Марго Генер – Двойной соблазн для демона. История (не)одного искушения (страница 2)

А о тамошних историях она наслышана. Вездесущие кухарки такое рассказывали, что у Оливии волосы на затылке шевелились. Много, скорее всего, выдумки. Но что из рассказанного конкретно – не известно.

И она останется там одна.

Без демона.

Единственного, кто за последние годы относился к ней если не тепло, то хорошо и по-человечески. А их уединенные вечера и поездки – вообще настоящая феерия, которую она никогда в жизни не забудет.

Даже если захочет.

И что теперь с этим всем делать?

Остатки сыра она дожевывала механически, и все в том же тягостном состоянии ехала дальше в экипаже. От покачивания ее разморило, и Оливия погрузилась в неглубокую дрему, в которой мерещилось, будто они с лордом лок Ловером никуда не едут, а вообще остались дома и восхитительно проводят время.

Но очередная кочка выдернула из сладких грез.

Всколыхнувшись, Оливия выглянула в окно.

Пейзаж сменился: лес кончился, теперь вокруг поля пшеницы и какие-то деревеньки вдалеке. Гвардейцы же покачиваются в седлах вокруг экипажа, а демона все так же не видно.

Прошло буквально еще минут сорок, и Оливия заметила, что деревенек стало больше, да и сами они теперь заметно крупнее и стелются почти у дороги.

– Готовьтесь, мисс Грин, – донесся в окно бархатный и спокойный голос демона, Оливия от неожиданности вздрогнула. – Мы пребываем в столицу Эрэнии–Шиар.

Часть 2 /Оливия Грин/

Дворец был огромным. Даже нет – огромным с большой буквы «О». Под потолками, высокими на столько, что больше похожи на своды пещер, сверкающая белизной и золотом лепнина, широкие залы с мраморными полами и узорами на них, колонны, подобные ногам громадных слонов (о них Оливия читала в гимназии). Трехметровые статуи воинов, портреты по стенам – глаза Оливия разбегались от ослепительного богатства и изысканности. Такое может позволить себе только император и только в его дворце столько роскоши смотрится гармонично и уместно. Тем более, что подобрано все действительно со вкусом.

Придворных Оливия видела лишь мельком, потому что повели ее окольными путями, свернув из большого и светлого зала в неприметный коридорчик, спрятанный за тяжелой занавеской.

– Почему мы прячемся? – спросила Оливия, надеясь, что хотя бы напоследок сможет разговорить демона.

Тот идет сосредоточенный и отстраненный, будто до Оливии ему дела нет уже давно, а все, что делает сейчас – лишь мелкая повинность, завершив которую, он тут же о ней забудет.

Но на вопрос ответил, хотя снова даже не взглянул на нее.

– Лучше, чтобы сейчас на тебя поменьше глазели придворные.

– Почему?

– Потому, что сплетни в Шиаре разлетаются быстрее, чем чих. Это первое, – отозвался лорд лок Ловер. – А во-вторых, вряд ли ты сейчас готова болтать с каждым, кто решит пристать с любопытными расспросами. А таких будет немало.

Оливия косилась на демона, в тайне надеясь, что тот подарит ей хотя бы один прощальный взгляд. Но тот держался, как кремень.

Небеса… Неужели он так ее не выносит?

– Да кому я тут нужна, чтобы сплетничать, – проговорила Оливия.

Демон даже усмехнулся.

– О, поверь, Оливия. Ты еще удивишься, тому, на какие темы может сплетничать двор.

Они снова замолчали.

Сплетни? Богиня… Разве она готова к придворным интригам? Да она всю жизнь жила в доме отца и никогда не могла понять хода мыслей мачехи. Это Стелле Грин стоило бы ехать ко двору, это у нее ум заточен на разные интриги. Она бы тут точно прижилась.

А ей, Оливии, здесь не место.

Но кто ее спрашивал?

Мачеха ловко избавилась от нее подарив императору и получив за это артефакт. Вот у кого ум создан для двора.

Но говорить об этом нет смысла, все равно ничего изменить нельзя. Так что она будет пользоваться новым положением и умениями, которыми щедро наградил ее демон.

Во всяком случае, жить в императорском дворце – совсем не плохая участь.

Они долго шли, поворачивали, поднимались по ступенькам, снова поворачивали. Пока, наконец, демон не открыл перед ней очередную тяжелую занавеску, и они не оказались в небольшом кабинете или, скорее, будуаре.

