Марго Генер – Трое из Леса возвращаются. Меч Томаса (страница 50)

Он потянул за кольцо, массивная крышка приподнялась и сдвинулась в сторону, открывая каменные ступеньки, которые уходили в темноту.

– Спускайтесь и все время держитесь левой стороны, – сказал Генри. – У меня здесь много тоннелей. Я делал их на разные случаи. Какими-то пользуюсь регулярно, другие все еще нетронуты. Тот, по которому пойдете вы, использовали только в период строительства.

Савмак приблизился к проходу и заглянул в темноту, его лоб нахмурился, руки скрестились на груди.

– А откуда нам знать, что ты нас не решил заживо замуровать? – спросил он.

Лицо виконта обескураженно вытянулось, он затравленно посмотрел на Олега, затем на Люсиль, потом вновь на Савмака.

– Да как же это… – проговорил Генри, дрогнувшим голосом, – я ведь весь перед вами раскрылся…

Савмак не отступал.

– Ага. Тут раскрылся, а там закрылся. Видали мы таких…

Олег вскинул ладонь.

– Мы тебе верим, Генри, – проговорил он и пояснил уже Савмаку и Люсиль: – Виконт не станет нас обманывать, потому как знает, чем это может грозить. Верно?

Он очень дружелюбно посмотрел на Генри и даже улыбнулся. Тот быстро закивал.

– Да я бы в жизни не стал… Вы же пастор… К тому же знали моего отца… И неразменный рубль…

– Полно, – оборвал всех Олег. – Надо торопиться.

Он ухватил с ближнего стола лампу и, в два шага оказавшись у входа в лаз, двинулся по ступенькам вниз.

Глава 17

Ступеньки закончились быстро, пошел узкий и сырой коридор, под ногами хлюпает, в свете масляной лампы коренья, что торчат из земляных стен, выглядят кривыми лапами огромных пауков. Люсиль идет сразу позади Олега, тихая, как мышка, и жмется к нему. Звуки по тоннелю капающие, но среди прочих есть что-то непохожее на эхо безжизненного тоннеля.

Прислушавшись, Олег догадался – не Генри Кандиш выкопал эти тоннели. Да и не под силу одному человеку справиться с такой работой.

Ухватившись за амулет на шее, волхв пробормотал давно забытые слова, которые вообще-то не забыл, а просто не пользовался за ненадобностью, потому как долго сидел в уединении. А там только летучие мыши да черви, с ними и договариваться не надо.

– Не сопи так громко, – проговорил волхв Люсиль, – а то чудовищ разбудишь.

Люсиль икнула, ее пальцы испуганно вцепились ему в плечо.

– Чудовищ? – в трепетном страхе переспросила она. – Каких чудовищ?

Олег пожал плечами и проговорил размеренно:

– Мы ведь под землей. Значит, непременно должны быть чудовища.

Люсиль охнула и задрожала так, что он ощутил, как дрожь через ее пальцы передается ему на плечо. Савмак шлепал сапогами по мокрой земле в самом конце их колонны, он проговорил успокаивающим голосом:

– Да не слушай пастора, Люсиль. Он духовный человек, ему везде мерещатся еретики и чудовища. Видишь, идет, бормочет что-то. Никак молитвы возносит.

– Так значит, здесь никого нет? – с надеждой спросила Люсиль.

– Ну, – протянул ратник, – может, кто-то и есть.

В голосе Люсиль прозвучало открытое напряжение, она снова вопросила:

– Кто?

– Мы, например, – уверенно ответил Савмак.

По тоннелю прокатился громкий вздох облегчения молодой женщины, даже звук ее шагов стал уверенней.

– Ну, если только мы, тогда не страшно.

Савмак хмыкнул и поинтересовался обиженно:

– Значит, если б тут были чудовища, ты бы боялась даже рядом с нами – такими сильными и могучими?

Люсиль решительно кивнула.

– Вы сильные и могучие, – согласилась она. – Но неизвестно, насколько сильно и могуче чудовище.

