Марго Генер – Ворг. Успеть до полуночи (страница 31)

Шаман вытаращился на меня изумленно и выкрикнул:

– Думали, бабка утянет! Все попадаются на родственниках. Как увидят, так бросаются обниматься. А ты пер как бык, будто не по миру духов шел, а через тыквенное поле.

– Вообще‑то я ворг, – многозначительно напомнил я шаману.

Он отмахнулся, сдвинув брови.

– Не важно, – сказал он и высыпал прогоревший порошок из трубки в костер. – Ты даже не пытался приблизиться. Впервые такое вижу.

– Честно сказать, хотел, – признался я. – Но бабуля не шибко любезничала. И вы так орали, что в ушах звенело.

Зуд в затылке наконец прекратился, я перестал скрести. Глянул на пальцы, под ногтями остались черные полоски торфа. Волосы от него липкие, тяжелые.

– Там не только бабуля была, – проговорил я невесело. – В тумане увязалась мелкая тварь. Когда добрался до дыры, оказалось, это она из меня нежить сделать хочет.

– Справился? – поинтересовался главный.

– Как видите, – отозвался я.

Шаман с бледной кожей, который до этого сидел с непроницаемым лицом, встрепенулся, глаза округлились.

– Дыры? – спросил он, вытянув шею.

Я кивнул.

– Ну да. Круглая такая, огромная. На коне въехать можно. Края полыхают сиреневым.

– А внутри длинный тоннель? – изумленно спросил он свистящим голосом.

Я ухмыльнулся, довольный, что наконец‑то разговаривает не только шаман с дырявыми глазами.

Лица остальных остались спокойными, но глаза оживленно заблестели, словно неведомая сила вдохнула в них душу.

– Небесная колесница! – выдохнул бледный. – Вы слышали? Он подходил к проходу! Он видел проход!

Остальные шаманы переглянулись, послышалось тихое перешептывание, хотя отчетливо вижу – губы неподвижны.

Главный шаман проговорил задумчиво:

– Проход… Как тебе удалось?

– Что удалось? – не понял я.

– Подобраться к проходу в мир умерших, – нетерпеливо произнес старший.

Я пожал плечами и сказал:

– Да пес его знает. Просто шел вперед, существо доставало разговорами. Иногда переставал соображать, но умудрялся в себя приходить. Особенно когда вы орали: «А‑у‑эйя!» Что это вообще значит?

– Заклинание, – быстро ответил бледнолицый.

– А… – протянул я, делая умную морду. – Раз заклинание, тогда ладно. Потом, когда вылезла кошка…

– Кошка? – перебил шаман, похожий на гору, тот самый, который кажется самым недружелюбным.

Он посмотрел серьезными глазами, даже шерсть на загривке встала, на лбу выступил пот.

– Кошка, – сказал я, вытирая лоб. – Рыжая такая, с умными глазами. Все бегала туда‑сюда, что‑то сказать пыталась.

– А ты не понял? – спросил бледный шаман, сдвигая брови.

Я развел руками и ответил:

– Видать, она на каком‑то другом наречии мяукала.

Шаманы переглянулись, лица вытянулись, в глазах появилось еще больше изумления. Я раздраженно поерзал и хрустнул шеей, она отчего‑то затекла. По мышцам прокатилась волна, страстно захотелось вскочить и бежать.

В теле появилась свобода, словно снял пудовые доспехи.

– Почтенные шаманы, – сказал я, сев на корточки на ворговский манер, когда опираешься на носки, пятки остаются в воздухе, а спина округляется. – Мне пора. Действительно пора. Спасибо за все, но я и так потерял кучу времени, бродя по вашим мирам.

Главный шаман покачал головой и хлопнул себя по бедрам. Волосы вместе с перьями колыхнулись, как если бы состояли из чего‑то невесомого.

– Ты хороший ворг, – проговорил он терпеливо, – но молодой, потому болван. В свои тридцать с лишним зим все бегаешь по миру да с дочками сыроваров водишься.

От наставительного тона в голове вспыхнул гнев, постарался его заглушить, не думать, как шаман прознал, сколько мне зим и чем занимаюсь в свободное время.

– Послушай, шаман, – произнес я глухо, стараясь думать о безмятежных водопадах и белых облаках. – Я иду своей дорогой по важному делу в Мертвую степь. Ты устраиваешь мне полет в другой мир, говоришь загадками и обзываешь, как шелудивого пса. Как хочешь, на этот раз я все‑таки пошел.

С этими словами я поднялся, резко развернулся всем корпусом. Всюду черная вода, покрытая розовыми цветами, над водой носятся сияющие козявки. Тропы нет.

Постояв секунду, решил – придется вплавь, чего уж теперь. Только собрался шагнуть в воду, как из‑за спины донесся булькающий голос:

– Погоди.

Я обернулся. Голос принадлежит «мокрому» шаману. Он смотрит на меня водянистыми глазами, широкий рот растянут в подобие улыбки.

– Послушай, что знающие люди говорят, – пробулькал он. – Потом плыви куда хочешь.

Хотел ответить что‑нибудь резкое, но вид «мокрого» шамана заставил смягчиться. В голосе промелькнуло что‑то успокаивающее, похожее на журчание реки.

Главный шаман одобрительно посмотрел на бледнолицего и произнес:

– Говоришь, видел кошку?

Я неохотно согласился:

– Да. Рыжую. Появилась из воздуха и скрылась туда же.

Старший потер подбородок и причмокнул губами.

– Видишь ли, в чем дело, – стал объяснять он. – Коты и кошки вхожи в разные миры.

Хотел напомнить ему в который раз, что я ворг, но он вскинул ладонь и закивал.

– Да‑да. Ты знаешь об этом, – согласился он. – Но в других мирах они помогают лишь тем, с кем знакомы лично. С кем есть связь. Значит, с этой кошкой ты знаком.

Шаман выжидательно посмотрел на меня, словно вот прямо сейчас выдам ему имена всех встреченных кошек. Я задумался – за последнее время не встречал никаких котов. Хотя, может, и встречал, бегающих по постоялым дворам кошек полно. Но не буду же я их запоминать.

– Не знаю, – сказал я и пожал плечами. – Кошек не помню.

– Постарайся вспомнить, – попросил «мокрый» шаман.

Я сердито покосился на «мокрого» и напряг память, в попытке выдернуть оттуда морду какой‑нибудь кошки, но в голову приходит только своя. Причем медвежья и волчья.

– Шаманы, почтеннейшие, – взмолился я. – Не помню я кошек. Отпустите меня, а? Опаздываю ведь.

– Ничего ты не опаздываешь, – загадочно буркнул худосочный с пламенем в глазах.

Внутри прокатилась очередная волна ярости, в глотке заклокотало, я шумно выдохнул. Шаманы разом отшатнулись, только главный остался неподвижным. Глаза строго смотрят на меня двумя безднами.

Пришлось сделать три глубоких вдоха, успокаивая звериные инстинкты.

– Честное лохматое слово, – сказал я глухо. – Из последних спутников был только гоблин и принцесса. Они мало на кошек похожи.

– Принцесса? – изумился главный шаман.

– Ну да.