Свет приглушен, по стенам мерцают свечи в золотых подсвечниках, полы устланы толстыми коврами, в камине подрагивает огонь, а кожаное кресло рядом с ним масляно поблескивает.

– Где мы? – спросила Оливия.

– Частные покои Его Величества, – коротко ответил демон.

Оливию обдало жаром, сердце забилось часто. Вот так сразу? К императору?!

– Но… – торопливо заговорила она, – я же только с дороги.

– Не страшно.

– Разве? – не унималась Оливия, не зная – чего боится больше: встречи с императором или расставания с демоном. – Я ведь даже душ не приняла. От меня, наверное, пахнет. Как в таком виде показываться императору?

Демон впервые за все время путешествия повернулся к ней, и Оливию прошибло знакомыми молниями томления и притяжения, без которых ей теперь предстоит учиться обходиться.

Он смотрел на нее своими звездными глазами, и Оливии даже стало казаться, что его взгляд потеплел, хотя заговорил он со все тоже выдержанной отстраненностью.

– В первую очередь, нужно дать отчет Его Величеству, – сказал он, неотрывно глядя в ее глаза. – А с остальным ты справишься сама.

Последнюю фразу он сказал так, что Оливия поняла – ввиду демон имеет не только принятие ванны. Справляться ей придется с целым двором, придворными, их правилами и, в конце концов, с самим императором.

– Но все же. Разве это не проявление неуважения? – не уступала Оливия, на самом деле просто цепляясь за возможность говорить с демоном, который за всю дорогу произнес слов меньше, чем сейчас.

– Неуважением будет не показать личную наложницу императора самому императору, – проговорил лорд лок Ловер.

Он все еще продолжал смотреть на Оливию. Она чувствовала на себе его почти обретший форму взгляд и с тоскливым томлением осознавала – это последние минуты, когда они могут вот так побыть наедине.

Оливии хотелось закричать, что она не хочет быть наложницей императора, что она готова остаться с ним, с демоном, кинуться ему на шею, позволить его горячим рукам сжать ее талию, спуститься к ягодицам, позволить целовать себя и целовать в ответ…

Но ведь демон ясно дал понять (и продолжает это делать), что ей в его жизни нет место и желания его для этого освобождать у него нет.

И все же сейчас, когда они сейчас стоят здесь в полумраке императорского будуара, а он смотрит на нее своими звездными глазами, Оливия готова рискнуть – поцеловать его в последний раз.

Сердце колотилось, как ненормальное, дыхание участилось. Привстав на носочки, Оливия с дрожащими коленями потянулась губами к его губам.

Светлые небеса… Что она делает… Что творит. Он же сейчас ее оттолкнет… Что тогда будет?

Губы Оливии коснулись его губ, но демон все еще не прервал ее. А когда поцелуй медленно, стал углубляться, в груди Оливии что-то вспыхнуло, сладко и приятно.

Как же она будет тосковать без этих невероятных поцелуев.

А когда ладонь демона легла ей на затылок, все тело Оливии затрепетало. Это восхитительно…

Теперь уже не она, а демон целовал ее, протяжно, нежно, с чувством. Оливия буквально кожей ощущала, как что-то вливается в нее, что-то мощное, наполняющее, что-то очень нужное и живое.

Их языки сплелись, она простонала от удовольствия, какого-то нереального, всепоглощающего.

– Ммм….

Казалось, в этом поцелуе собралось все их молчание за дорогу, все недосказанности. Он все длился и длился. Оливия погружалась в него, как в перину, позволяя демону окутать себя чем-то невероятным, но таким необходимым.

Пульс участился еще больше. К чему привел бы этот поцелуй дальше Оливия могла только гадать, но, когда он стал таким глубоким, что мысли растворились, демон мягко отстранился от нее.

В его звездном взгляде светилось что-то, чего Оливия понять не могла, но сейчас в эту самую секунду чувствовала каждой клеточкой – он искренний в этом поцелуе.

– Мы не можем, – хрипло и, кажется, через силу, произнес демон, а затем сделал пару шагов в сторону.

– Я знаю, но… – попыталась оправдать все это.

– Оливия, – качая головой, прервал ее демон все еще хриплым голосом, – ты наложница императора. И всегда должна об этом помнить.