Марго Харт – Наемник (страница 35)

— Дамиан, что не так?

— Возможно, я пропаду на какое-то время.

— Возможно?

— Велика вероятность, — каждое слово Дамиана откликалось сильнейшим ударом сердца в груди девушки. — Если я не вернусь через три дня, то в моей квартире нельзя будет оставаться. На журнальном столе в гостиной лежат ключи от другой, рядом будет адрес.

— Я не понимаю, — Веласкес отпрянула, поперек горла встал ком. — Что это все значит?

— Селия, — выдохнул наемник и вновь подлетел к девушке, бережно обхватив ее шею ладонью. — Доверься мне. Прошу тебя.

Поняв, к чему вел Бланко, Селия протестующе замотала головой. В ее голове не могла задержаться мысль, что совсем недавно появившись в жизни Веласкес, наемник столь же быстро мог покинуть ее.

— Ты — причина, по которой я хочу жить. По-настоящему, — он коснулся своим лбом ее, говоря шепотом. — Но, к сожалению, моя судьба может не позволить мне этого.

— Так откажись ты от этого, черт возьми! — всхлипнула Селия и зажмурилась. — Откажись!

— Не могу, глазки.

— Можешь!

Дамиан горько усмехнулся и невесомо коснулся лба девушки губами.

— Не могу. Они не оставят нас в покое.

— Тогда сделай так, чтобы оставили. Ты ведь, mierda, наемный убийца!

Брови Бланко взлетели, взгляд выдавал изумление с примесью насмешки.

— Говорит мне человек, который изначально ненавидел меня за это.

— Сейчас… — Веласкес помедлила, рваным движением стирая слезы с лица. — Сейчас другая ситуация. Они причинили вред моему отцу, моей подруге. За что мне их жалеть?

— Изменилась, — пронеслось в голове наемника, и он удовлетворенно хмыкнул своим мыслям.

— Машина, кстати, тоже будет в твоем распоряжении, — вновь перевел тему Дамиан, протянув девушке положенный презент. — Мне пора. Не вздумай сожалеть о чем-либо, глазки. Только не ты.

Палец напоролся на шип одной из белых роз, изящных и таких невинных, но Селия не одернула руку, смотря вслед уезжающей машине.

Глава 24

Кровь стекала по локтям, щекотала кривыми дорожками запястья и обволакивала ладони. Его грудь тяжело вздымалась, пересохшие губы были приоткрыты. Он только что убил того, кто учил его убивать других. Но ни облегчение, ни чувство душевной, мать его, утраты не трогали простреленную снарядами разного калибра душу.

Он только что убил свою кровную родню. Безумного дядюшку, одного из самых неуловимых киллеров, на попечение которому подкинули Дамиана, и вместо детства мужчина подарил ему пытки, испытания, закал болью. Чудовищней могла быть только кровожадная улыбка, застывшая на лице родственника на последнем издыхании.

Вбежавшая в комнату женщина не грозилась повалиться в обморок. Это была его тетя. Единственная, кто мало-мальски проявляла снисхождение к Дамиану. Казалось, она вовсе не удивилась подобному исходу. Закономерному для таких, как они.

Для киллеров. Для головорезов. Для наемных убийц.

Опустившись на колени у исколотого ножом трупа, женщина осторожно коснулась лишенного жизни лица человека, которому отдала свое сердце.

— Смой кровь, — беззлобно прошептала она, не глядя на парня. — И избавься от ножа.

Всему приходил конец. Все имело предел.

Ученик не превосходил учителя.

Он его у б и в а л.

Бланко мотнул головой, прогнав непрошенные воспоминания. Сложилось впечатление, будто они пророчили то, чего он совершенно не хотел — чтобы Селия стала свидетелем его смерти. Девушка, не сделавшая ничего особенного, чистая случайность и самая желанная искра, осветившая его жизнь, пусть и ненадолго.

Ночная прохлада остужала разум, крепкий сигаретный дым отравлял его. В ногах Дамиана стояла сумка, набитая купюрами разного номинала, от которой хотелось избавиться как можно скорее. Да, это были самые настоящие деньги, не фальшивка и не качественный муляж, и парень без сожаления готовился расстаться с ними.

Окурок полетел в сторону, послужив стартом обратного отсчета. Наемник впервые не предполагал, чем могла закончиться эта встреча и какой стороной ляжет жребий.

— Верное решение, Дамиан, — довольно поприветствовал Эрнандес, сидя на своем излюбленном кожаном кресле с видом едва ли не самого Фараона. — Проверьте его.

Несколько человек окружили Бланко, начав ощупывать карманы и места, где могло быть запрятано какое-либо оружие. Парень стоял на месте, не выражая никакого недовольства, и смотрел на бывшего босса в упор. Когда у него забрали пистолет, один из телохранителей решил дерзнуть и грубо толкнул Дамиана в спину, однако, и тут он не стал реагировать.

— Выпьешь напоследок? — мужчина указал на графин с виски. — Яда нет, не беспокойся. Ты умрешь сегодня от пули.

