Марго Лаванда – Ребенок от Деда Мороза (страница 1)
Марго Лаванда
Ребенок от Деда Мороза
Глава 1
Большинство любовных романов на тему «босс и секретарша» начинаются с того, как последняя приходит устраиваться на работу. Он – босс, эдакий весь из себя красавец вырви глаз, а она – секретарша – скромница, недотрога. Ну так вот, это все не про меня. Не моя история. Я пашу на своего босса уже год, да и не секретарша я, а сотрудник отдела аналитики в крупном строительном холдинге «Ветер Перемен».
А самое главное – начальник отдела аналитики, мой босс, Федор Иванович Петров – ну ни в коем разе не красавец. Лет под пятьдесят, залысины и скверный характер. Вот суровая правда жизни – это вам не любовное чтиво!
И в то же время, представьте себе ирония, я влюблена в босса!
Только это – большая тайна о которой ни единая душа не знает.
Самый главный босс – президент холдинга, Герман Александрович Самойлов, тот, до которого мне далеко как до солнца. Наследный принц – его отец отошел от дел холдинга несколько лет назад. За это время Герман в два раза повысил стоимость акций холдинга, да и вообще много чего успел. Хватка как у акулы. Внешность как у модели с обложки «Men's Health». Женщин вокруг, разумеется буквально толпы. Герман разборчив, критичен и категорически не приветствует романы на работе.
Стыдно признаться, но фантазии меня посещают именно о нем. А кто бы устоял? Этот мужчина невыразимо роскошен! Правильные черты лица, прожигающие насквозь серо-голубые глаза, чувственные губы, правильной формы нос, черные волосы, всегда идеально подстрижены и уложены. Одет с иголочки. Педант во всем – как в работе, так и во внешности. А какая фигура! Глядя на мощные плечи и огромные руки поневоле начинаешь дрожать, покрываешься мурашками с макушки до пят. Торс до того массивный, что хочется сглотнуть, когда этот мужчина приближается к тебе. Он словно дикий зверь, скрытый под маской идеального джентльмена. От требователен и строг. Погружен в работу двадцать четыре часа в сутки. Никакой личной жизни, скажете вы. А вот и нет! У этого человека все по расписанию! Даже интимная жизнь!
Откуда я так много знаю?
Дело в том, что его секретарь – моя лучшая подруга. Она досталась молодому боссу еще от отца. И стала единственной деталью, которую новое начальство не стало менять. Пока.
Вера Николаевна Гордеева, или просто Вера – дама средних лет, проработала с Александром Петровичем Самойловым около двадцати лет. И когда последний решил уйти на покой, а точнее – уехать на постоянное проживание в Прованс, заниматься виноградниками, Вера Петровна ужасно расстроилась. Очень переживала, что ее сразу же уволят. У нее как раз дочь замуж выскочила, малыш на подходе, помогать надо… Я как могла утешала подругу. Несмотря на разницу в возрасте – Вере пятьдесят, а мне всего двадцать пять, у нас крепкая дружба. Эта женщина очень помогла мне на первых порах в холдинге. Подсказывала, предупреждала о подводных камнях. Коллектив огромный, женщин много, поэтому сплетни, интриги, подсиживание цвели пышным цветом. А работа хорошая, зарплата отличная, график, поэтому я была полна решимости удержаться здесь. И удержалась, но во многом благодаря Вере.
Так вот, отпрыск Александра Петровича, Герман Александрович Самойлов, сделал широкий жест – успокоил страхи Веры и оставил ее на месте секретарши. Хотя на этом ликование моей дражайшей подруги закончилось. Герман оказался совсем другим начальником, нежели отец. В десятки раз более требовательным и строгим, не прощающим ни единой ошибки. Сухарь и педант – эти слова Вера повторяла чаще всего, во время наших посиделок за чашкой чая. Мы частенько вечерами сидели в любимой кофейне неподалеку от работы.
Вера много рассказывала о Германе, а я жадно слушала. Сама я могла лишь изредка видеть предмет своей влюбленности издалека.
Конечно же, Вере я даже намека на свои симпатии не давала. Ведь это ужасно стыдно! Где я, а где Самойлов!
Поэтому новость, которую я услышала сегодняшним утром, тридцать первого декабря, ввела меня в глубокий ступор!
Все дело в том, что холдинг празднует Новый год всегда с размахом. Остальные праздники – гораздо скромнее. Но вот именно новогодний – это неизменно дорогое праздничное шоу с подарками, танцами, конкурсами, ну и так далее. Я вообще-то не любительница таких мероприятий, прошлогодний праздник провалялась в постели с ангиной. Радовалась, что на этот попаду, хотелось очень вкусненького, ведь стол роскошный, вплоть до омаров!
И вот, заместитель Федора Ивановича, дама во всех смыслах неприятная, въедливая, Валентина Радионовна Шпорина, сообщает мне прямо с утра невероятно шокирующую новость:
– Будешь Снегурочкой, Синичкина.
– Что, простите?
– Игнатьева сломала ногу. Руководство посовещалось и выбрало тебя на замену. Вот сценарий.
– Что… простите, что за бред. Я не могу…
– Почему? У тебя тоже нога сломана?
– Но Лена… Игнатьева, она умеет, она три года подряд, она это обожает. Лена когда-то даже в престижном универе училась!
