Марго Генер – Ответный удар (страница 42)
– План хорош, – заметил Гнур саркастически, – и придумал быстро, ничего не скажешь. Совет Талисмана отдыхает… Может, расскажешь, с чего он станет нас слушать? Или у тебя вдруг появился весомый аргумент?
– Еще какой аргумент, – заверил поединщик, и уголок рта пополз вверх в мрачной усмешке.
В зеленых глазах промелькнуло нечто такое, что заставило Гнура с Аэлло задуматься: что такого вдруг пришло в голову этому парню, который больше хорош в бою, чем в придумывании сложных планов.
Над ними на полнеба полыхает яркий закат, и громадное алое солнце опускается за вершины деревьев на западе.
Страг добавил:
– Как только его предъявим, он пересмотрит свою стратегию. Ради своего же блага.
***
Едва он договорил, как из леса донесся протяжный рев.
Хранители переглянулись. Гоблин передернул плечами, поежился, словно его снова окатили водой из реки.
– Вихрь! Что еще за новости? – воскликнула Аэлло, вскинувшись.
Все трое увидели, как на опушке качнулись верхушки деревьев, и в раскрашенное алым небо с карканьем взвилась стая ворон. Взмыла черными точками, будто подброшенная горсть земли.
Страг подобрался, рука сама взлетела к плечу. Он медленно потащил из перевязи секиру, не отрывая взгляд от леса.
Гнур чертыхнулся и вытащил ятаган. Помедлил, нахмурился и левой рукой снял с пояса кинжал. Но вид все равно недовольный, злой. Казалось, будь у него больше рук, он бы взял еще и топор с дубиной.
Рев раздался снова, уже ближе. На этот раз поединщик ощутил, как едва заметно вздрагивает земля. Хранители обменялись тревожными взглядами.
– Не нравится мне это, едрена-матрена, – пробурчал гоблин.
Аэлло оттолкнулась ногами и взмыла вверх, на лету расправляя большие серые крылья. Страг с Гнуром моментально уменьшились и теперь выглядят не крупнее грибов. Речка сузилась до размеров широкой ленты.
Отсюда и обзор лучше, и в случае необходимости можно метнуть пару маховых перьев. Прицельно падая с высоты, они в полете становятся тяжелее и бьют, как настоящие копья, пробивают насквозь доспехи, проламывают кости и черепа.
***
От страшного рева сотрясся воздух. С высоты птичьего полета Аэлло увидела, как, ломая мелкие деревца и сухостой, из леса вылез громадный зверь.
Издалека напоминает древесного человека. Ростом как два коня, к которым она относится с такой опаской. Но, увидев эту зверюгу с вытянутой рогатой головой и торчащими из пасти зубами, вдруг поняла, что кони в сравнении с ним – безобидные лапочки.
Тело монстра увито ветвями. Ноги на вид, как колонны. Руки не уступают по толщине деревьям, да и сам он выглядит, как оживший столетний дуб.
Кроме рук, в разные стороны торчат толстые кривые ветки. Гарпия заметила, что их концы шевелятся, будто повисшие в воздухе змеи.
Девушку передернуло от ужаса, но она собралась, нагнетая в себе ярость для боя.
Тварь издала хриплый протяжный рев, от которого рядом вперед метнулся олень, а по ветвям в рассыпную заскакали белки.
Аэлло глубоко вдохнула, нагнетая злость. Затем вытянула руки, и они стали покрываться металлической чешуей. Она тут же начала переливаться, отражая закат мириадами отблесков.
– Леший, – пробормотал Гнур, завидев здоровенное ожившее дерево, что вылезло из леса и теперь с ревом продвигается по открытому пространству к реке в их сторону.
– Угу, – кивнул Страг, чувствуя легкую дрожь от переполняющего его боевого задора. – Лотер как-то рассказывал, что они с Каонэль и Теонардом улетели от такого же вот на нетопыре.
– Его зовут Пушок! – поправил гоблин.
– Да хоть Волосатик, – огрызнулся Страг.
Леший медленно приближается, за ним тянется полоса примятой травы.
Араон побледнел, замер с вытянувшимся лицом. Поединщик увидел, как парень повернулся к нему, но помахал, чтобы не лез, оставался не месте.
Пальцы Страга крепче стиснули секиру. Он рассматривает мощное, увитое ветками и плющом древообразное тело лешего, где на едва очерченной голове с трудом различимы глаза.
