Марго Генер – Сестра ветра (страница 19)
Дракончик моргнул и снова пискнул.
– Это что значит? Мои чувства взаимны? Ладно, лети. Расти большой-пребольшой, но не вздумай обижать сестер ветра. И своим передай, что гарпии им не враги. Слышишь меня? Я на тебя надеюсь!
Кажется, все.
Уже уходя, обернулась, обвела взглядом осиротевшие клетки.
Сердце болезненно сжалось, в горле стал ком.
Фэйри, казалось, так и не пошевелился. Сидит на грязном железном днище, сжавшись в комок. Только глазищи прикрыл.
– Ты живой? – гарпия бросилась к его клетке, спотыкаясь о другие.
Поморщившись, грохнулась на колени рядом.
Фэйри не ответил.
– А? Ты мне? – спросил Август, опуская меч.
Он решил расчистить кустарник, чтобы безболезненно провести коня. Животине, по его словам, итак досталось.
– Что молчишь?
– Причем здесь ты!
Аэлло даже рассердилась. Потом подумала и добавила.
– Дай тряпку.
– Зачем?
– Не твое дело! – так рявкнула, что Август отпрянул.
Развернулся, ушел, бормоча что-то о бездушных гарпиях. Пусть.
Осторожно, чтобы не напугать, засунула руки в клетку. Фэйри поднял верхнюю губу, обнажая маленькие острые зубки.
– Не бойся, – ласково сказала Аэлло. – Правда, все позади.
– Вот, держи! – рядом с ней обрушился ворох грязных тряпок.
Фэйри испуганно дернулся и зажмурился.
– Т-ш-ш! – шикнула на Августа, угрожающе махнула рукой.
– Хоть бы спасибо сказала, – пробурчал он себе под нос, и вернулся к кустам.
– Не бойся, малыш, – позвала Аэлло фэйри. – Никто больше не обидит тебя.
Подхватила теплое, гладкое на ощупь, тельце, в руки, достала из клетки. Положив фэйри к себе на колени, споро замотала его в полоски ткани. Кажется, в остатки некогда белого, накрахмаленного подъюбника.
Пока заматывала, словно младенца, стараясь не прикасаться к разноцветным обрывкам крыльев. Фэйри по-прежнему не проронил ни слова, и непонятно, может ли он шевелиться.
– Наверно, ты совсем слабый… Август! – позвала Аэлло.
– Что?
– Я видела, ты коню сухарь дал.
– Голодная? У меня еще сахар есть!
– Дай сахар. И сухарик. Да зачем мне так много!
Подхватила из лопатообразных ладоней коричневый осколок и сухарик с румяной корочкой.
Осторожно разжала губы фэйри, положила в рот сахар. Сухарик всунула в сжатый кулачок. Куда его теперь? Кажется, она видела в ворохе награбленного холщовую сумку через плечо. Пока туда, а там глядишь, оклемается.
Август как раз закончил прорубать дорогу, поэтому на поляну к ожидавшим их папаше Паку и Алсу вернулись все вместе.
– Вам, наверно, хочется отдохнуть, – сказала гарпия. – А потом все это надо сжечь.
Старый охранник даже подскочил, неловко опираясь рукой о ствол.
– Мы ничего, кроха, – пробормотал он. – Мы потихоньку, дойдем.
Алс тоже поднялся. Пошатываясь, пошел на середину поляны. К удивлению Аэлло, гоблин принялся разбрасывать тела монстров, что свалил туда Август, расчищая площадку для временной лекарни. Наконец, вытащил мертвого волка.
– Фенрир, – рыкнул, глядя на повисшее серой тряпкой тело. – Был храбрый, был друг. Он не заслужил, чтобы его хоронили с нечистью.
Развернулся мощной спиной и пошел прочь, из-за плеча торчит окровавленная морда.
Август, не говоря ни слова, проводил с поляны Пака, подставив тому плечо. Потом вывел коня, и, вернувшись, принялся разбрызгивать спирт.
– Не надо, – сказала ему Аэлло. – Побереги для старого Пака. Гарпии дружат с духами огня.
Ее кисти покрылись чешуйками, щелкнули пальцы, и вылетела искра. Сразу за ней еще одна.
Аэлло объяснила Августу:
– Для боевого навыка – слишком медленно, так можно дощелкаться. Но когда все спокойно, и никто не говорит под руку – в самый раз.
Август кивнул и помог забросать тела сухими ветками.
Скоро от побоища не осталось и следа, лишь выгоревшая земля.
Обратная дорога показалась совсем короткой, не смотря на повальную хромоту и пошатывание.
Папаша Пак присвистнул, заметив двух гнедых красавцев, привязанных у обочины. Гоблин одобрительно рыкнул. У ног лошадей сжался в комок рыжий мальчишка с исцарапанными щеками. Всего один, значит? Аэлло помнит, их трое было…
Надо подойти к ребенку, спросить… Аэлло помотала головой. О чем спрашивать? Но ведь надо что-то теперь с ним делать?
Хотела подойти, но споткнулась, и, стараясь не цепляться крыльями, сползла по стволу.
Август оглянулся на нее.
– Я сейчас, – сказала ему слабым голосом. – Я только немножко посижу и встану.
Аккуратно высвободила крылья, распахнула их, укрываясь с двух сторон. На боку, в холщовой сумке слабо завозился фэйри.
Аэлло сомкнула веки, и почувствовала, как кто-то укрыл ее грубым плотным полотном.
Глава 12
– Тише вы! Девочку разбудите!
– Отважная кроха! Может, с нами, обратно? Надо бы спросить.
– Вряд ли, – прозвучал голос Августа. – Такой если втемяшится что-то…
– Да, девка упрямая.
Ну, вот и хорошо, что меня правильно поняли, – мысленно сказала Аэлло и принялась ожесточенно тереть кулачками глаза. Некогда засыпаться.
Прежде, чем встать, прислушалась к холщовой сумке сбоку – не шевелится. Но теплая. Надо у Августа еще сухарик попросить для него. В дорогу.
При мысли о еде живот жалобно булькнул. Фэйри в сумке зашевелился. Живой!
Аэлло потянула носом воздух… Засохшая кровь, кажется, насмерть въелась в кожу, в волосы. Перо отдала бы за возможность постирать платье!