус врага и извращенца. Хочешь стать умственно отсталым овощем, над которым все потешаются? Устрою.
– Да шучу я. Она прикольная, мне с ней весело, сообразительная, находчивая, с юмором все в порядке. Хорошая девчонка. Знаешь, я к ней уже тоже привык. А сейчас еще и красоткой будет. Вот бы и мне как у пракх, хоп и я снова молодой и красивый!
– Ты и так не старый.
– Но ведь старею.
– Как ты успел столько детей настрогать?
– Ситхи рожают сразу по два, три, а то и пять.
– Да уж! Но все равно. Слишком уж ты любвеобилен! Как прокормить столько?
– У нас дети только 300 братхом с нами, а потом служат на благо Нуктоса.
– Это как?
– Общие все. Вместе живут, вместе учатся. Сейчас только трое и тех скоро отдавать. Моя обожает детей. А я обожаю их делать и получать выплаты.
– Ну, ты и. … А я всегда хотел семью и детей, – вздохнул тяжко, – но как-то не выходит пока.
– Ща женишься, и нарожает она тебе королевских архондиков!
– Она не моя суженная. Я люблю другую, мою Шимэль. И до нее мне ни долететь, не доехать невозможно, – с горечью я.
– Она умерла? Извини, конечно.
– Нет. Это сложно объяснить.
– А я никуда не спешу. Друзья для этого и нужны.
– Не в настроении.
– Я не выдам твоих секретов.
– Нет, не приставай.
– Ну, как знаешь, – встал и ушел.
А я знал, что за углом стоит Люций и слушает нас. И услышал он предостаточно. Через какое-то время он все же подошел и спросил разрешения присесть, я кивнул.
– Я тут поразмыслил и принял решение.
– Какое?
– Я дам тебе Кодекс архондов Буждэн, но ответь, почему ты не помнишь его, если он у нас в крови?
И вот, что я должен был ему ответить? Что я не архонд? Шимэль сказала обращаться в любой сложной ситуации к ней. Но как-то представить, что она сейчас сидит во мне не мог. Бред какой-то! А вот как выглядит РайСа, я видел однажды, и представить ее в себе прекрасно мог. Вот и представил, и обратился к ней за помощью. Мысленно взмолился " Помоги РайСа, взываю к твоей мудрости и справедливости. Я весь в твоей власти, веди меня". И не узнал собственный голос.
– Я блуждал разными дорогами, там царил лишь ветер и всепоглощающая печать веков. Ветром, свободным, вольным и одиноким был я. Забыл я заветы предков, забыл вольный дух архондов, забыл себя.
– Кто стал твоим пробуждением? Кто подарил нам надежду? Кто вернул нам утраченное?
– Истина. Мой народ гибнет, у власти самозванка, – Я глянул на него грустно, и приказал, – Уйди, я хочу побыть один.
И как только он скрылся, я едва отдышался. Какого Шахрана! Я просто не знал, как ему ответить и как советовала Шимэль, обратился к РайСа. Это она говорила словно вместо меня. А я. Я испугался. Это даже не сила, а мудрость всех. Шахран! Это такая ответственность. Во мне вековая мудрость всех мудрецов, а я ищу ответы на стороне. Я и так все знаю. Нужно лишь прислушаться к себе. Что я и сделал.