Марго Штефман – Улыбнись (страница 36)
– За что?
– За твой пухлый невинный рот. Блядь, я опять возбуждаюсь. – он прижал меня к паху.
А мне очень хотелось часы. С ремешком из крокодиловой кожи. И бриллиантовыми индексами. Я видела такие у одной девушки в ресторане. Где мы любили обедать с Тутанковым по выходным. Но я не знала, достойно ли то, что я сейчас сделала, такого подарка?
Я замешкалась.
И ответила:
– Я ничего не хочу.
А внутри было так гадко.
Ведь.
Я хочу!
– Ладно. Идем. – махнул он мне рукой.
И щёлкнул по выключателю.
Первым пошёл по коридору. Открыл дверь в кабинет с безопасниками и крикнул:
– Поехали.
Водитель и охранник пошли за нами. Один из них как всегда нес его пальто.
Свет в автосалоне был приглушен. Какие-то артисты играли на скрипках. Мы появились на лестнице. Мне в глаза светили софиты. Тутанков остановился на секунду. Будто осматривал свои владения.
А потом начал быстро спускаться.
Я осторожно шагала за ним на каблуках, придерживаясь за перила.
Аверьянович и Оля смотрели открыто. Их взгляд был каким-то горьким. Я едва заметно кивнула головой в знак прощания.
Охранник помог мне накинуть пальто.
Тутанков вышел на улицу первым, прям так, в костюме.
Был вечер и шёл снег. Крупными кружащимися хлопьями.
Мы сели в машину. На заднее. Он даже не доставал телефон. И в салоне было темно. Только чуть оранжевого света лилось от пролетающих мимо фонарей.
– Почему ты грустная? – Тутанков взял мою руку в свою.
– Просто…Они все…подумали про меня..– неуверенно начала я.
– Ты боишься осуждения?
– Не знаю.
– Люба, то что думают о тебе, совершенно не важно. Главное ведь то, как ощущаешь себя ты.
А я не знала, как я себя ощущаю.
С одной стороны, я жила той жизнью, о которой мечтала.
А с другой…С другой, я ощущала, будто это не навсегда. И что когда-то сказка непременно закончится. И плана на случай конца у меня не было. Я будто висела где-то очень высоко. Но на тонкой-тонкой нитке…Которая могла истончиться и порваться. В любой момент.
Ещё я мысленно ругала себя за то, что отказалась от подарка. Побоялась озвучить свое желание. Эти чертовы часы с перламутровым циферблатом и бриллиантами стояли у меня перед глазами!
– Заедем в ЦУМ? – будто прочитал мои мысли Тутанков.
Как будто дал второй шанс.
– Да…– неуверенно ответила я и, отвернувшись в окно, улыбнулась.
Водитель затормозил у празднично подсвеченного фасада ЦУМа. Мы вошли.
– Придумала, что хочешь?
– Да! – оживленно ответила я и замялась. – Но…Но я не знаю цену…
Он еле заметно улыбнулся.
– Говори.
– Мне очень понравились одни часы. Они с бриллиантами. И, вероятно, очень дорогие.
– Мульта три. – пожал плечами Тутанков. – Пойдем.
Часы сняли на витрине.
Сапфировое стекло. Безель с бриллиантами. Ремешок из крокодиловой кожи.
У меня похолодело в груди.
От этого великолепия.
Я подошла к ним практически вплотную.
И уставилась.
Тутанков словил мой взгляд и расплылся в улыбке.
– Губа у тебя не дура, милая!
А потом повернулся к продавщице и позвал жестом.
– Дайте померить эти!
Они стоили четыре с половиной миллиона!
Продавщица засуетилась, открывая витрину. Пригласила нас присесть. За стол с красивой яркой лампой и двумя пузырящимися бокалами.
– Это для вас! Новогодний комплимент. – улыбнулась она.
И длинными пальцами в изящных перчатках положила передо мной на бархатный коврик часы. Тутанков взял их. И застегнул на моем запястье.
– Нравится?
– Я в восторге!… – прошептала я.
– Ну же, улыбнись! За удачный вечер? – Илья поднял пузырившийся фужер.
Я прикоснулась к его бокалу своим. Стекло приятно бренькнуло. Шампанское оказалось великолепным.
– Часы берем. Андрей, оплати. – крикнул он своему помощнику, который ждал нас у дверей бутика.
Тот молча кивнул глазами.
Мы приехали домой. И разбрелись по своим комнатам. Я лежала в спальне. Сквозь мансардное окно было видно луну и падающий снег.
Я крутила на руке часы, стоимостью в несколько миллионов рублей. Бриллиантов в них было больше, чем мне лет…
И думала о том, продалась ли я сегодня.
Или все же нет?…