Марго Арнелл – Волшебные сады попаданки (страница 12)

— Себастьян, я ждала вас.

Его глаза вспыхнули радостью, и мне стало неловко. Неужели он углядел в моих словах двойной смысл? Если и так, я этого не хотела. Мне бы разобраться с собственной жизнью… Прежде, чем вплетать в нее кого-то другого.

Я мысленно покачала головой. Неужели после всех этих прожитых лет, после замужества и развода я готова снова влюбиться?

Возможно, виной всему новое молодое тело или отголоски сознания Адалин, стремящейся жить, что называется, “на полную катушку”, но я чувствовала себя совсем иначе. Другой, обновленной, будто и впрямь начала жизнь с нуля. Ну или хотя бы с двадцати с небольшим лет.

Что, согласитесь, тоже очень неплохо.

Но думать обо всем этом слишком рано. Сложностей в моей новой жизни и без того хватает.

— Здесь, в садах поместья обитает дриада по имени Дафна. Я не знаю точно, что именно с ней произошло, но ее, кажется, изменила темная сила.

Я не стала уточнять, что эту силу призывала я, Адалин. Не знаю, как многое известно Себастьяну. И, честно говоря, не хочу, чтобы он считал меня чудовищем.

Если Себастьян и был огорчен причиной моего ожидания, то никак этого не показал.

— Дриады черпают силу у природы. Если сады изменились, то это действительно могло повлиять на нее. Но мне тьму не изгнать — ни из садов, ни из самой дриады.

— Я вас об этом и не прошу. Вы можете помочь ей, как помогали мне — зельями и отварами? В ней ведь есть частица человеческой сущности, верно?

— Да, есть. Возможно, с помощью определенных снадобий я мог бы повлиять и на ее природную суть, — задумчиво проговорил он. — Попытаться определенно стоит. Но для начала мне нужно взглянуть на нее.

Я кивнула.

— Идемте.

Мы шли по узкой дорожке сада рядом друг с другом. Порой невзначай касались друг друга плечом. Всякий раз при этом на лице Себастьяна появлялась тень смущения. Но мне отчего-то казалось, что это мимолетное прикосновение было ему приятно.

Разумеется, за нами следовала и Шушунья. Такой причудливой троицей мы и вошли в пещеру.

— Иллюзия, — изумлялся Себастьян, проходя через созданный магией плющ. — Даже не знал, что она есть в вашем саду, миледи.

— Я защищаю себя от незваных гостей, — с достоинством сказала встречающая нас Дафна.

Она не могла разогнуться полностью, и от ее позы мне становилось физически больно. Хоть бы только Себастьян ей помог…

— Дафна, верно? — со свойственной ему мягкостью спросил он. — Ты позволишь мне исследовать теб?

— Что мне нужно делать?

В голосе дриады звучало напряжение. Кажется, она не доверяла никому — даже тем, кто хотел прийти ей на помощь. А может, она не доверяла тем, кто был, так или иначе, связан с Адалин.

Я подавила вздох. Я ничем не помогу Дафне и другим дриадам, если постоянно буду мучиться чувством вины — за то, чье лицо ношу в этом мире. Оно — лишь маска. Моя душа не имеет ничего общего с темной душой Адалин.

— Ничего, просто постоять спокойно, пока я осматриваю тебя внутренним зрением.

Наверняка Дафна знала, что это такое, но все равно не сводила с Себастьяна настороженных глаз цвета мокрой листвы. Тело казалось скованным. Она напоминала мне дикого зверька, который случайно выскочил на дорогу и застыл под ярким светом фар.

Я вдруг поняла, что ни один человек в этом мире не понял бы мою аналогию. Автомобили остались для меня в далеком — во всех смыслах — прошлом.

Себастьян тем временем подошел к Дафне, но застыл на расстоянии вытянутой руки от нее. Как будто боялся спугнуть. Впрочем, не напрасно. А это он еще не знал о ее изменившейся силе и способности призывать шипастую лозу.

Ох. Надо было его предупредить.

Однако под его мягким и дружелюбным взглядом Дафна, пусть и не сразу, но расслабилась. Даже позволила себе прикрыть глаза. Я понимала ее. В обществе Себастьяна и мне было хорошо и спокойно. Он был из тех людей, кто способен унять твою тревогу голосом, взглядом и нужным словом. Или даже одним своим присутствием.

Как и в прошлый раз, я не видела магии, которую призывал Себастьян. Но ощутила ее, как легкое дуновение ветерка, ласкового и прохладного бриза.

— Теперь я понимаю, — наконец тихо сказал он. — Не буду скрывать, Дафна, я не имел дела с подобного рода напастью. Она связана и с темным проклятием, поразившем сады, и одновременно с этим тесно переплетена с твоей сущностью. Но я сделаю все возможное, чтобы найти решение.

