Марго Харт – Наемник (страница 11)
Спустя несколько часов половина организационных вопросов была решена, дело оставалось за малым — обзвонить декораторов и поставщиков, дабы снова все подтвердить. Порой ответственность Селии зашкаливала до приставки «гипер», и тогда девушка готова была перепроверять все хоть по сто раз. Но это уже сказывалось больше перенапряжение, нежели неуверенность.
Веласкес соорудила на мини-кухне для сотрудников компании сэндвич и, надкусив его на ходу, направилась к дивану, что стоял напротив больших панорамных окон, но на половине пути от неожиданности чуть было не выронила из рук что тарелку, что сэндвич.
— Señorita Веласкес! — крикнула Габриэла так, словно, по меньшей мере, на них летел метеорит.
Лучше бы это был метеорит.
Помощница, буквально искрящаяся от любопытства, в руках несла букет.
— Вам доставка.
Селия едва не подавилась, прикрыв тыльной стороной ладони рот, а когда усилием воли все-таки проглотила несчастный кусок, непонимающе уставилась на девушку.
— Уверена, что мне?
— Абсолютно. Курьер четко назвал ваше имя. А еще здесь открытка, но я не читала.
Веласкес сунула тарелку с недоеденным сэндвичем помощнице и, отряхнув руки, забрала неожиданный презент.
Кроваво-красные соцветия кустовых роз, обернутые крафтовой бумагой. Они завораживали и напоминали что-то, что заставляло сердце девушки биться быстрее.
Взгляд зацепился за открытку, прикрепленную к бортику упаковки миниатюрной декоративной прищепкой. Селия аккуратно сняла ее и раскрыла.
— Если не секрет… — словно через вакуум, слова Габриэлы звучали глухо, где-то на заднем фоне. — От кого такая красота?
Но Селия не ответила, перечитывая раз за разом выведенную черными чернилами волнующую фразу.
«До встречи».
Глава 9
Рубиновая жидкость плескалась на дне бокала, ножку которого придерживали с намеком на аристократичность тонкие женские пальцы. Их обладательница со скучающим видом покручивала изящным стеклом, удерживающим дорогостоящий «Клос Эрасмус», а когда ей в итоге надоела эта игра — залпом осушила винные остатки.
— Он должен знать свое место, — раздраженно цокнула Марино, подзывая официанта, дабы тот по новой налил напиток, что произошло незамедлительно.
— Не нервничай, Карла, — лениво ответил Конрадо, поджигая сигару. — Всему свое время.
Взгляд лисьих глаз, густо подведенных темными тенями, внимательно следил за тем, как первые клубы дыма показались в воздухе. Мужчина совершенно не выражал никакой озабоченности, словно из-под его контроля не вышла буквально выращенная с пеленок машина для убийств, знающая слишком много и способная на многое. К сожалению, Карла таким спокойствием не могла похвастаться.
Эрнандес перестал двигаться, когда блондинка, недобро ухмыльнувшись, привстала со стула и наклонилась к Конрадо, медленно вытащив из его руки сигару. Сев обратно, женщина с наслаждением втянула в себя сигарный дым и выдохнула в увешанный блестящими люстрами потолок, запрокинув голову. Она сделала это так легко, будто то был не элитный тяжелый табак.
Кроме них в ресторане из посетителей больше никого не было.
— Ты не понял, дорогой, — Карла закинула ногу на ногу, сверкнув черными лакированными туфлями. — Времени нет. За ним бы последить. Он думает, что неуловим, но он такой же человек со своими слабостями и пороками. Просто у него их чуть меньше.
Конрадо нахмурился, недовольный женской настойчивостью, на что в ответ получил лишь натянутую невинную улыбку.
— Я знаю Бланко лучше тебя. Как он работает и что сделает, если поймет, что за ним следят. Его таким не выведешь.
— Ты преувеличиваешь. Он всего лишь зазнавшийся щенок.
— Разве что гуль донга.
Эрнандес взял со стола коньячную рюмку и опустошил ее, после чего с громким стуком поставил обратно. Мужчина нервно одернул полы пиджака и коротко кивнул.
— Я займусь этим. Но не говори потом, что я не предупреждал.
➳➳➳➳➳┄┄※┄┄➳➳➳➳➳
Все шло так, как и должно было: по плану, без не состыковок. Ощущение контроля придавало Селии сил и открывало второе дыхание, ведь впереди было еще несколько важных этапов благотворительного приема.
Она уже не помнила, со сколькими представителями элиты общества успела переговорить, но, благо, беседы надолго не затягивались.
Присутствующие пестрили своими белозубыми улыбками, то и дело поднимая фужеры с игристым. Одетые в сшитые на заказ по строгим меркам костюмы и вечерние платья, гости искусно скрывали свое истинное отношение друг к другу — презрительное, завистливое, высокомерное.
— Селия, дорогая!
