Марго Ромашка – Громкий шепот (страница 1)

Марго Ромашка

Громкий шепот

Глава 1.

Обеденный зал гудел, как улей. Стук пластиковых подносов, обрывки разговоров о квартальных отчетах и чьем-то неудачном свидании вслепую – весь этот офисный шум сливался в привычный фоновый гул. Хлоя рассеянно ковыряла пластиковой вилкой салат, в котором, кажется, было больше рукколы, чем смысла жизни.

– Ты сегодня сама не своя, – Сэм, ее лучшая подруга и по совместительству королева офисных сплетен, плюхнулась на стул напротив с подносом, где угрожающе дымилась кружка эспрессо. – Опять мечтаешь о своем Мистере Совершенство? Только не говори, что это снова он.

Хлоя покраснела мгновенно, от корней светлых волос до воротничка безупречно белой блузки. Умение краснеть по любому поводу было ее личным проклятием.

– Тише ты, – прошипела она, наклоняясь над столом. Сэм театрально закатила глаза и подалась вперед, предвкушая сочную деталь.

– Ну, колись. Что на этот раз? Он снова попросил тебя поправить отступы в его презентации, и ты всю ночь не спала от счастья?

– Это другое, – выдохнула Хлоя, чувствуя, как сердце начинает отбивать предательскую чечетку где-то в горле. Она огляделась по сторонам и, убедившись, что за соседними столиками сидят только айтишники, увлеченно обсуждающие новую игру, подалась к подруге так близко, что та почувствовала запах ее мятной жвачки.

– Я не просто влюблена в него, Сэм. Это какая-то катастрофа, – прошептала Хлоя, ее зеленые глаза горели лихорадочным, почти безумным блеском. – Когда он утром заходит в офис, у меня все внутри переворачивается. Этот его голос, этот гребаный парфюм с нотками сандала… Вчера он стоял у кофемашины за моей спиной, и я думала, что просто рухну в обморок, когда он сказал: «Извините, не могли бы вы передать мне сахар?».

Сэм подавилась смешком, запивая его эспрессо.

– Сахар? О боже, подруга, да ты пропала. Сахар – это уже серьезно.

– Ты не понимаешь! – Хлоя схватила ее за руку. – Я хочу его, Сэм. По-настоящему. Так, что мне снятся его руки на моей талии. Я представляю, как выглядит его лицо в полумраке спальни, какой у него могут быть губы на вкус – мята, виски или что-то еще более порочное. Если бы существовала Олимпиада по сексуальным фантазиям о собственном начальнике, я бы взяла золото, даже не запыхавшись.

Она замолчала на секунду, переводя дыхание и проводя языком по внезапно пересохшим губам.

– Я бы вытворяла с ним такое, Сэм… Такое, за что увольняют без выходного пособия. И, черт возьми, меня это даже не остановило бы. Я хочу, чтобы он потерял контроль, чтобы его этот хваленый британский акцент сорвался на хрип. Вот какой степени моя… моя…

Она осеклась, потому что взгляд Сэм, только что искрящийся весельем, внезапно остекленел. Ее рот приоткрылся, а лицо за считанные секунды приобрело цвет больничных стен.

– Что? – прошептала Хлоя, чувствуя, как ледяная волна ужаса поднимается откуда-то от самых лодыжек. – Что такое?

Она была уверена, что за ее спиной вырос маньяк с бензопилой. Или, как минимум, их визгливая начальница отдела кадров. Медленно, на деревянных ногах, она развернулась на стуле.

За ее спиной, облокотившись на высокий барный стул с чашкой кофе в руках, стоял Чарльз.

Ее Мистер Совершенство собственной персоной. Боже, эти глаза цвета темного янтаря. Идеальная линия подбородка. Сегодня, в дополнение к образу, рукава его белой рубашки были небрежно закатаны до локтей, открывая сильные предплечья. Время остановилось.

Чарльз медленно поднес бумажный стаканчик к губам и сделал маленький глоток, не сводя с нее абсолютно непроницаемого взгляда. Тишина вокруг них стала звенящей, как натянутая струна.

А затем его губы тронула едва заметная, опасная полуулыбка. Такая, от которой у Хлои подкосились колени, хотя она еще даже не встала.

– Мисс Беннет, – произнес он своим глубоким, обволакивающим голосом, в котором и правда слышались легендарные британские интонации. Его взгляд скользнул по ее мгновенно вспыхнувшим щекам и остановился на ее приоткрытых от ужаса губах.

На несколько бесконечных секунд мир вокруг исчез. Он наклонился. Медленно. Невыносимо близко. Хлоя почувствовала тепло его дыхания у своего уха и именно тот самый аромат – сандал и что-то терпкое, цитрусовое. Все мысли исчезли.

– Кажется, ваш салат совсем завял, – прошептал он ей на ухо, достаточно тихо, чтобы у Сэм не было шансов услышать, но достаточно отчетливо, чтобы по позвоночнику Хлои пробежал электрический разряд. – И я бы посоветовал вам поменьше пить кофе в обед.