– Пустой треп, Синичкина. Понторезка эта Игнатьева. Еще и подвела так.
– Но простите, как… Я не могу. Я не готовилась, а это уже вечером!
– Да что там уметь-то? Тебя же не Анну Каренину играть в Большой Театр приглашают! – вскипает Шпорина.
– В Большом Театре танцуют балет, извините.
– Нет, она меня еще и поправляет! Какая разница? Вот именно, тебя словно Жизель плясать заставляют! Раздашь подарки, поздравишь с бумажки, все! Гуляй Вася! Еще и премию дополнительную получишь.
– О, за это дают премии?
– Нет, Игнатьева делала ради удовольствия, – морщится Шпорина. – Но тебе я вижу дополнительный стимул нужен.
– А кто… кто будет Дедом Морозом?
– Ну какая тебе разница? Да что ж ты за человек такой, сил нет. Я устала, мне еще в парикмахерскую успеть надо. Так, короче, вот сценарий, изучай. Сегодня освобождаешься от работы!
– Ой, я тоже записалась в парикмахерскую…
– Тебе зачем? У тебя корона с косами любой причесон сомнет. Ничего, у тебя и так, Настя, волосы красивые.
Растерянная, бреду в свой кабинет. Точнее, в большой офис где сидим впятером с девочками. Сажусь за свой стол и невидящим взглядом пялюсь в сценарий. Только в голове пусто. Я не из тех, кто любит внимание, выступать на сцене – это не мое! Никогда не пробовала даже. И заманчивое слово «премия» не греет, хотя деньги то конечно нужны. Я живу вдвоем с мамой, в стареньком доме, из последних сил держим хозяйство, корова у нас, куры, огород. Только так и выживаем. Добираться до работы приходится час на старенькой дребезжащей «Ауди». Но снимать квартиру не вижу смысла – деньги на ветер.
Теперь понимаете, почему моя влюбленность в Германа Самойлова – полная утопия?
Мы с разных планет, абсолютно…
Хорошо, буду думать про деньги, сцеплю зубы и кое-как переживу этот вечер.
В школе я даже мечтала одеть костюм Снегурочки. Вот только в школьные годы я полной была. Так что мама шила мне костюм снежинки, и я была самой большой снежинкой в школе. Окончив одиннадцать классов, я взялась за свою фигуру, надоели косые взгляды и что толстухой дразнят. Самым сложным было отучить маму печь пирожки. Печет она восхитительно и вот это ее умение мне и вышло боком и лишними килограммами.
Мама сдалась, я начала бегать по утрам вокруг деревни, так что все удалось. Теперь пропорции фигуры у меня почти идеальные, только грудь не девяносто, крупновата, третий размер. Что ужасно смущает, но эта часть моего тела худеть категорически отказывается.
– Ты точно не в курсе кто будет Дедом Морозом? – пытаю Веру во время обеденного перерыва. Сидим с ней в буфете за любимым столиком.
– С чего мне это знать? Я и так делами завалена, Настюш, и, если честно мне все равно. Странно, что тебе нет…
– Я же буду Снегурочкой!
– Ну и что? Какая разница кто с тобой на сцене час будет стоять и толкать речь? Хоть сантехник Иван, хоть наш дорогой босс Герман…
– Не говори ерунды, – аж подпрыгиваю. – С чего это Самойлову в Деда Мороза наряжаться?
Вера бросает на меня какой-то странный взгляд и мне становится не по себе.
– Серьезно? Не шути, умоляю!
– Да что такого, Насть? – раздражается Вера.
– Ничего… Но сам босс. Зачем это ему?!
– Спор с замом. Как дети, ей богу. Поспорили и теперь Самойлов весь день не в духе, вот прям как ты.
– Я… Откажусь. Прямо сейчас.
– Ты совсем с ума сошла? Да за костюм Снегурочки тогда смертоубийство начнется! Каждая из холдинга от восемнадцати и до семидесяти жаждет на сцене с красавцем боссом постоять. А ты еще и кочевряжишься!
– Вер… это случайно не ты руку приложила? Ко всему этому?
– А хоть бы и я? Тебе почти тридцать, Насть. Пора подумать о семье.
– Но Самойлов!! О чем ты думала?
– О том, что хочу для тебя лучшего.
– Боже, ну выйду я с ним на сцену и что? Откуда возьмется лучшее? Он меня в короне и с искусственными косами увидит и влюбится без памяти?
– Кто знает, дорогая. Успокойся.
– Не могу! Я должна отказаться! Я же… я обязательно что-нибудь не так сделаю! Еще и уволят вместо премии…
– Ну вот видишь, ты под это дело еще и премию выбила из Шпориной? Горжусь тобой, Настюша.
С Верой просто невозможно разговаривать!
В этот момент мимо царственно проплывает Вика Фролова, главная красотка холдинга, бегающая за Германом точно собачка. В новом дорогом мутоне до колен, собирая завистливые взгляды. Вика – секретарша зама, но ее цель – босс номер один и абсолютно точно ничто не заставит ее свернуть с этого пути. А еще она противная, хамка и лицемерка. Поначалу, когда она на работу в холдинг пришла, то совсем другой была. Мы некоторое время даже дружили, делились проблемами, поддерживали друг друга. Но потом Вика пошла по головам. Было очень обидно чувствовать себя использованной.