К Веласкес, лучезарно улыбаясь, подошла жена одного из чиновников. Девушка часто видела ее на публичных мероприятиях, а потому хорошо запомнила.
— Señora Мендес, — вторила ответной улыбкой Селия, оглядев гостью с ног до головы. — Выглядите изумительно!
На женщине было черное платье без рукавов, на одной из сторон которого, в районе ключицы, красовалась красная роза с огромными тканевыми лепестками.
— Благодарю, дорогая, — собеседницы обменялись невесомыми поцелуями в щеку в качестве приветствия. — Как ваш отец?
На мгновение в Веласкес разразился внутренний протест, но, взяв себя в руки, она быстро успокоилась и дала ответ.
— Вскоре планирует возобновить работу.
— Ах, я так рада, что эта ужасающая ситуация не пошатнула его. Ваш отец — талантливый человек!
С тех пор, как Рико едва не угодил за решетку, многие гадали, как ему удалось избежать наказания. Одни распускали сплетни о подкупе, другие — о связях в судебной системе, и лишь единицы верили, что это действительно была ошибка. На самом деле все обстояло куда хуже.
Селии пора было уже привыкнуть к назойливым вопросам касаемо семьи, но что-то переломилось в мироощущении девушки. Что-то, что не позволяло отпустить ситуацию на самотек. Как будто все теперь было видно через серую призму жестокой реальности: у кого деньги — у того и власть.
— Приятно слышать эти слова от вас, señora Мендес, — благодарно кивнула Веласкес. — Как продвигаются дела у вашего мужа?
Вежливость на таких встречах не всегда являлась признаком воспитанного человека. Скорее, это была проверка на то, как далеко ты сможешь зайти, если не ответишь взаимностью, ведь для представителей высшего класса публичное игнорирование сродни с плевком в лицо.
Они обменивались любезностями еще какое-то время, пока Селия не поспешила откланяться: следовало проверить, все ли готово к началу аукциона. Все вырученные средства должны были перейти на счет одного из благотворительных фондов Барселоны.
Постепенно за круглыми столами, выставленными по всему периметру зала, свободных мест становилось все меньше. Белоснежные скатерти, сверкающие в приглушенном свете бокалы и знаменитые репродукции, привносящие изысканности вечеру. Веласкес стояла на сцене у трибуны, расположенной аккурат по середине, и, используя плавную жестикуляцию, объясняла помощникам детали предстоящего аукциона.
Когда холл наконец стих в ожидании, прерываемом лишь тихим смехом готовящихся раскрыть кошельки филантропов, Селия спустилась и направилась в конец зала, придерживая подол платья. Она села за последний свободный стол и, закинув ногу на ногу, облегченно выдохнула — дальше дело было за малым.
Внешне девушка выглядела предельно собранной: ровная осанка, приподнятый в уверенности подбородок, расслабленно покачивающаяся нога, обвитая плетеными босоножками на высоком каблуке. Но внутри… Внутри что-то угрожающе колыхалось. И это не было связано со столь ответственным мероприятием.
Взгляд Веласкес скользил по залу, словно она пыталась обнаружить что-то очень важное. Или кого-то. Но когда глупая надежда не оправдалась, девушка иронично улыбнулась своим мыслям, легким жестом руки откинув волосы назад.
На что она рассчитывала? Селия и сама не понимала. Разум кричал, твердил, яростно угрожал растоптать в клочья остатки самообладания, если девушка не одумается.
Он не был тем человеком, с которым нужно было искать встречи.
Он был человеком, которого вовсе нельзя было встречать ни при каких обстоятельствах.
Веласкес часто заморгала, когда звуки аплодисментов вырвали ее из забвения. Она спохватилась и на автомате сделала тоже самое, что и все присутствующие в зале. Только потом до нее дошло — уже несколько лотов успешно продали.
Захотелось выпить. Полупрозрачная бутылка игристого на столе пришлась кстати. Но стоило Селии потянуться к ней, как чья-то мужская рука опередила ее. Где-то позади дернулся официант, намереваясь выполнить свою работу, но он был остановлен вежливым отказом.
Дамиан без особого усилия откупорил напиток и разлил по фужерам, но на девушку взгляда не поднял. Она завороженно наблюдала за каждым его действием, буквально ощущая на коже эту будоражащую уверенность.
Все тот же черный костюм, но на этот раз с классической белой рубашкой, расстегнутой на две верхние пуговицы. Когда парень протянул один из бокалов Веласкес, на его запястье сверкнул ободок металлических часов.
Наемник наконец посмотрел на Селию, и та заметила в темном взгляде задорный блеск. Она уже приоткрыла алые от помады губы в попытке начать разговор, но и здесь ее опередили.
— За твою превосходную работу, — с долей гордости улыбнулся Дамиан и приподнял свой фужер.
Веласкес ответила тем же, поднеся напиток ко рту. Взгляд парня переместился с необычайно голубых в эту секунду глаз на губы, которых коснулся алкоголь.