Марго Лаванда – Неверный. Его вторая семья (страница 9)

Я бросил Жанну, чтобы выполнить волю родителей. Она с горя вышла замуж за другого.

Но беременна уже была от меня.

Классика жанра, не так ли?

Жанна конечно получила от меня за самовольство. Но быстро вернула себе прежнюю уверенность. Кайфовала, жила в дорогой квартире, ходила по магазинам. Чего еще желать бывшей эскортнице?

Это позже ей захотелось большего. Или всегда такой была?

Я не настолько знаток женской психологии.

Мать тоже узнала случайно, увидела в телефоне отца фотографию Марата, пристала с вопросами. Чуть до инфаркта его не довела истерикой, требуя сказать правду. Отцу ничего не оставалось как признаться, открыть секрет, который я так тщательно скрывал.

К тому времени все документы были окончательно готовы. Хороший знакомый в самых высокопоставленных кругах помог с паспортом. Это было самым сложным, пожалуй. Должен был быть настоящий документ, а не поддельный.

Мать к тому времени требовала показать ей мальчика. И для начала потребовала все медицинские доказательства моего отцовства. Мои родители никогда не были наивными и доверчивыми. Они прожили длинную жизнь, всякого повидали, что сделало их очень подозрительными, особенно в том, что касалось денежного вопроса. Поэтому я и хотел делать все постепенно, и очень аккуратно. Но вышло как вышло.

Конечно, история не сильно матери понравилась, я выслушал много упрёков и обвинений в том, что подставил семью. Что невесть откуда взявшийся взрослый ребенок – удар по репутации. Это было неизбежно, с этим смирился. И вот когда оставалось последняя фаза моего плана, то есть отправка Жанны с круглой суммой денег куда подальше, произошло покушение, которое смешало все карты.

Теперь отец убит, мать не в себе, а Марика ненавидит меня. Наверное, со стороны я кажусь ужасным чудовищем, которое не заслуживает своего счастья, не заслуживает верной женщины…

Хотя, как я могу верить в верность Марики после увиденного на кухне?

Снова кровь закипает, стоит вспомнить эту омерзительную картину!

Да, жена выглядела очень растерянной, испуганной. Со стороны это не было похоже на страстные объятия любовников. Я конечно поторопился с эмоциями, наговорил и всякого очень сильно разозлился, ревновал.

Сейчас начинаю жалеть об этом. Моя девочка беременна. Надо заботиться о ней, защищать. Ото всех на свете!

Наверно она сейчас задаётся вопросом, можно ли мне поверить? Был ли я откровенен?

Рассказ про Жанну был сумбурным, я психовал. Возможно, не до конца смог убедить в том, что эта женщина – лишь проходной эпизод.

Меня буквально силой к Марике тянет. Увеличиваю скорость на трассе. Нарим крякает протестующе, но продолжаю гнать. Хочу увидеть ее. Пусть просто посмотреть, как спит. Завтра я снова продолжу разговор с ней. Все объясню ей как следует. Она должна понять, что только ее люблю!

Глава 10

Вхожу в родительский дом, на душе становится тягостно, сердце ноет. Потерю отца еще не осознал окончательно, занятый стремительно развивающимися событиями. Мне еще предстоит пройти через все степени принятия этой трагедии, я это отчетливо понимаю. Но сейчас я хочу к жене…

– Айсар! Откуда ты… – мне навстречу идет мама. – Я думала, что ты в своей комнате. Ты к Рустаму ездил? Что ты сделал? Он в порядке? – ее трясет, приходится подойти и обнять.

– Все хорошо, успокойся пожалуйста. Достаточно стресса на сегодня. Идем, провожу тебя в комнату. Зачем ты встала?

– Потому что переживаю! Не могу уснуть. Расскажи мне, прошу. Вы поговорили? Ты не сделал ему ничего плохого?

– Нет, мам. Не сделал. Со мной Нарим был, его спроси. Но я очень зол. Как Рустам посмел прикоснуться к Марике? – злость снова закипает, стоит вспомнить ту сцену.

– Значит, твоя жена дала повод! – восклицает возмущенно. – Вы оба хороши! А эта твоя Жанна?! Она опозорила нашу семью! Я думала, она приличная женщина. Ты уверял меня в этом. Зариф тоже так говорил… Но она ведет себя дико, странно.

– Я отправлю ее утром отсюда, как можно дальше.