Она поджала губы и неохотно кивнула. Явно не привыкла полагаться на чье-то слово. Но выбора у нее не было.

Оставалось только надеяться, что Себастьян сможет ей помочь. Больше некому.

15. Новая встреча

И снова приходилось ждать, и снова — Себастьяна. Бездействие сводило меня с ума и отрицательно влияла на мое настроение. А потому, даже прекрасно осознавая последствия, я все же вернулась в сад и, засучив рукава, принялась убирать сорняки, терн, колючки, шипы — ужасные шрамы, оставшиеся после проклятия.

В воздухе висел невидимый, но ощутимый кожей гнилостный запах, прибивающий к земле и без того поникшие цветы. Закрыв глаза, я попыталась почувствовать пульс сада, но вместо этого ощутила лишь холодную, липкую пустоту, как будто кто-то вырвал саму душу из этого места. Темная энергия, словно ядовитый дым, просачивалась сквозь землю, пропитывая даже корни.

Садовые ножницы врезались в толстые, узловатые стебли дикой лозы, чьи колючки пытались вцепиться в мои перчатки, будто хищные зубы. Пробивались сквозь ткань, оставляя на коже ощущение зудящего покалывания. Я срезала побег за побегом, словно пытаясь искоренить не просто растение, а саму злобу, пропитавшую сад.

Опустившись на колени, обхватила жилистые, цепкие стебли сорняков обеими руками. Земля была твердой, будто окаменевшей, и корни уходили глубоко, словно пытаясь удержать проклятие внутри. Я тянула, напрягая каждый мускул, чувствуя, как в пояснице простреливает боль.

В первый раз вместо того, чтобы показаться наружу, сорняк оборвался, оставляя в земле обрывок корня. Он вновь прорастет, усиленный темной энергией. После нескольких безуспешных попыток я вгрызаясь лопаткой в землю вокруг сорняка и не без труда освободила его из цепких объятий.

Я тянула сорняк медленно, осторожно, чтобы на этот раз вырвать его вместе со всем корнем. Когда он, наконец, поддался, ощутила ликование. Как будто я вырвала и уничтожила частицу самого проклятия. Жаль только, что это не так.

Каждый вырванный сорняк давался мне нелегко. Противился, словно был живым и не хотел покидать насиженное место. Пыль, поднявшаяся от земли, ложилась на язык горьким привкусом пепла.

Сад не просто болен — проклятие крепко держит его в своей когтистой лапе. Есть ли способ его освободить?

Надеюсь, что есть.

С удвоенной энергией я взялась за сорняки. За этим занятием меня и застал… нет, не Себастьян. Лорд, будь он неладен, Тэйн Элджернон Блэйк.

На нем был безупречный белоснежный камзол с небрежно наброшенным на плечи белым плащом. На дозорного, простого члена ордена, он походил меньше всего.

Я кожей чуяла секреты, который лорд Блэйк тщательно скрывал от остальных. Жаль только, не могла так легко узнать, в чем они заключались.

— Что вы делаете? — склонив голову набок, словно птица, осведомился он.

Этот его низкий бархатный голос… Если бы он принадлежал кому-то другому, я назвала бы его чарующим или даже… соблазнительным. Такие же бархатные, словно безлунная ночь, глаза, казались бездонными. Изучали меня так, будто я — самая любопытная вещь во вселенной.

Добавить к этому лощеный вид красавца-аристократа и почти безупречные манеры (за исключением привычки вторгаться на мою землю), и можно с легкостью понять, как много девушек отдали бы все за его внимание.

Многие, но уж точно не я.

— Что вы здесь делаете? — вместо ответа недружелюбным тоном спросила я, делая акцент на слове “вы”.

Он пожал плечами.

— Я сказал, что буду присматривать за вами.

— Нет, не сказали.

— Правда? — Блэйка это не смутило. — Хм, значит, только хотел сказать.

Я поморщилась.

— В любом случае, “присматривать” — не значит “преследовать”.

— А есть разница?

Я в упор уставилась на него. Если лорд и шутил, то по его лицу сказать это было невозможно. И вообще… Шутки и он? Как-то это не вязалось с его образом.

И с его ненавистью ко мне.

— Как вы проникли через барьер? Я знаю, что сейчас его уже нет. Но как вы попали сюда изначально?

— Вы правда не понимаете? — недоуменно вздернул брови лорд Блэйк.

— А зачем мне, в таком случае, сотрясать воздух? — холодно спросила я. — Да еще и спрашивать именно вас?

На укол он никак не отреагировал, будто и вовсе не заметил. Невозмутимый и непоколебимый, как скала.

— Барьер был порожден светлой магией. Когда вы призвали темную, она проделала в щите над поместьем брешь.