Он выпрямился так же плавно и бесшумно, как и подошел. Слегка кивнул оцепеневшей Сэм и, прежде чем уйти, оставил свой почти нетронутый стаканчик с кофе прямо на столе Хлои, рядом с ее нетронутым салатом. Как недвусмысленное напоминание. Как улику. Она только что на полной громкости, со всеми пикантными подробностями, призналась ему в любви, в животной страсти и в желании устроить непристойности на рабочем месте. И он слышал. Каждое. Чертово. Слово.

Глава 2.

Секунд тридцать Хлоя не могла пошевелиться. Она смотрела на белый бумажный стаканчик с коричневым ободком, оставленный Чарльзом, как на неразорвавшийся снаряд. В ушах все еще стоял шепот: «Кажется, ваш салат совсем завял». Или это было предупреждение? Или… что?

– Хлоя, – голос Сэм прорвался сквозь вату. Подруга обошла стол и аккуратно потрясла ее за плечо. – Дыши. Ты сейчас похожа на статую перепуганной русалки.

– Он все слышал, – выдохнула Хлоя одними губами, не отрывая взгляда от стаканчика. – Сэм, он слышал все. Про спальню. Про его рот. Про выходное пособие, мать его. Я сказала слово «порочное». Вслух.

– Зато теперь ты знаешь, что Британская Корона благосклонно принимает доклады о состоянии твоих фантазий, – не удержалась Сэм, но тут же виновато поморщилась, поймав убийственный взгляд подруги. – Ладно, прости. Но ты заметила его лицо? Он не выглядел рассерженным. Скорее… заинтригованным. Очень, очень заинтригованным.

Хлоя покачала головой. Легко быть смелой, когда это не твоя карьера и не твое сердце только что рухнули в пропасть одновременно. Она взяла стаканчик, оставленный Чарльзом. Бумага была еще теплой. «Я бы посоветовал вам поменьше пить кофе в обед». Намек на то, что он знает: ее болтливость – это нервы? Или он просто заботится о ее кофеиновой передозировке?

– Мне нужно уволиться, – прошептала Хлоя. – Прямо сейчас. Уехать в Тибет. Заняться разведением яков.

– Глупости. Животные в офисе запрещены политикой компании, – Сэм решительно подняла ее за локоть. – Ты сейчас встанешь, поправишь юбку и пойдешь наверх, как будто ничего не случилось. В конце концов, ты взрослая женщина, которая обсуждала свои желания. Это не уголовное преступление.

Почти не уголовное. Хлоя позволила увести себя из столовой. Каждый шаг до лифта отдавался эхом ее собственных слов: «Я бы вытворяла с ним такое…» Боже, она даже описала вкус его рта. Мята или виски. Зачем, зачем она это сказала?!

Рабочий день превратился в изощренную пытку. Офис опен-спейс, где работала Хлоя, просматривался насквозь, и кабинка Чарльза – стеклянный аквариум менеджера – возвышалась в конце зала. Она кожей чувствовала его присутствие, хотя ни разу не осмелилась поднять глаза от монитора.

Около трех часов дня ее корпоративный мессенджер тренькнул.

Чарльз Грей: Мисс Беннет, зайдите ко мне, пожалуйста.

Хлоя уставилась на экран. Все внутренности сжались в тугой, холодный узел. «Зайдите ко мне». Четыре слова. Он даже не использовал смайлик. Конечно, она уволена. Или, что еще хуже, ее ждет «серьезный разговор о корпоративной этике», во время которого он будет смотреть на нее этим своим невозмутимым, гипнотическим взглядом. Заранее зная, что под ее деловым костюмом скрывается бушующее либидо.

Она встала на ватных ногах. Сэм, сидящая через два стола, показала ей большой палец, одними губами прошептав: «Ни пуха!». Хлоя едва не споткнулась о мусорную корзину.

У стеклянной двери она замерла. Чарльз сидел за столом, просматривая какие-то документы. Без пиджака, в одном жилете поверх белой рубашки – это было еще хуже, потому что ткань обтягивала его плечи, а рукава были закатаны так же небрежно, как и в обед. Он не поднял головы, когда она постучала.

– Войдите.

Голос ровный, деловой. Никакой интонации из столовой. Хлоя шагнула внутрь, аккуратно прикрыв за собой дверь. В этом кабинете всегда пахло им – сандалом и чем-то лимонным. В замкнутом пространстве аромат стал почти удушающим.

– Вы хотели меня видеть, мистер Грей?

Она возненавидела себя за то, как дрогнул ее голос. Чарльз медленно поднял взгляд. И точно – эти янтарные глаза. Сейчас они изучали ее лицо с выражением спокойного, почти научного любопытства. Как будто перед ним был интересный экземпляр бабочки. Очень болтливой бабочки.

– Хотел, – он отложил ручку и слегка откинулся в кресле. – Хлоя. Могу я называть вас Хлоя?

Она кивнула, не в силах издать ни звука. Он впервые назвал ее по имени. До этого всегда была «мисс Беннет». Сердце заколотилось где-то в горле.

– Отлично. Хлоя, – его губы снова тронула та самая полуулыбка, от которой у нее подкашивались колени. – Должен заметить, ваш подход к обратной связи довольно… нетрадиционный.

«Обратная связь». О боже, она сейчас провалится сквозь этот начищенный до блеска пол.