Олег перешагнул лужу с маслянистым блеском и проговорил, приподнимая лампу выше, чтобы идущие позади видели, куда ступать, и не влезли в нее.

– Вроде женщина, а дело говорит, – похвалил он, вглядываясь во тьму впереди. – Кто знает, что обитает в таких глубоких тоннелях.

Савмак помог Люсиль перелезть через лужу, хотя женщина сперва гордо вскидывала подбородок и демонстрировала самостоятельность, но когда увидела габариты лужи, величественно кивнула и позволила себя через нее перенести. Ратник снова пустил ее перед собой и спросил волхва:

– Пастор, а что, тут правда может тварь какая-нибудь обитать?

Пока они шли, Олег поглядывал на стены, пол, коренья, что торчат со всех сторон. Кое-где на палках он заметил клочки черной шерсти, блестящей и лоснящейся, какая может быть только у зверя, что обитает исключительно под землей.

– Не может, – ответил Олег, – а обитает.

– И что оно такое? Тебе известно, а, пастор?

– Вроде известно, – проговорил волхв и покосился вправо, где в глухую темноту уходит примыкающий тоннель. – Только размеры у нее непривычные. Большие шибко.

– Так кто же…

Савмак не закончил. Справа в тоннеле что-то быстро зашуршало, Люсиль вцепилась в руку Олега так, что он скривился.

– У тебя там клешни вместо пальцев, что ли? – спросил он не оборачиваясь и продолжая вглядываться во тьму тоннеля.

Люсиль дрожала и молчала от страха, Савмак напрягся, мышцы налились могучей силой, он наклонился и согнул колени, готовясь к атаке.

– Пастор, а мы чего не убегаем? – спросил он с нарочной яростью, чтобы поднять в себе боевой дух. – Понимаю, бежать от битвы дело не почетное, но иногда полезное.

Олег поднял лампу перед собой над головой и не двигается. Савмак прав, обдуманное бегство всегда лучше опрометчивой драки. Потому как экономит силы и повышает шансы на спасение, особенно если не знаешь, кто твой противник. Но сейчас Олег знает, что за тварь несется на них по тоннелю.

– Полезное, – согласился волхв. – Но не сейчас.

Шум приближался, стены задрожали, словно что-то огромное и неудержимое норовит их снести, с полотка посыпались комья липкой земли, а вода в лужицах задрожала.

Лицо Савмака стало еще напряженнее, вены на висках вздулись, он спросил:

– Пастор, нам точно не надо бежать?

Олег кивнул. В этот же момент из темноты тоннеля на освещенный огнем лампы пятачок вырвалась гигантская морда. Белесый нос размером с корыто дергается и блестит, усы, словно бледные канаты, подрагивают и мерцают в свете лампы, а похожие на мечи когти, пронеслись мимо лица Савмака, обсыпав его комьями грязи. Он успел отпрыгнуть и врезался спиной в стену.

– Что за тварь! – выкрикнул он и выхватил меч, который так и непонятно, где все время прячет.

Люсиль закричала и кинулась таиться за спину Олега, тварь вскинула голову и заревела скрипучим, но громким писком. Ратник, не привыкший к отступлениям, вскинул клинок и прокричал воинственно:

– Не посрамим!

Он рванулся вперед, но налетел на каменную руку Олега, тот выставил ее в сторону.

– Животину-то за что, – спокойно проговорил волхв.

Ратник с яростью и растерянностью покосился на него, лицо озадаченно поморщилось – не сбрендил ли пастор от тяжелых духовных исканий.

– Так чудовище же, – выдохнул он и снова замахнулся мечом.

Тварь взревела и снова махнула мечеподобными когтями, вспахав землю перед ними, как мягкое и податливое масло. Олег перехватил руку Савмака.

– Не чудовище, – мирно сказал волхв, – а крот.

– Да какой же это крот? – оторопело выпалил ратник. – Кроты мелкие, с мышь размером. А этот больше коня!