Марго Штефман – Улыбнись (страница 29)
Разве может быть шлюхой та, которая любит?…
Так незаметно пролетел день.
А я не выходила из комнаты. И не понимала даже: это вечер или просто темно.
Тутанков не заходил ко мне.
И я боялась спускаться.
Было неловко перед его персоналом. Перед охранником, гувернанткой. Потому что все всё понимали.
Зачем я здесь…
Меня отвлек стук в дверь.
В проёме возникла Ирина Александровна.
– Любочка, у меня паэлья на плите. Хочешь?
Я покачала головой:
– Спасибо. Нет.
– Ты такая грустная. Что-то случилось?
Мне хотелось кричать: ДА! СЛУЧИЛОСЬ!
Но я, конечно, этого не сделала.
Женщина учтиво вышла.
Мне очень хотелось с кем-то поговорить. И тут я вспомнила, что не перезвонила Мише.
Я сняла телефон с зарядки и почему-то пошла в ванную. Наверное, чтобы никто не услышал.
Он взял трубку сразу же. Как и в прошлый раз.
– Люба! Я ждал твоего звонка! Даже переживал.
– Привет…
– Ты уже дома?
– Дома…Но у Тутанкова.
Повисло молчание.
– Он перехватил тебя в аэропорту?
– Да. Меня задержали на таможне.
– И уволок тебя в свои хоромы, чтобы больше не бегала? Любопытная форма рабовладения…
Я ничего не ответила. Мне было обидно. Про рабовладение. Так задело это.
– Хочешь, я прилечу на выходных в Москву. И погуляем? Можно даже с охраной. – хмыкнул он.
– Нет. Почту мне смской напиши. Я тебе текст для ролика отправлю, который обещала.
– Ладно.
– Ну, пока, Миш. Спасибо тебе за помощь.
– Пока, Люба. Я надеюсь, мы еще увидимся.
Я убрала телефон. И лежала на кровати, под тяжёлым белоснежным одеялом, перебирала пальцами гладкую ткань простыни.
В комнате стало уже совсем темно…
И то, что кто-то открыл дверь, я заметила только по просочившейся по стене полоске ярко-желтого цвета.
В дверях стоял Тутанков.
Я даже сначала не признала его.
Он был в спортивных штанах и серой футболке. В руках у него была бутылка вина и 2 изящных фужера.
Он поставил это все на комод.
И лёг рядом. Обнял меня сзади.
– Ира сказала, ты почти не ела сегодня. И не выходишь. Почему? – он уткнулся носом в мои волосы.
– Мне неловко…Не знаю…Я не хочу выходить.
– Я понимаю, у тебя стресс. Но есть один момент. Запомни его, пожалуйста. – он поднялся с кровати и откупорил вино, начал наливать. – Когда начинается новое, не забудь и ты стать новой. Не помню, где я это прочитал, но это применимо к тебе сейчас, малышка.
Илья протянул мне вино.
А сам сел на пол, на мягкий коврик у кровати. И устало откинул голову на матрац. Смотрел в мансардное окно. Дождь шёл весь день, не переставая. Я села на колени на кровати. И сделала глоток. Молчаливо.
– Если ты хочешь что-то спросить, то спроси…– он повернулся ко мне лицом.
И первый раз я видела его таким земным. Настолько человечным....
– Ты не заходил весь день…
– Я ездил по делам. В автосалонах был. Днем я работаю, как и все.
– Может быть, мне вернуться к Аверьяновичу? На работу?
Я переползла на пол и уложила голову ему на плечо.
– Нет, милая. Занимайся учёбой. Работать тебе необязательно.
– Я бы могла делать рекламу. По-новому. Ведь ты меня хвалил на ужине. Например, коллеги из Питера уже…
– По поводу калек из Питера. – он перебил меня и его взгляд вновь стал жёстким. – Я знаю, что ты оставила телефон тому парню. Сыну Сонина…Мне это не нравится.
– Кто сказал?
– Ты знаешь, кто…Тори.
– Она ведь обещала не говорить…– усмехнулась я.
– Она мои глаза и уши. Стопроцентная верность.
– Я не сделала ничего плохого. Телефон оставила по работе, он с роликом просил помочь…– осторожно говорила я, не понимая, знает ли Тутанков о том, что Миша Сонин помог мне бежать.
Но кажется, он не знал.
Либо проверяет?
Руки снова начали леденеть. Я боялась его. Но он ничего больше не сказал.
Повисла пауза.
Которая начала тяготить.