Парень молча бросил тяжелую сумку на стол, прямо под нос Конрадо, и, расправив плечи, засунул руки в карманы. Мужчина цокнул языком.

— Где же твои манеры?

— Давай покончим уже с этим. Если хочешь убить меня — убивай. Мне твой фарс уже поперек горла.

— Не-не-не, сопляк, — ядовито усмехнулся Эрнандес, отрицательно помотав указательным пальцем. — Сначала я проверю, настоящие ли деньги. Иначе с кого мне потом требовать их снова?

— Прошу, — кивнул Дамиан.

Бывший босс не спешил, словно желая по полной насладиться этим алчным моментом соприкосновения с банкнотами. Бланко уже давно не удивлялся тому, насколько у некоторых людей вставало на то, что им не принадлежало. Особенно в мире мафии, где не было края человеческой аморали, но, как бы то ни было, жадность также могла сыграть с нечестивым человеком очень и очень плохую шутку.

Конрадо залпом осушил стакан с виски, после чего потянулся к замку на спортивной сумке. Дамиан все же сел на стул напротив, наблюдая за тем, как хищно заблестели глаза мужчины, стоило ему только завидеть манящие стопки купюр. Он запустил в сумку обе руки и блаженно ощупал бумажную ценность.

— Вот и славно, — заключил Эрнандес, подергав и осмотрев несколько купюр на свету.

Губы Бланко скривились в холодной, презрительной ухмылке. От здравости бывшего босса не осталось и следа. На то и был расчет.

— Что может быть прекрасней этого? — Конрадо помахал перетянутыми резиной пачками, чтобы затем поднести их к носу и со свистом втянуть «дорогой» запах. — Чего тебе не хватало?

— Не знаю даже, — пожал плечами парень. — Честь, например? Особенно, когда ты начал сливать всю подноготную заказчиков, чтобы потом Марино могла давить на них и, скажем, проталкивать свой галимый товар?

Эрнандес так и застыл с незаслуженным гонораром в руках.

— Было очень любопытно покопаться в твоем грязном белье.

Пистолет, что мужчина достал из-под стола, оказался направлен на наемника. Он наигранно поднял руки в примирительном жесте.

— Ты залез туда, куда не надо было лезть. Твоя задача заключалась в том, чтобы просто за бабки делать то, что умеешь лучше всего. Но нет же! Тебе, говнюку, приспичило присунуть какой-то очередной миленькой шалаве и взбрыкнуть. Надеюсь, ты успел…

Зрачки Конрадо сузились. Рука, в которой находилось орудие, затряслась. Сердце неистово заколотилось. Холодный пот прошиб все тело.

— Видишь ли, Эрнандес, — попутно начал парень, пока бывший босс схватился за грудь, выронив пистолет. — Я ведь говорил, что могу добраться до тебя и первым.

— Ты… Сукин… Сы…

— Деньги, которые тебе не принадлежат, но ты их так желал получить, пропитаны ядом. В такой концентрации, чтобы смерть наступила быстро, но и помучаться ты успеешь.

Мужчина судорожно хватал ртом воздух, ошалевшим, наполненным ужасом взглядом уставившись на Дамиана.

— А еще я поболтал с твоими людьми, которые должны были расправиться с Веласкесом по прилету. Разговор вышел коротким.

В кабинет вбежали телохранители, вероятно, заподозрившие по мученическим звукам неладное, и тут же схватились за пистолеты. Бланко вскочил со стула и швырнул его в их сторону, выбив себе этим время и, нанеся несколько ударов одному, с помощью его же руки выстрелил во второго на поражение. Затем, вырвав пистолет, прикончил и первого пулей в лоб.

В коридоре сбежалась толпа головорезов. Несколькими выстрелами Бланко припугнул их и заставил скрыться за углами, но лишь для того, чтобы выждать подходящий момент и попасть в точности по живым мишеням.

— Бланко, ты труп, конченый идиот! — выкрикнул один из них.

Дамиан разошелся до той отметки, когда вид крови отравлял разум безумием, стремительно циркулирующим по венам, и выводил из строя всю тормозную систему самосохранения. Перезарядив пистолет, парень вышел коридор и быстрым, твердым шагом направился к тем, кто еще имел способность дышать. От неожиданности они не успевали среагировать и получали пулевые ранения в места, объем кровопотери из которых не оставлял и шанса на жизнь. А добравшись до крикуна, которого наемник оставил напоследок и который был тем, кто толкнул его в спину, он прострелил ему плечо, после чего схватился за рану, из которой тут же засочилась кровь, и со всей силы сдавил ее. Мужчина взвыл и осел на пол, безуспешно попытавшись отлепить свободной рукой Бланко. В следующий момент тот приставил к его подбородку дуло и выстрелом вышиб мозги.

Снова чужая кровь на руках. Снова отсутствие жалости и колебаний.

Он — Дамиан Бланко. Таким его сотворили, таким он и умрет.

Парень вернулся в кабинет, где, привалившись к стене, взмокший и побледневший, еще пытался схватиться за ускользающую нить жизни Эрнандес. Еще один человек, после Мануэля, захлебнувшийся жадностью.