– Отправишь? Это было бы неплохо, но ребенок! Я хочу взять Марата к себе. Сейчас мне это необходимо. Отвлечься. Он славный, хороший малыш. Я полюбила его.

– Так и сделаем, – киваю.

– Ты договоришься с этой женщиной? Скандал нам не нужен. Откупись от нее! А еще лучше… Выдай ее замуж

– Кстати, неплохая идея. Спасибо, мам. Так и сделаю.

– Да? Я ведь не шучу, сынок.

– Я тоже.

– Но она заявила, что снова беременна! Что же ты натворил? – всхлипывает мать.

– Это ложь. Скорее всего, – морщусь как от зубной боли.

– Скорее всего? Айсар! То есть, ты толком и не помнишь? О Аллах, сынок! Ты меня без ножа режешь!

– Мам, не принимай все так близко к сердцу. Успокойся. Я решу. Помнишь, я попал в перестрелку? Рука чертовски болит.

– Прости… – мать бледнеет.

Черт, какой же я идиот. Напомнил ей о смерти отца. Хотя, разве она может забыть об этом хоть на миг? Нет конечно.

– Прости меня, мам. Ты права, я дел наворотил. Все в кучу. Но я разберусь, дай немного времени.

– Милый, да ты горишь весь, сынок, – мать дотрагивается до моего лба, начинает тревожиться все сильнее. – Надо посмотреть твою рану! Это может быть опасно.

Надо немедленно вызвать врача!

– Утром позвоним ему. Он только недавно уехал…

– Мне плевать! Нарим, съезди за Артуром! Разбудишь, ничего страшного.

– Как скажете, Эльвира, – раздается голос моего начальника охраны. – Я быстро.

– Мам, все. Оставь меня. Я к жене пойду.

– Прекрати, ты на ногах не стоишь. Может в больницу надо. Я не могу потерять кого– то еще! Неужели этого не понимаешь, Айсар? Да и не надо сейчас Марику трогать, наговорит тебе всякого. Ты сейчас вряд ли в состоянии говорить разумно. Надо остыть, милый. Никуда от тебя Марика не денется. Идем в твою комнату. Тебе лечь надо, – настаивает на своем.

Мне и правда все хуже. Зрение становится нечетким. С облегчением падаю на кровать.

– Я виноват перед женой, – говорю едва слышно.

На лоб опускается влажная тряпка. Как приятно.

– Ты ни в чем не виноват! Ты видный мужчина, тем более, история с Жанной так давно была. Случается такое. Винить себя за сына не смей! Дети посланы нам небесами. Марика должна будет принять и любить Марата, как своего родного ребенка!

– Мы сами разберёмся. Тебе не кажется, что ты лезешь уже не в своё дело? Я не стану принуждать Марику принимать ребёнка. Но если ты хочешь, можешь взять мальчишку полностью на себя.

– Конечно хочу! Так будет лучше всего. Как ты хорошо все расставил по местам, милый.

Чувствую сильную слабость, избавиться от матери не получается. Она просит служанку принести чай. Продолжает обсуждать внука, не может остановиться.

Мои глаза закрываются, но тут возвращается Нарим с врачом.

– Так не пойдёт, Айсар! – сердится Артур Генрихович, наш семейный доктор. – У тебя воспаление, надо в больницу.

– Вколи мне антибиотик. Утром приеду покажусь в больнице.

– Это может быть небезопасно, сын, – поддерживает врача мама.

Артур матерится, но ему не удается переубедить меня.

Самочувствие всё ухудшается, я начинаю бредить, Артур долго возится со мной, обрабатывает рану. Мать не отходит, меняет мокрые повязки на голову. Сбивают наконец температуру, проваливаясь в сон продолжаю слушать увещевания отправиться в больницу. Меня колотит озноб.

***

Открываю глаза. Светает. Чувствую себя значительно лучше. Всю ночь меня трясло от лихорадки, постель влажная. Но сейчас сознание абсолютно ясное, и еще я чертовски хочу есть. Быстро иду в душ, одеваюсь, затем спускаюсь вниз.

– Айсар! Ты уже встал? Как себя чувствуешь? – мама тоже уже на ногах, хлопочет на кухне.

– Просто отлично. Умираю с голоду.

– Хороший знак, – улыбается. – Завтрак почти готов.

– Ты зачем так рано встала? Шесть утра всего.