Мелькнула мысль что этими здоровенными ручищами можно с легкостью давить головы и ломать хребты, как сухие ветки.
– Может, и этой зверюге имечко дашь? – предложил он с нервным смешком.
– Голововерт, не иначе! – отозвался гоблин.
От лешего донесся протяжный рев.
– Пошли, порубим эту заразу на дрова! – визгливо выкрикнул Гнур, взъерошивая гребень на голове и придавая себе более воинственный вид. – Вперед! Во имя счастья гоблинов! Да сгинут враги нашего многострадального… и гонимого всеми народа!!!
Рыча, как осипший медведь, Гнур ринулся вперед, размахивая крашаром, а в другой руке сжимая кинжал.
Страг успел схватить гоблина за ворот жилетки. Тот споткнулся и упал, покатился по траве.
– Ты чего? – обиделся Гнур, поднимаясь и тяжело дыша, как будто уже успел пробежать пару верст.
Страг бросил взгляд на прущего к ним лешего с хищной мордой и вытянутыми руками-ветками.
– Морду ему пощупать всегда успеем, – бросил он, – тем более, его так сразу не завалишь.
– Да мы вдвоем его на гоблинский флаг порвем!
– Я не… – начал было возражать Страг, но осекся.
За спиной раздался громкий всплеск. Ушей коснулся странный звук – нечто среднее между бульканьем и шелестом камыша. Повинуясь инстинкту, циркач кувырком ушел в сторону.
Перед глазами мелькнуло огромное скользкое тело, с которого ручьями стекает вода. Щупальца увенчаны присосками размером с блюдце, на них налипли ракушки и ленточки водорослей.
Щупальце метнулось к Страгу. Поединщик пригнулся и ловко отпрыгнул. Секира в его руках рассекла воздух, где еще мгновение назад было одно из щупалец.
– Черт бы тебя подрал! – вырвалось у него.
Он успел заметить, что Гнур в десяти шагах тоже уворачивается и, изрыгая проклятия, пытается достать водяную тварь ятаганом.
Стекающие с осьминога струи воды в лучах заката напоминают золотистую кровь. Четыре овальных глаза дико вращаются. Из заменяющей рот щели вырывается злобное шипение.
Страг ощутил исходящий от осьминога гнилостный запах рыбы.
К нему метнулись сразу два щупальца. Поединщик ловко отпрыгнул – цирковые навыки намертво въелись в тело. Взмахнул оружием, и секира с чавкающим звуком перерубила одно.
Тварь издала громкий яростный вопль, похожий на визг свиньи. Однако из реки не выходит, щупальца достаточно длинные, чтобы схватить и подтянуть добычу прямо к ней в пасть.
– Руби больше, не жалей! – крикнул гоблин. – Что ты с ним возишься! Руби ему башку!
– Какой ты резвый! – бросил циркач, пригибаясь, позволяя щупальцу пронестись над головой. – Сам руби!
– Да я даже подойти не могу!
Страг вдруг рванул прочь от берега. Но успел пробежать всего ничего, как перед ним возник леший. Могучие руки-ветви метнулись к нему, и без того уродливое лицо исказила ярость, изо рта вырвался громкий, похожий на скрип дерева в бурю, голос:
– Магия…У тебя…Отдай!
– Забери! – гаркнул Страг, замахиваясь секирой.
Леший отшвырнул его небрежным жестом. Небо и земля мелькнули перед глазами, пару раз быстро поменявшись местами. Земля больно ударила по спине, Страг зацепился воротом за корягу, едва не порвал рубаху. Он тут же оказался на ногах и принялся пятиться от наступающей громады древо-человека.
За спиной раздается плеск воды и шелестящий голос, тоже требует отдать "магию". В ответ верещит Гнур, посылает на все четыре стороны и даже еще в одно, запретное место – темный, глубокий тоннель, куда вход что у гоблина, что у человека – пониже спины…
– Гнур!!! – заорал Страг.
– Чего?? – донеслось в ответ, и тут же донесся чавкающий звук, с каким лезвие крашара отсекло одно из многочисленных щупалец.
Страг нырнул лешему под руку, распрямился и резко ударил. Но секира отскочила от древовидного тела, которое обвивают толстые ветки и корни, не причинив вреда. Разве что слегка соскоблило кору, оставив зарубку.
– Эти твари хотят Осколки!